Теневой сектор экономики

Теневой сектор экономики.

Статьи по теме
Искать по теме

Сущность и структура теневого сектора

Термин "теневая экономика" пришел к нам из-за рубежа. Западные ученые еще в 60-е годы минувшего века всерьез заинтересовались "Теневыми" процессами в экономике, им удалось выработать достаточно четкие и общепризнанные критерии такого явления.

Теневая экономика – весьма многоликое понятие. Подпольная, вторая, неучтенная, деструктивная, нерегламентируемая, криминальная, малая, фиктивная, негосударственная, частно-рыночная, дефективная, параллельная, черная, неформальная, незаконная, нелегальная – таков далеко не полный перечень определений, применяемых в отношении теневой экономики. В такой экономике обязательно присутствуют два непосредственно связанных между собой основных признака – негативная деятельность и нетрудовые доходы. Структурно в теневой экономике можно выделить три крупные, весьма специфические сферы: криминальная деятельность, нелегальное (скрытое) предпринимательство и легальную негативную (фиктивную и дефективную) деятельность в государственном секторе.

Теневая экономика распадается на два укрупненных блока: неофициальная экономика, куда входят все легально разрешенные виды экономической деятельности, в рамках которых имеет место нефиксируемое официальной статистикой производство товаров и услуг, сокрытие этой деятельности от налогов и т.п, фиктивная экономика, то есть экономика приписок, хищений, спекулятивных сделок, взяточничества и мошенничества.

Скрытый сектор является одним из наиболее крупных элементов теневой экономики (см. рис. 1.1.).

Теневой сектор экономики

Рис. 1.1. Удельный вес отраслей экономики РФ в теневом секторе, % ВВП

Специфическая черта теневой экономики в России – широкое распространение скрытoй занятости. Это, прежде всего безработные или официально не оформленные на работу, в том числе рекламирующие товары, выполняющие коммивояжерские функции, работу на телефоне и т.п.

Теневой сектор российской экономики по итогам 2005 года составил 15,5 процента от общей численности работающего населения, сообщает агентство "Интерфакс" со ссылкой на Государственный комитет статистики РФ.

В неформальной экономике заняты 29,6 процента сельских жителей и 11 процентов горожан. Высокий показатель занятости в теневом секторе среди жителей сельских районов обусловлен тем, что к нелегальным доходам относятся средства, получаемые населением от продажи сельскохозяйственной продукции, полученной на частных подсобных хозяйствах.

Выделяют три функции теневой экономики в рыночном хозяйстве:

- "экономическая смазка" – сглаживание перепадов в экономической конъюнктуре при помощи переливов ресурсов между легальной и теневой экономикой;

- "социальный амортизатор" – гашение нежелательных социальных издержек (в частности, неформальная занятость облегчает материальное положение малоимущих, уменьшая тем самым социальную напряженность);

- "встроенный стабилизатор" – теневая экономика подпитывает легальную (неофициальные доходы используются для закупки товаров и услуг в легальном секторе, "отмытые" преступные деньги облагаются налогом и т.д.).

Однако нельзя не согласиться с тем, что в целом влияние теневой экономики на общество обычно является скорее негативным, чем позитивным. Наибольший вред наносит "черная" (криминальная) теневая экономическая деятельность. С одной стороны, происходит антисоциальное перераспределение доходов общества: ввиду относительно малочисленных привилегированных групп (бюрократов, мафии). С другой – разрушается система централизованного управления экономикой: приписки создают ложное ощущение благополучия, теневая занятость приводит к тому, что усилия правительства по созданию новых рабочих мест ведут не к снижению мнимой безработицы, а к нагнетанию инфляции и т.д. Наконец, развитие любых форм теневой экономики ведет к подрыву хозяйственной этики и росту правового нигилизма.

Соотношение позитивных и негативных, с точки зрения общества, эффектов теневой экономики зависит от ее масштабов. Позитивный эффект теневой экономики замедляется с увеличением ее относительной величины, в то время как негативный эффект имеет ярко выраженную тенденцию ускоренно расти по мере ее увеличения. Соотношение позитивных и негативных эффектов также будет изменяться в зависимости от того, о каких видах теневой экономики идет речь и в рамках какой экономической системы она развивается.

Если проследить за динамикой оценочных показателей, то можно сделать вывод, что за последние десятилетия в хозяйстве практически всех стран наблюдается устойчивая тенденция относительного роста теневой экономики. Согласно оценкам экономистов Кельнского института международных исследований, к началу 90-х годов XX века негативные эффекты теневой экономики заметно превышали ее положительные результаты.

Факторы развития теневого сектора в современной экономике

Создание теневого капитала и использование необходимых для его получения обманных технологий способствует сохранению в российской модели управления изживших себя управленческих структур и стереотипов поведения. Каждый отечественный руководитель сегодня делает выбор между "светом" и "тенью", и чаше всего, судя по объемам теневого сектора, выбирает последнее – иначе многим предприятиям просто не выжить. Опасным представляется то, что этот выбор может стать доминирующей стратегией менеджмента.

Теневая составляющая всегда присутствовала и, по-видимому, будет в какой-то мере присутствовать в хозяйственной жизни. Однако важно видеть принципиальное различие между реальными причинами теневой экономики и факторами ее роста или, напротив, угасания в определенные исторические периоды. Все это заставляет поставить вопрос о необходимости выработки более действенной государственной политики в отношении теневой экономики.

Для государства принципиально важной задачей является определение взвешенного соотношения между экономическими и административными методами воздействия. Прямое государственное вмешательство не всегда будет эффективным в отношении теневой экономики в силу разнородности ее сегментов. Необходимо поэтому придерживаться дифференцированного подхода" исходить из того, что субъекты теневой экономики представляют разные социальные группы, преследующие неодинаковые интересы.

Мимо бюджета страны продолжают утекать значительные средства, и происходит это прежде всего из-за несовершенства действующего законодательства. Оно оставляет лазейки, которые становятся настоящими "черными дырами" в экономике. Например, закон позволяет налогоплательщикам радикально уменьшать налоговую базу по налогу на прибыль, что выражается в термине "оптимизация уплаты налогов". Счетная палата РФ обнаружила, что компания "Сибнефть", действуя через сеть юридических лиц, зарегистрированных в зонах льготного налогообложения, уплачивала налоги по ставкам, сниженным более чем в шесть раз. В результате в 2005 году бюджет недополучил 10 миллиардов рублей. И это не исключение, а скорее правило. Как показали другие проверки Счетной палаты, вертикально интегрированные компании зачастую формируют до 97% своей прибыли за счет таких дочерних и зависимых структур.

Но не только нефть "течет" мимо российского бюджета, есть и другие "потоки". Счетной палатой выявлено, что годовой объем реализации легально произведенной водки и ликероводочных изделий составляет менее половины общего объема потребления. Все остальное входит в теневой оборот. В определенной мере это связано с ростом цен, вызванным ежегодным увеличением ставок акцизов.

Созданный при Счетной палате России научно-исследовательский институт планирует в 2006 году провести экспертизу всех законов, касающихся экономической и бюджетной сферы, на предмет их коррупционности. Так, значительная часть теневиков-хозяйственников и самозанятых, трудящихся в секторе вынужденной нелегальной экономики, при осмысленном государственном подходе способны стать реальной силой, укрепляющей отечественное производство. К тому же в этом случае именно меры косвенного характера (совершенствование налогового и трудового законодательства, системы социальной защиты, подготовки и переподготовки кадров) являются более эффективными по сравнению с прямыми административными шагами (разного рода запретами, усилением наказаний).

Антонио Антунес разработал математическую модель зависимости роста экономики, работы ее неформального (или, как у нас говорят, теневого сектора) от фактора качества управления. Как показала модель Антунеса надо бороться не за сокращение государственных расходов и снижение налогов, не за сокращение теневого сектора, а за повышение эффективности управления. При этом теневой сектор, конкурируя с легальным, не тормозит экономику, а скорее наоборот – выравнивает доходы населения. Однако если коррумпированным чиновникам удается и его обложить данью, тогда экономику ждут не лучшие времена.

В менее развитых странах, и даже в странах с высоким доходом, относительно большое число фирм действуют в неформальном секторе. Эти фирмы не платят налоги и в основном не имеют отношений с властями, но, тем не менее, имеют возможность представить свои товары на рынке. Существование неформального сектора, вероятно, связано с тем, что вхождение на формальный сектор некоторым образом регулируется. Это приводит нас к выводу, что коррупция или управленческая неэффективность должна быть в основе такого феномена. Хорошо известно, что коррупция, теневой сектор и поведение чиновников играют важную роль в распределении общественного богатства и экономического роста в развивающихся странах, если не определяют их.

Фирмы в теневом секторе не получают выгод от широкого ряда общественных услуг, которые получают легально работающие фирмы, а именно – защиту законом и охрану собственности. Поэтому они становятся объектом действий, которые общество стремится предотвратить, такие как воровство, вандализм, промышленные подделки. Фирмы, действующие в теневом секторе, вынуждены нести и непроизводственные расходы. Такие фирмы могут бесплатно перенимать технологии и производственные процессы фирм легального сектора. Однако, они не могут производить товары, на которые легальные предприятия не имеют лицензии или патента. Таким образом, существование теневого сектора производства товаров определенного типа предполагает существование их легального производства.

Все больше литературы посвящено связи коррупции, экономики и размеров теневого сектора и тому, как они препятствуют инвестированию. Когда Мауро в 1995 году обнаружил, как коррупция мешает экономическому росту, Де Сото в 2000 подчеркнул значение стартовых затрат для бизнеса в виде взяток коррупционерам и различных административных рогаток как основной детерминанты размеров неформального сектора. Бюрократы специально создают барьеры для бизнеса, чтобы получать взятки, что отрицательно сказывается на экономическом росте, если издержки работы в теневом секторе слишком велики. Фридман, Джонсон, Кауфман и Дьянков, Ла Порта и другие представляют эмпирические свидетельства в подтверждение этого тезиса. В модели динамического равновесия Парента и Прескотта, Антунеса и Кавальканти представлены теории факторов продуктивности, основанные на барьерах, препятствующих инвестированию, специально созданных бюрократами. Более ранние авторы пришли к выводу, что такие барьеры оказывают негативное влияние на развитие экономики, более же поздние пришли к выводу, что теневой сектор сокращается, когда снижаются бюрократическое издержки работы в легальном секторе экономики.

В 2000 году Баретто разработал модель, в которой коррупция является результатом конкуренции между частными и коррумпированными общественным агентами (бизнесменами и чиновниками – А.М.). Размах коррупции, измеряемый монопольной рентой, зависит, помимо всего прочего, от возможности того, что чиновники могут быть уличены в коррупционной деятельности. Из его модели, однако, нельзя сделать вывод об однозначной связи между коррупцией и экономическим ростом, хотя и происходит некоторое перераспределение ресурсов, когда возрастает коррупция. Кроме того, в его модели не хватает теневого сектора экономики.

Сарт в 2000 году, с другой стороны, сконцентрировал внимание на связи между коррупцией и теневым сектором. Анализируя противоположные случаи – свободного доступа на легальный рынок и доступ, регулируемый коррумпированными чиновниками, он обнаружил, что если издержки работы в теневом секторе низки, коррупция, вероятно, не вредит экономическому росту.

Как выяснил Баретто, некоторые ресурсы переходят от частного сектора коррумпированным чиновникам. Это существенно влияет на благосостояние частного сектора, даже если и не влияет сильно на экономический рост. Если же издержки работы в теневом секторе велики, а на легальный рынок они также не могут свободно выйти из-за препятствий, созданных коррумпированными чиновниками, чтобы извлекать из этого ренту, то экономический рост значительно замедляется. Однако, Сарт также показал, что экономический рост одинаково страдает как от коррумпированных чиновников, препятствующих свободному доступу на легальный рынок, так и от аналогичных действий правительства. С такой теоретической точки зрения, коррупция может быть относительно безопасна для развития экономики, если издержки работы в теневом секторе невелики.

Очевидно, что коррумпированные чиновники формируют своего рода клан, который извлекает доходы, используя бюрократические рычаги. При этом используется фиксированный налог с торгующих фирм. Используя налоговые инструменты, коррупционеры создают ряд легально работающих предприятий. При этом уход предприятий "в тень", по определению, свободен. Размер теневого сектора имеет обратную зависимость от издержек на нем и эффективности управления.

Коррупция, измеряемая как доходы, полученные чиновниками, всегда губительно сказывается на экономическом росте и благосостоянии государства. Это естественно, поскольку у инвесторов становится меньше ресурсов, которые нужны для внедрения инноваций.

Существование большого неформального сектора благодаря низким издержкам в нем приводит к уменьшению разрыва в уровне благосостояния.

Роль правительства оценивается тем, как налоги и управленческая эффективность влияет на рост и благосостояние. Это важно, поскольку высокие налоги, и, следовательно, тяжелый общественный сектор, часто рассматривается как источник возможностей для коррупционеров. Однако, правильнее смотреть на коррупцию как признак административной неэффективности, чем излишних государственных расходов. Государственные расходы могут быть высокими из-за того, что более эффективный аппарат управления (или более высокие издержки в теневом секторе) приводит к расширению легального сектора экономики, а отсюда, через пополнение бюджета, к более высоким расходам. Этому будет способствовать и снижение коррупции.

Оказывается, что повышение эффективности оказывает значительное позитивное действие на занятость и снижает уровень коррупции, а также уменьшает размеры теневого сектора. Теневой сектор отрицательно влияет на экономический рост, хотя эти данные и не являются статистически значимыми.

Высокие налоги и тяжелый общественный сектор часто рассматривают как признак неэффективности, однако наша модель не подтверждает этого. Вероятно, лучше рассматривать уровень коррупции как признак административной неэффективности, чем перерасход государственных средств. Что действительно связано, так это рост благосостояния с ростом эффективности управления. Это предполагает, что можно многое выиграть, если провести административные реформы, направленные на повышение эффективности управления.

С другой стороны, остается неясным, что произойдет, если правительство начнет искусственно повышать издержки работы в теневом секторе. Такие действия должны, по идее, способствовать экономическому росту, поскольку фирмы вынуждены будут действовать легально. Однако, это может уменьшить потребление, поскольку общая численность фирм на рынке уменьшится. Таким образом, остается неясным, как меры, направленные на сокращение теневого сектора отразятся на благосостоянии страны, поскольку такие меры уменьшат конкуренцию в легальном секторе экономики.

Предпосылки развития теневого сектора

Предпосылки теневой экономики формируются из существующих проблем экономического развития России.

Противодействие легализации доходов, полученных преступным путем – одна из задач, без решения которой невозможно обеспечить экономический рост в стране и достойный уровень жизни россиян. Отмывание криминальных денег угрожает не только экономике страны, но и безопасности ее граждан – об этом было заявлено на совещании. Терроризм существует на преступные деньги. Эта проблема актуальна почти для всех стран. Но для России особенно. Доходы теневой экономики сегодня составляют до 40% всего валового продукта страны. Через благотворительные фонды и кредитные организации, криминальные деньги подпитывают терроризм.

Российское законодательство уникально. Предикат для состава легализации составляет почти все статьи, к сожалению, в силу профессиональной подготовки не все составы квалифицируются легализацией. Это одна из самых больших проблем. Такое мероприятие направлено на то, чтобы понять, как двигаться дальше.

В Воронежской области только в этом году было возбуждено 8 уголовных дел о легализации преступно нажитых доходов в особо крупном размере.

Лишь половина регионов России сегодня имеют судебные решения по делам, связанным с отмыванием преступных денег. Между тем доходы теневого сектора экономики только за прошлый год выросли более чем на треть. А обналичено было 8 триллионов рублей.

Исследование теневой экономики в Уральском федеральном округе, отметил Басаргин, представляет особый интерес.

Экономика субъектов Российской Федерации, входящих в состав Уральского федерального округа, разнопланова. Территории УрФО – это территории с мощным потенциалом топливно-энергетического комплекса, развитой нефте- и газодобычей; регионы с развитой металлургией, тяжелым машиностроением, оборонной промышленностью; территории, где преобладает сельское хозяйство. Неоднородно и их финансовое положение. Мощный промышленный потенциал, финансовые и природные ресурсы делают Уральский федеральный округ привлекательным для теневой деятельности.

Проведенная диагностика ущерба, наносимого теневой экономикой, и рассчитанная по методике УрО РАН, показала, что суммарный ущерб, нанесенный экономике Уральского федерального округа теневым сектором, составил 27 % ВВП.

Таким образом, сказал в заключение Виктор Басаргин, проблема теневой экономики сегодня чрезвычайно остра и требует принятия самых безотлагательных и комплексных мер по противодействию ее дальнейшему разрастанию. Без этого невозможна реализация поставленных Президентом России задач, в том числе по удвоению ВВП, формированию конкурентоспособного государства, преодолению бедности.

Литература

1. Белкина С.Е. Роль государства в сокращении теневого сектора в переходный период // Проблемы устойчивого развития экономики / РАГС.: С.Н. Чудновская, Ю.Н. Барышников. – М.: РАГС. – 2003. – №5. – С. 45-48

2. Губанов С. Рост отсталости и отсталость роста.// Экономист.-2005. – № 3.- С. 13-29

3. Дмитриев Ю.И. Теневая составляющая экономики России // Вестник ПАГС им П.А. Столыпина. – 2004. – №7. – С.49-56

4. Елисеева И.И. Определение объемов торговой деятельности на основе макроэкономических показателей // Вопросы статистики. – 2004. – №4. – С.18-22

5. Красавина М.Н. Научные подходы к оценке масштабов теневой экономики в финансово-кредитной сфере и меры по их снижению // Деньги и кредит – 2005. – №6. – С.62-68

6. Курс экономической теории / Под общ. Ред. М.Н. Чепурина, Е.А. Киселевой. – М.: Инфра-М, 2002.

7. Курс экономической теории. Общие основы экономической теории, микроэкономика, макроэкономика, переходная экономика: Учебное пособие / Под общ. Редакцией А.В. Сидоровича. – М.: МГУ им. Ломоносова, "ДИС", 2002.

8. Осаковский В. Влияние реформирования ЕСН на теневую экономику: негласный сговор и конфликт интересов // Вопросы экономики – 2005. – №5. – С.89-99

9. Семина Г. Роль теневых экономических отношений в хозяйственной жизни общества // Экономика и управление. – 2003. – №3. – С. 105-106

10. Системный анализ актуальных проблем экономики / Сборник научных трудов Института системного анализа Российской Академии Наук. Под ред. д.э.н., проф. М.Г. Завельского. – М.: Эдиториал УРСС. 2004.

11. Социально-экономические проблемы России: Справочник. / ФИПЭР. – СПб.: Норма, 1999.

12. Тарасов М. Усиление роли государства по ограничению теневой экономики России // Проблемы теории и практики управления. – 2004 – №4. – С. 32-37

13. Экономическая теория: Учебник по общ. Ред. В.И. Видяпина и Г.Г. Журавлевой. – М.: Инфра-М, 2005.