Роль СМИ в формировании политических и духовно-нравственных ценностей современного российского общества

Роль СМИ в формировании политических и духовно-нравственных ценностей современного российского общества.

Статьи по теме
Искать по теме

Действительно, информационно-коммуникационные процессы стали составлять ядро современной цивилизации, а в политике информация превратилась в решающий фактор политической власти и управления. Сегодня политики пытаются наладить новые конструктивные механизмы взаимодействия между политической властью и массами, которые можно развивать в информационном обществе только с помощью информационных технологий, играющих решающую роль в формировании общественного мнения. Ученые обращают особое внимание на ряд новых качеств информации как политического ресурса. Во-первых, в отличие от природных, трудовых и денежных ресурсов, информация не убывает по мере ее использования, поэтому ее политического влияния хватает на любую аудиторию. Во-вторых, информация неотчуждаема, и приобретение новой информации не уменьшает нашей способности приобрести еще столько же. В-третьих, информация мгновенно распространяется в пространстве, и ее одновременно могут потреблять самые разные политические акторы.

С точки зрения политической мобилизации общества информационный ресурс обладает преимуществом всеохватности и одновременности воздействия, что до информационной революции было практически неосуществимо. Однако важно подчеркнуть, что далеко не все сведения можно считать информацией. Американский математик К. Шеннон подчеркивал, что информацией можно назвать лишь такие сообщения, которые могут способствовать разрешению человеком ситуации выбора некоторых альтернатив своего поведения [Шеннон К. Работы по теории информации и кибернетике. — М.: Изд-во иностранной литературы, 1963]. Другими словами, информацией можно признать лишь те сообщения, которые оказывают влияние на подготовку и принятие решений, при этом любой оценке сообщений предшествует их отбор. Например, из всего массива информации, специально собираемой государственными органами для принятия решений, фактически используется только 5–7%. Но если в вопросе о значении информации политологи достаточно единодушны, то интерпретация термина "коммуникация" вызывает дискуссии. Коммуникацией (от лат. communico – делаю общим) называют и сам акт общения, и способ установления контактов, и процесс перекодировки вербальной сферы в невербальную и невербальной в вербальную.

Политологи стали активно разрабатывать теорию политических коммуникаций с середины XX в. Одни теоретики представляют политические коммуникации в широком плане, рассматривая их как "язык политики" (Д. Грабер). Другие, напротив, стараются сузить предмет исследования до особой формы информационно-коммуникационных обменов между властной элитой и массами (К. Дойч). Однако большинство современных политологов рассматривают политические коммуникации как форму осуществления массовых коммуникаций (У. Липпман, П. Лазерсфельд) [Терин В.П. Массовая коммуникация. Социокультурные аспекты политического воздействия, Исследование опыта Запада. - М.: Изд-во Института социологии РАН, 1999. - С. 28]. В целом политическую коммуникативистику можно определить как науку, изучающую формы и средства информационно-коммуникационных обменов в политике.

В число наиболее распространенных средств массовой коммуникации можно отнести печать, радио, телевидение, интернет, реклама, телефон, телеграф, кино, театр, а также митинги, манифестации, избирательные кампании и другие массовые выступления и зрелища.

Актуальность изучения места и роли средств массовой информации в обществе стала возрастать в политологической науке с начала XX в. Формирование истинно массовой аудитории и массовых средств передачи информации привело к качественному изменению форм и методов коммуникации. Появилась массовая коммуникация, рассчитанная не только на элиту, но и на все слои общества. Стремительное возрастание роли СМИ привело к тому, что коммуникация, под которой обычно понимается тип взаимодействия между людьми, социальными общностями и институтами, предполагающий обмен информацией, сегодня охватывает своим влиянием все области социальной действительности и по-новому организует общественные отношения. Наблюдаемое на рубеже XX и XXI вв. интенсивное развитие коммуникационных технологий значительно облегчило производство и распространение социально значимой информации и привело к формированию глобального информационного пространства, в которое оказались вовлечены целые сообщества, политические, экономические, религиозные и культурные институты.

Современные средства массовой информации, оказывают существенное воздействие на жизнь социума, диктуют образцы поведения, отражают и формируют общественное мнение. В настоящее время массовая коммуникация транслирует информацию между социальной и политической системой, а СМИ как средство ее осуществления, становятся важнейшим социально-политическим институтом. Они, во многом, задается русло социальных, политических, экономических и социокультурных изменений в обществе, являясь одним из важнейших посредников в отстаивании интересов населения, инструментом их "просвещения", каналом взаимосвязи с властными институтами.

СМИ представляют собой сегодня сложный, многоуровневый, поливариантный многоцелевой социально-политический институт, отличающийся открытостью передачи информации, совокупностью специальных технологий, однонаправленностью взаимодействия от коммуникатора к реципиенту, публичностью непрямых взаимодействий коммуникационных партнёров, разделенных пространством и временем, невозможностью перемены их ролей, непостоянным, дисперсивным характером аудитории.

В современном обществе СМИ выполняют 4 взаимосвязанных разнонаправленных, многоаспектных группы функций: 1) информационная функция (включающая инновационный, стабилизирующий, трансформирующий, воспроизводящий и распространяющий вектор направленности информационного поля); 2) образовательная, связанная с социализацией (включающая такие направления воздействия, как политизация, консюмеризм, социокультурное просветительство, а также интерпретативнность, манипулятивность); 3) регулятивная функция (имеющая прямое, обратное, внутреннее направление реализации и проявляющаяся через интеграцию или дифференциацию аудитории на относительно гомогенные группы); 4) коммерциализация, которая, превращая средства массовой информации в бизнес-структуры, во многом предопределяет особенности корпоративной стратегии СМИ, их ресурсный потенциал развития.

В отличие от западных СМИ, возникших "снизу" естественным путем в ответ на актуализацию потребностей торговых и прочих слоев населения и потому сформировавшихся как социальный институт, российские СМИ изначально возникли по инициативе властных структур как социально-политический институт. Поэтому они отличались зависимостью и строгим контролем от власти и неравновесностыо функционального распространения информации. В них доминировала инструментальная функция канала воздействия на общественное мнение, проводника государственной (императорской, советско-партийной) власти в обществе. Потенциал СМИ как четвертой власти и канала влияния общественного мнения на деятельность государственных, партийных и иных политических структур реализовывался в меньшей степени (за исключением периодов социально-политических кризисов: первой русской революции, февральской революции и перестройки конца XX века).

В условиях переходности и становления рыночного информационного общества в нашей стране трансформация института СМИ проявляется в усилении его внутренней разнородности. Реализация всего многообразия функций СМИ во многом зависит от гравитационного поля, образованного, в основном, соотношением рекламных денег и средств, полученных от органов государственной власти различного уровня. В зависимости от этих маркеров выделяется 4 модели функционирования современных российских СМИ: патерналистская, переходная, рыночная и конфронтационная, различающиеся по организационным формам, доле государственной собственности, уровню финансовой независимости, технологического и профессионального развития, степени конфликтности, особенностям корпоративной стратегии, характеру преподнесения материала и роли в системе воспроизводства культурных, экономических, политических и социальных отношений.

Сегодня общество достаточно отчетливо осознает, что современные средства массовой информации являются достаточно влиятельной и конкретной силой, не только отражая окружающий мир, но и создавая принципиально иной "виртуальный мир", неведомое ранее "глобальное пространство – время", где особое значение имеет не столько само событие, а то, как оно представлено и воспринято. Даже небольшие изменения в содержании и направленности передаваемого сообщения могут иметь далеко идущие для всего общества последствия, в том числе и в политическом плане. Поэтому специалисты разных областей научного знания обсуждают реальные рамки (полномочия и возможности) этого влияния, уточняя и конструируя объяснения данного явления с различных позиций.

Эволюция средств передачи информации

На протяжении тысячелетий происходила эволюция средств передачи информации. Длительное время основным средством коммуникации между людьми была устная речь. Веками совершенствовалась техника передачи устного слова до возможно большего количества людей. Тысячи лет назад люди стали использовать знаки для записи устной речи. Первым шагом к письму, вероятно, было узелковое письмо. Затем появилось письмо в рисунках. Это был второй шаг человечества к созданию письменности. Первые рисунки появились около сорока тысяч лет назад. Постепенно рисунки становились похожими на рассказ в картинках. Это стало называться в науке пиктографией. Постепенно рисунок стал упрощаться и распадаться на отдельные графические знаки. Их наносили на различные предметы и материалы. Например, в Египте – на папирусе или камне. На основе пиктографии возникло ребусное письмо, затем – слоговое и, наконец, – звуковое. Первый алфавит был создан во втором тысячелетии до нашей эры. И вот уже почти три тысячи лет человечество пользуется буквенно слоговым письмом. Сегодня наука знает о существовании пятисот видов письменности.

Первым крупнейшим технологическим достижением, имевшим огромное значение для эволюции средств передачи информации, было изобретение в 15 веке печатного станка с использованием подвижных металлических литер. Изобретение книгопечатания, т. е. печатания с набора, состоящего из отдельных литер, принадлежит немецкому типографу из Майнца – Иоганну Гутенбергу. Если до появления печатного станка Гутенберга в Европе существовало около 30000 книг, то к 1500 году их число приближалось к 9 миллионам. Таким образом, примерно за пятьдесят лет число книг увеличилось в сотни раз. Доступ к письменной информации получили и те, кто не принадлежал к церковной элите. Печатное слово стало первым средством массовой информации.

Развитие книгопечатания постепенно привело к появлению газет в конце 16 века. В Венеции специальные конторы "писцов новостей" выпускали рукописные листки стоимостью в одну серебряную венецианскую монету образца 1538 года – "газетту" (отсюда и пошло и сохранилось употребляемое ныне во многих языках слово "газета").

Родословную первой типографской газеты некоторые историки ведут от издававшегося в Лейпциге в 1590 году ежедневного листка, другие – от бельгийской "Ньюве тийдинген" (1605 год), третьи – от еженедельников "Авизо" и "Реляцион", появившихся в Германии в 1609 году. Годом рождения европейской газетной периодики чаще считается 1609 год. Местом ее появления стала Германия. Газета, начинавшаяся словами "Relation: Aller Furnemmen", была напечатана в январе 1609 года в городе Страсбурге, и в ней были помещены новости из Кельна, Антверпена, Рима, Венеции, Вены и Праги. К 1630 году еженедельные газеты появились уже в 30 городах Европы. Быстрое распространение печатных периодических изданий, а в период с 1609 по 1700 гг. только в Германии специалисты зафиксировали хождение около 200 газет, объяснялось возросшим уровнем типографского дела, ростом городов и увеличением спроса на различную информацию со стороны городского населения, основным потребителем данного типа печатной продукции.

Однако процесс появления первых газет в ряде стран сдерживался строгими цензурными порядками, регулировавшими появление печатной продукции. Повсеместное введение института предварительной цензуры, появившейся почти сразу после изобретения книгопечатания, стало реакцией государства на неподконтрольное распространение идей, мнений и информации.

Первая российская газета "Куранты" (второе название "Вестовые письма") появилась в 1621 году. Но она была рукописной. Источником информации для "Курантов" служили сообщения послов, купцов, а также специально направленных за границу "дозорных людей" – своего рода специальных корреспондентов, задачей которых было "проведывать о разных в Европе военных действиях и мирных постановлениях". Первыми специальными корреспондентами в истории российских СМИ были Кузьма Симонов, Василий Гусев, Петр Крузиорн и Гебдон.

В России первая печатная газета появилась в 1703 году (Ведомости), гораздо раньше чем во Франции и Италии. Появившаяся 2 января 1703 года газета "Ведомости" ("Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и во иных окрестных странах") являлась государственным изданием. Тот факт, что газета появилась по указу императора Петра I, существенно отличал ее от зарубежных СМИ, которые возникали в основном по частной инициативе и служили торгово коммерческим целям. Издавать газету во все времена было нелегко, ибо, как сетовал переводчик Посольского приказа Волков "время настоящее мутно, трудно, хлопотливо и ненадежно". Первым русским репортером общепризнанно считается Яков Синявин, которого Петр приказал "определить для собирания сведений о жизни русского общества". Синявин начал работать в "Ведомостях" в 1719 году, и сразу же появились его сообщения об успехах российской экономики, яркие корреспонденции из провинции. Интересен факт, что первым распространителем газеты стал 17 летний солдат Вася Татищев, будущий автор "Истории государства российского", исследователь Урала, ученый энциклопедист.

Кстати, само слово "информация" также вошло в русский язык в петровскую эпоху. Впервые оно было зафиксировано в "Духовном регламенте" в 1721 году. Вызванная к жизни политическими, экономическими и культурными потребностями страны, первая печатная газета "Ведомости" (1703–1727) отразила в своей сущности противоречия эпохи петровских преобразований. С одной стороны, она стала важным явлением национальной культуры, содействовала демократизации языка, осуществляла просветительскую функцию. С другой, – служила целям пропаганды внутренней и внешней политики правительства, монопольно воздействовала на мнения читателей в монархическом духе.

Таким образом, в первые десятилетия XVIII века единственной разновидностью периодики в России была газета, обретавшая свои типологические особенности в содержании, оформлении, системе жанров, преимущественно информационных, среди которых главенствующую роль играла заметка. После смерти Петра I в пору начавшихся дворцовых переворотов "Ведомости" прекратили свое существование, печатное дело перешло в ведение Академии наук и Московского университета. С 1728 года издаются "Санкт Петербургские ведомости". С 1728 по 1742 гг. газета имела приложение "Исторические, генеалогические и географические примечания". С 1756 года Московский университет начал издание "Московских ведомостей".

Важным этапом в деле коммуникационных новаций стало появление информационных агентств. Первое в мире информационное агентство появилось в 1835 году в Париже. Его основателем стал Шарль Луи Гавас, начавший свою деятельность с "бюро переводов Гаваса", в задачу которого входило оперативное обеспечение переводов иностранной прессы для нужд местной периодики.

В дальнейшем информационное агентство Гаваса получало новости из зарубежных газет, а также от широкой сети собственных корреспондентов, продавая полученную информацию в парижские газеты, затем провинциальные, а потом и зарубежные издания. Для быстрого получения информации агентство Гаваса с успехом применяло голубиную почту. Офис Гаваса располагался на одной улице с главным парижским почтамтом, что ускоряло возможность быстрой отправки почты. Именно в агентстве Гаваса получили первые навыки работы будущие основатели собственных информационных агентств – Бернхард Вольф и Питер Юлиус Ройтер.

Вначале передаваемые новости были только биржевыми, но вскоре стали дополняться и новостями политическими. В 1847 году был изобретен телеграф. Впервые стало возможным передавать информацию на большие расстояния с огромной скоростью. Когда была четко налажена телеграфная связь между немецкими городами и Веной, то Вольф усилил бюро новостей службой внутриполитической информации.

4 октября 1851 года Питер Юлиус Ройтер (по переезду в Англию взял имя – Джулиус Рейтер) основал компанию под названием "Подводный телеграф". Уже к началу 1860 х гг. Джулиус Рейтер приобрел огромное влияние: сеть офисов агентства Рейтер покрывает весь мир. Правительство Ганновера дает Рейтеру разрешение проложить между "английским и ганноверским берегами" кабель, который затем продлевается до самой российской границы. А в 1862 году, когда телеграфные линии проложили через Уральский хребет к Тюмени, Рейтер организовал там конную курьерскую службу для доставки сообщений из Пекина. В настоящее время в агентстве более 16 тыс. сотрудников, передающих информацию из 157 стран мира. Сбор новостей и их редактирование осуществляется на 25 языках. Агентство Рейтер объединяет около 2000 журналистов, фотографов и операторов и значится вторым в списке самых влиятельнейших агентств мира.

Не менее важным технологическим изобретением, революционно изменившим способ обмена информацией, был телефон. Аппарат А. Белла, запатентованный им 10 марта 1870 года, оказался первой личной информационно коммуникационной технологией. Это явилось предтечей глобальных средств передачи информации.

Русское телеграфное агентство (РТА) было создано в 1866 году. Извещение о его создании было опубликовано в газете "Биржевые ведомости", при которой уже 4 года действовало небольшое телеграфное бюро. Агентство получило разрешение иметь свои бюро в разных городах, издавать свои бюллетени телеграмм и продавать их. Первоначально РТА распространяло иностранную политическую информацию и коммерческие новости на территории страны организациям, редакциям газет и частным лицам. Вскоре оно стало собирать и распространять за границей через бюро Вольфа внутрироссийскую информацию. Это значительно облегчило получение сведений, особенно провинциальным газетам. Спустя шесть лет в 1872 году к первому телеграфному агентству в России прибавилось Международное телеграфное агентство, а в 1882 году возникло Северное телеграфное агентство. Первое общероссийское телеграфное агентство было создано в 1894 году. Все российские агентства были частными предприятиями и принадлежали крупным издателям – Краевскому, Суворину, Нотовичу, Трубникову. [Панарин И.Н. "СМИ, пропаганда и информационные войны": Поколение; Москва; 2012]

Изобретение РАДИО в 1895 году А. Поповым привело к возможности начала глобального информационного воздействия на огромных расстояниях. Предпосылки для превращения радио в средство массовой информации были созданы в канун и во время первой мировой войны. В 1906 году американец Ли Де Форест изобрел аудион – электронно вакуумную лампу, применение которой в радиоустройствах позволило передавать голосовые сообщения, музыку, шумовые эффекты. В 1908 году изобретатель организовал первую в истории музыкальную передачу: радиосигналы, посланные с Эйфелевой башни в Париже, распространились в радиусе 500 миль. В Америке, уже в 1923 году в пользовании находилось около полумиллиона радиоприемников, а через три года приемные устройства имелись уже в каждой шестой американской семье. В Европе становление массового радиовещания также происходило в начале двадцатых годов. Успешные опыты по передаче радиосигналов привели к существенному расширению количества действующих станций в Великобритании. В 1922 году группой предпринимателей при участии Маркони была образована Британская вещательная компания – предшественница Британской вещательной корпорации (Би Би Си). В декабре 1922 года компания начала ежедневное радиовещание – вначале в Лондоне, затем в Бирмингеме и Манчестере. В начале 1920 х гг. регулярно вещающие радиостанции почти одновременно появляются и в других западноевропейских странах.

Стремление создать службу радиовещания, свободную от коммерции, от влияния рекламодателей и от прямого правительственного вмешательства в редакционную деятельность, воплотилось в модели Британской вещательной корпорации (Би Би Си) – самоуправляющейся организации, финансируемой за счет абонентских сборов с владельцев радиоприемников. В 1927 году английская королева подписала Устав Би Би Си, создавший правовую базу корпорации как уникальной общественной вещательной службы. Согласно Уставу, Би Би Си призвана обеспечить всеобщий охват населения Великобритании вещанием и качественное информирование, просвещение и развлечение англичан. Одним из мотивов создания механизма финансирования Би Би Си, основанного на взимании абонентской платы, было стремление исключить создаваемую мощную вещательную корпорацию из числа медийных организаций, претендующих на доходы от рекламной деятельности. В 1990 е годы Всемирная служба Би Би Си, с ее вещанием общим бъемом 820 часов в неделю, со 140 миллионами постоянных радиослушателей по всему миру, являлась одной из крупнейших иновещательных организаций.

С середины 30-х годов активно начало развиваться телевидение. В Германии телевещание было начато в 1935 году. В 1936 году была успешно осуществлена телевизионная трансляция с Летних Олимпийских игр в Берлине. Во время войны телевизионные передачи в европейских странах не велись, техническое совершенствование телевещания было заморожено. В Соединенных Штатах, не испытавших прямых последствий военных действий на своей территории, массовая телеаудитория также не сформировалась: на момент окончания войны в стране насчитывалось лишь около пяти тысяч телевизоров.

Хотя экспериментальные телеприемники появились еще в конце 1930 х годов в СССР и Германии, до конца Второй мировой войны телевидение было в целом неизвестно населению. По окончанию войны, наиболее активно телевидение стало развиваться в США. Если в 1946 году телевизор имели только 0,2 % американских семей, в 1950 м эта цифра выросла до 9 %, в 1951 м – до 23,5 %, а в 1962 году она составляла уже 90%. К 1980 году телевизоры имели почти 98 % американских семей, и с тех пор эта цифра остается неизменной. В каждой из этих семей в среднем 2,2 телевизора. С телевизорами тесно связаны видеомагнитофоны, которые в 1997 году были у 96 % американских семей с детьми. В развивающихся странах феномен телевидения носит почти повсеместный характер. Например, телевизоры имеют свыше 94 % аргентинских семей и более 75 % бразильских семей, хотя холодильники можно увидеть только в 20 % бразильских домов. Антенны возвышаются сегодня над крышами домов даже в самых жалких городских трущобах стран третьего мира. В XXI веке на земле не осталось мест, которых не достигло бы телевидение. За последние десятилетия количество телевизоров на 1000 жителей планеты удвоилось с 117 до 234, хотя едва ли можно говорить об их равномерном распределении по земному шару; например, на 1000 человек в Нидерландах приходилось 906 телевизоров, а в США – 850, но лишь 5 – в Бангладеш и 9 – в Кении. В Европе распространение телевидения (особенно цветного) происходило медленнее, но к концу 1960 х гг. большинство европейцев пополнило ряды телезрителей. В последней трети XX века телевидение превратилось в этих регионах мира в основное средство массовой информации. В конце XX в. во многих государствах телепередачи привлекали более многочисленную аудиторию, чем пресса и радио – например, в 1990 е годы 66 % опрошенных американцев признавали ТВ своим главным источником новостей. Примерно столько же участников опросов заявили о максимальном доверии к телевидению как к источнику информации по сравнению с другими СМИ. Продолжительность телепросмотров достигла в ряде стран мира от 3 до 5–8 часов в день. Через полвека после начала первых регулярных телепередач мировая аудитория телевидения превысила 3 млрд. человек.

Теоретико-методологические подходы к изучению СМИ

Современные теоретические представления о СМИ берут свое начало в далеком прошлом: в античных идеях Платона о важной роли мифов для оптимизации общественного сознания, мыслях Аристотеля об общественном характере и целях общения, направленного на достижение высшего "общего блага". Цицерон видел в общении механизм установления и поддержания "общего правопорядка". В средние века такие мыслители, как Августин Блаженный и Фома Аквинский обосновывали божественный характер общения и пытались выделить различные его виды. Позже Н. Макиавелли пытался выявить механизмы изменчивости настроений и поведения людей. [Макиавелли Н. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия / Макиавелли Н. Избранные сочинения. - М.: Художественная литература, 1982. -С.405-407]

По мере распространения и развития печатного дела и появления прессы актуализировались идеи вокруг функциональных возможностей и рамок СМИ. Т. Гоббс выступал за ограничение и введение правового контроля за деятельностью прессы, чтобы не ослаблять государство. [Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / Гоббс Т. Сочинения: В 2 т. - Т.2. - М.: Мысль, 1991. С.250-252.] Представители либерально-демократической мысли XVII–XIX вв. (Дж. Локк, Дж. Мильтон, Ш. Монт ескье, Дж. Милль [Локк Дж. Два трактата о правлении. / Локк Дж. Сочинения: В 3 т. - Т.З. - М.: Мысль, 1988. -С.135; Локк Дж. Опыт о веротерпимости / Локк Дж. Сочинения: В 3 т. - Т.З. - М.: Мысль, 1988. С.66-90; Милль Дж. О свободе // Наука и жизнь. - 1993. -№11. С.10-15; №12. -С.21-26; Мильтон Д. Ареопагитика: Речь о свободе печати, обращенная к

английскому парламенту / О свободе: Антология западноевропейской классической либеральной мысли / Отв. ред. М.А. Абрамов. - М.: Наука, 1995. -С. 19-47; Монтескье Ш.Л. О духе законов. - М.: Мысль, 1999. - 672 с.]) настаивали на необходимости свободы слова и независимого характера СМИ, как механизма социального контроля за деятельностью государства и противодействия проявлениям деспотизма со стороны органов власти.

Научное изучение массовой коммуникации как социально-политического явления и процесса было заложено в XIX веке К. Марксом, который с позиций экономического детерминизма и классового конфликта дал определение СМИ как посредника между управляющими и управляемыми с позиций материалистического обоснования предназначения места и роли СМИ в обществе, содержания понятия свободы печати как возможности реализовать общественные интересы разных социальных классов. [Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений. М., 1983. Т. 1. С. 206.] Подобное понимание стало основой для многих последующих оценок экономических факторов функционирования СМИ, как выражении концентрации материально-экономический и политической власти, инструмента политического и идеологического контроля в обществе, их взаимоотношений с политической элитой, аудиторией, массами.

На основе марксистского тезиса о СМИ как мощном стимуляторе изменений в обществе возникли неомарксистские концепции Г. Мердока, П. Голдинга, Н. Пулантзаса, Л. Альтюссера. В их работах критически пересматривается положение К.Маркса о СМИ как инструменте революционных преобразований. Они начинают интерпретироваться как механизм идеологического воздействия на сознание масс в целях социального стимулирования развития общества. Неомарксистский подход просматривается и в теориях Франкфуртской школы раннего периода: М. Хоркхаймер, Г. Маркузе и Т. Адорно. [Адорно Т. К логике социальных наук / Т.Адорно // Вопросы философии. -1992. -№ 10. -С. 76-86.] Данный научный ракурс понимания СМИ отличается двойственностью. С одной стороны это – форма выражения идеологически значимой информации, а с другой – механизм, который формирует сознание масс, обеспечивает распространение и укрепление определенной идеологии благодаря возможности регулярного воздействия на массовое сознание в скрытой форме.

К этим взглядам примыкает и теория массового общества, которая исходит из положения о взаимодействии авторитетных и властных институтов общества, в результате чего СМИ оказываются интегрированными в эти институты и, как следствие, поддерживают политико-экономический курс властных структур. Эта теория особо подчёркивает роль СМИ в формировании общественного мнения. При этом отмечается двоякое понимание СМИ – с одной стороны, они – манипулятор общественным мнением, с другой стороны, канал влияния этого общественного мнения. Таким образом, данная теория с одной стороны – примыкает к марксисткой идее о СМИ как проводнике интересов и идеологии правящих классов, а с другой стороны – отражает институциональную специфику СМИ, что сближает ее с институциональным подходом, заложенным еще Вебленом. [Веблен Т. Теория праздного класса / Пер. с англ. С.Г. Сорокиной. Общ. ред. В.В. Мотылева. - М.: Прогресс, 1984. - 349с] В рамках нео-институционального подхода К. Поланьи [Поланьи М. Личностное знание. - М.,1986. -С.32.] и Д. Норта [Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. - М.: Фонд экономической книги Начала, 1997. - С. 147-148.] СМИ не рассматривались, но их идея о расширительном толковании социального института как сложного, многоуровневого матричного образования позволяет выявить различные модели средств массовой информации по таким критериям, как характер актуализации, специфика субъектной направленности, способ презентации информационного материала, особенности обратной связи между коммуникантами.

В XX веке, как отмечает В.П. Конецкая [Конецкая В.П. Социология коммуникации./В.П.Конецкая. - М.: Междунар. Ун-т Бизнеса Бизнеса и Управления, 1997. -С. 208-212.], наиболее значительными являются социологические концепции структурного функционализма, восходящие к социологическим теориям коллективных представлений Э.Дюркгейма, социального взаимодействия П. Сорокина, Т. Парсонса, Р.Мертона. В этом ключе СМИ рассматриваются как самоорганизующаяся и самоконтролируемая подсистема, способная влиять на формирование общественного мнения и возможности манипулировать им.

С иных позиций рассматривал СМИ М.Вебер [Вебер М. Избранные произведения / М.Вебер. Пер. с нем. Сост., общ. ред. и послесл. Ю.Н. Давыдова. -М.: Прогресс, 1990. -880с.], который видел в них инструмент акцентированного выражения различных социальных структур и формирования человека как члена социума. Вслед за ним сформировались теории "партийной поддержки", "двухступенчатой коммуникации" и "лидеров мнений" (П. Лазарсфельд, Б. Бирельсон, X. Годе). В них, как отмечают В. Иванов и М. Назаров, на эмпирическом уровне было зафиксировано понимание СМИ как многоступенчатого многоуровневого сложного источника политических идей, знаний и власти в сложном социальном контексте, взаимосвязанного с составом аудитории и ее партийных идентичностей. В начале информация из передач радио или печати попадает к лидерам мнений и уже от них к менее активным группам населения [Иванов B.H., Назаров M.M. Информационное потребление и политические ориентации / В.Н. Иванов, М.М. Назаров // Социологические исследования. -2000. -№7. -С.84.].

Концепт "социальной группы" (Ж. Коттре и К. Синн) основан на понимании СМИ как эффективного механизма взаимодействия различных элитарных и неэлитарных группировок. Ряд авторов, слегка модернизируя такую трактовку, предлагают рассматривать СМИ как инструмент взаимодействия иных структурно значимых акторов – "лидеров, медиа, граждан" [Конецкая В.П. Социология коммуникации./ В.П.Конецкая. - М.: Междунар. Ун-т Бизнеса Бизнеса и Управления, 1997. -С. 208-212.]. Однако данная конструкция описывает лишь содержательные основания представленных в политико-информационном пространстве интересов корпуса граждан, не раскрывая деятельности тех акторов, которые на практике выражают интересы макрообщностей.

Также необходимо отметить, что массовая коммуникация, охватывая всё многообразие социальных связей – межличностных, массовых и специальных, отражает и выражает культурные ценности субъектов политики; несёт в себе социально-политическую информацию как содержание, включая процессы обмена этим содержанием, а также семиотические и технические средства, используемые в этих обменах, и технические каналы этих обменов. Поскольку коммуникаторы при массовой коммуникации целенаправленно формируют массовую аудиторию, то массовая коммуникация подразумевает так же тесные развивающиеся взаимосвязи внутри массы, в свою очередь воздействующей на коммуникаторов. В данном случае имеют место всесторонние коммуникативные связи и отношения, которые неразрывно связаны с политической и общей культурой общества.

Современные СМИ не просто распространяют информацию, но и воспроизводят действительность. Воздействие СМИ на формирование общественного мнения трансформируется под влиянием всех общественных институтов. Но стоит учитывать, что сами эти институты также подвержены воздействию средств массовой информации.

С. Хилгартнер и Ч. Боек, вслед за У. Липпманом, выявили, что для попадания в публичное медийное пространство информация должна соответствовать некоторым критериям работников СМИ, занимающихся отбором, таким, как драматичность, новизна, отсутствие угрозы пресыщения, ритм организационной жизни, культурные и политические предпочтения.

При этом причины подобной ситуации ими виделись в институциональных характеристиках, таких как стремление журналистов сделать свои материалы увлекательными для аудитории, ориентация на приоритеты своих редакторов, доминирующий ракурс подачи событий, новостей. [Дьякова Е.Г., Трахтенберг А.Д. Массовая коммуникация и проблема конструирования реальности: анализ основных теоретических подходов. - Екатеринбург: УрО РАН, 1999. -130 с]

С точки зрения конструктивизма, социальные проблемы являются продуктом коллективного определения, интерпретации, а не отражением объективно сложившихся социальных условий. Именно интерес к механизмам, посредством которых социальные проблемы попадают в публичное пространство, сближает сторонников конструкционистского подхода с исследователями, изучающими функционирование СМИ как социального института. [Грачев M.H. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития / М.Н.Грачев. -М.: Прометей, 2004. -328с]

Социокультурный подход к пониманию массовой коммуникации и месту СМИ в обществе становится все более актуальным. Так представители Франкфуртской (поздней) школы, сохраняя марксистский постулат о важности факторов, обусловливающих социальные отношения в обществе перенесли его на культурологическую сферу. Например, Т.Адорно [Адорно Т. К логике социальных наук / Т.Адорно // Вопросы философии. -1992. -№ 10. -С. 76-86.] рассматривал СМИ как деструктивный инструмент распространения стереотипов массовой культуры и формирования внешне ориентированного типа личности. Г. Энценсбергер видел в СМИ репрессивный механизм централизации и бюрократического контроля, усугубляющего пассивность аудитории. Напротив, С. Холла и его последователи (Бирмингемская школа), имеют противоположный взгляд на СМИ как на механизм интеграции, взаимодействия массовой культуры и различных социальных структур, представляющих субкультуры молодёжи, рабочих, этнических меньшинств. Г. Маклюэн [Цит. по: Конецкая В.П. Социология коммуникации./ В.П.Конецкая. - М.: Междунар. Ун-т Бизнеса и Управления, 1997. -С. 212.] рассматривал СМИ как исторически развивающуюся культурную систему, основанную на различных средствах социального общения (устного, письменного, аудиовизуального).

В рамках теории "информационного общества" (Б.Андерсон, М. Кастельс, Г. Маклюэн, Т. Эриксен, Ф. Уэбстер [Андерсон Б. Воображаемые сообщества. -М.: КАНОН-Пресс-Ц; Кучково поле, 2001; Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. -М.: ГУ ВШЭ, 2000. -208с; Маклюэн М. Пресса: управление посредством утечки информации / М.Маклюэн // Отечественные Записки. -2003. -№4(12).; Эриксен Т. Тирания момента: Время в эпоху информации. -М.: Весь мир, 2003. -208с; Уэбстер Ф. Теории информационного общества. -М.: Аспект-пресс, 2004. -400с]) СМИ рассматриваются как совокупность методов, ресурсов, технологий, коммуникативных стратегий создания, распространения, восприятия информации для изменения приоритетов общественного мнения, партий через призму динамики информационной среды. При этом акцентируется изменение характера восприятия СМИ в информационном обществе (А. Моль. Г. Маклюэн), когда "линейно-последовательное" мышление, свойственное восприятию печатной продукции, заменяется "мозаичным", интервальным, резонансным восприятием "по диоганали", характерным для "электронной информации".

Развитие средств массовой информации приводит к формированию информационного рынка в обществе. Информационный рынок – особое пространство обмена информацией между социальными субъектами. Информационный рынок предполагает высокую степень институционализации коммуникативных процессов, а следовательно, и высокий уровень социализации источников информации. Кроме того на информационном рынке отсутствует монополия на информацию, то есть предполагается существование разнообразных каналов и источников информации, а также равный доступ к ним каждого члена общества. И, наконец, на информационном рынке обмен информацией детерминирован потребностью социальных общностей, а не навязываются политическим руководством.

"Результатом функционирования информационного рынка является гомогенная информационная среда или "вторая реальность", продуцирующая представления, которыми руководствуются люди в своём поведении наравне с представлениями, полученными под воздействием первой реальности, то есть окружающего человека объективного мира" [Амелин B.H. Социология политики I В.Н.Амелин. -M., 1992. -С.55-56.]. Когда информационный рынок подавляется официальными источниками, возникает "чёрный" рынок информации с различного рода слухами. Они, как правило, распространяются на уровне межличностного общения, так как это делает передаваемую информацию более достоверной, ведь люди изначально доверяют друг другу, никто не предполагает, что его намерены обмануть. Кроме того слухи содержат такую информацию, которую нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, но информация должна быть интересной, такой, чтобы её стремились передать другому. Если слух не передаётся, то он умирает. В условиях становления информационного общества анализ проблемы борьбы за власть смещается от традиционной постановки вопроса о власти и собственности на средства материального производства в плоскость борьбы за власть и собственность на средства производства общественного мнения. Это по меньшей мере диктует необходимость пересмотра устоявшегося понятия "четвертая власть" и трактовки его не столько в аллегорическом, сколько в констатирующем и конституирующем смысле [Грачев М.Н. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития / М.Н.Грачев. - М.: Прометей, 2004. - С. 6-7.].

Наблюдаемое на рубеже XX и XXI вв. интенсивное развитие коммуникационных технологий значительно облегчило производство и распространение социально значимой информации и привело к формированию глобального информационного пространства, в которое оказались вовлечены целые сообщества, институты. Современные технические средства коммуникации, передавая неведомые ранее объемы информации миллионам людей, оказывают существенное воздействие на сферы их труда, быта, досуга, политической жизни, диктуют им образцы поведения, отражают и формируют общественное мнение.

Вместе с тем стало очевидным, что место и роль политических взаимодействий зависят не только от целей населения и способов символизации, но и от технических средств передачи информации. В частности, использование в политике мощных современных технотелемедиумов привело к появлению, как новых типов трансляции информации, так и новых форм коммуникации в сфере публичной власти. Трансформировав систему представительства гражданских интересов, электронные СМИ превратили политику в медиапроцесс, одновременно стимулировав и соответствующие изменения в процессе коммуникации, органически сочетавшиеся с виртуализацией политического пространства, созданием гиперреальности и другими новейшими механизмами поддержания конкуренции за государственную власть. Таким образом, в складывающемся информационном обществе СМИ оказались важнейшим инструментом формирования и самопрезентации политики. [Землянова Л.М. Инфраструктура электронной демократии / Л.М.Землянова // Вестник МГУ. Сер. 10: Журналистика. -1997. -№ 3; Землянова Л.М. Техника меняет общество, но всегда ли это является прогрессом? // Вестник МГУ. Сер. 10: Журналистика, 2001. № 2.]

Таким образом, анализ показал, что на сегодняшний день существует множество подходов и определений средств массовой информации. Ряд западных ученых видят в СМИ процесс передачи сообщений большим, анонимным и гетерогенным группам получателей. Другие – форму дискуссий относительно публичных ресурсов, обращения к официальному центру власти (дающему возможность законодательным и исполнительным органам принимать легальные решения) и использования официальных санкций, с помощью которых государство наказывает и поощряет людей. В плане прогнозирования – предсказывается увеличение дифференциации власти над СМИ, снижение общей культуры социума, или, напротив, – в условиях свободы выбора информации видимое преимущество средств массовой информации, а также совершенствование и постоянство интеграции.

Как это ни парадоксально, информационное содержание СМИ (публичная повестка дня) в значительной мере вырабатывается, формируется путем перестройки и коррекции с учетом политической повестки. Денис МакКуэйл писал, что медиа подчинены двум основным движущим силам развития: с одной стороны, стремлению получить прибыль, с другой – добиться власти в обществе, с которым они находятся в неразрывной связи. Например, государственные органы призваны решать те проблемы, которые волнуют население и к которым привлекают внимание СМИ. Но на самом деле, зависимость здесь не линейная. Между журналистами и политическими деятелями сложился своеобразный симбиоз. Журналисты получаю информацию в обмен на публичный статус, который они предлагают источникам информации. Правительственные чиновники и политические лидеры, попадая в медиа-повестку, оценивают это как завершение определенного тактического этапа политической стратегии и тактики.

В нашей стране традиционно политика доминировала над всеми остальными сферами жизнедеятельности общества, в том числе и над деятельностью СМИ. Это и сегодня отмечается многими аналитиками.

"Действие СМИ заключается в систематическом распространении политической информации среди различных по численности, рассредоточенных аудиторий с целью утверждения духовных ценностей данного общества или его правящих групп, оказания идеологического, культурного и политического воздействия на получателей информации" [Ирхин Ю.В. Политология [Текст]: учебник / Ю.В. Ирхин, В.Д. Зотов, Л.В. Зотова. -М.: Юристъ, 2000. -С.317.]. По природе своей СМИ нейтральны, но последствия их использования становятся зависимыми от целей тех, кто их использует.

Необходимо отметить, что важной тенденцией развития средств массовой информации в последние годы была их политизация – партизация, и непосредственное вовлечение СМИ в политическую борьбу. С одной стороны, с их влиянием процесс политической социализации становится более мобильным; повышается общий уровень информированности, а значит и возможность выбора политических решений; возникают новые формы политического процесса. С другой стороны, сегодня возникает удобная возможность манипулирования общественным мнением, использования средств массовой информации в неблаговидных целях. [Грачев М.Н. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития. / М.Ы. Грачев. - М.: Прометей, 2004. -328с; Соловьев А.И. Политическая коммуникация: к проблеме теоретической идентификации / А.И.Соловьев // Полис. -2002. -№3.-С.5-18.]

Однако, СМИ лишь частично выступают политическим инструментом общества и власти, т.е. могут рассматриваться в качестве такового исключительно в плане перемещения политически значимой массовой информации. Критерием же отнесения СМИ к политической сфере должна быть степень их информационной нагрузки в пространстве власти и, соответственно, способность к активизации коммуникативного потенциала заинтересованного в контактах с властью населения. Даже обладающие массовой аудиторией СМИ зачастую работают в ином информационном поле, вне рамок политических интересов и поведения граждан. Что же касается других категорий СМИ (например, частных), то их политическая составляющая может оказаться еще более непостоянной величиной, переплетающейся с просветительскими, культурными и прочими компонентами их деятельности. Все это свидетельствует о том, что в нашей стране СМИ – это не просто социальный институт, но социально-политический.

Разумеется, институционализация связанной с переходом к информационному обществу тенденции изменения места СМИ в российской политике еще не завершена, хотя перестройка российского пространства с учетом указанной перспективы осуществляется весьма интенсивно. В данном ракурсе СМИ представляют собой сложный многоуровневый социально-политический институт (совокупность учреждений) созданный для открытой передачи информации аудитории, который отличается публичностью, наличием специальных технологий, оборудования, непрямым, разделенным в пространстве и времени взаимодействием коммуникационных партнёров, однонаправленностью взаимодействия от коммуникатора к реципиенту, невозможностью перемены их ролей, непостоянным, дисперсивным, случайным характером их аудитории.

Роль СМИ в формировании политических и духовно-нравственных ценностей современного российского общества.

Проблема человека как социального субъекта в ходе радикальных преобразований в Российской Федерации существенно проявляется в его духовном самоопределении, самоутверждении и духовно-нравственном выражении. А это, в свою очередь, уже вопросы мировоззрения, активной жизненной позиции и ценностных ориентаций личности, представляющих собой мировоззренческие, политические и нравственные убеждения, определенные устойчивые привязанности и принципы поведения. Поэтому осмысление духовного смысла жизнедеятельности россиянина, понимание сути и роли его духовно-нравственных ориентаций ныне представляются крайне важными.

В настоящее время российское общество нуждается в формировании духовно-нравственных основ личности за счет принятия им духовно-нравственных ценностей, нравственных норм и качеств для последующего перехода в практику собственного поведения. При этом под духовно-нравственными основами понимается совокупность приобретенных базовых компонентов личности в рамках развития его духовно-нравственной сферы, обеспечивающих дальнейшее познание самого себя, отношений с окружающим миром на основе духовно-нравственных ценностей.

Современная ситуация в стране оценивается как нестабильная. Это связано с существенным изменением жизненных стратегий и ценностных ориентаций значительной части населения, его отчуждением от отечественной культуры, общественно-исторического опыта своего народа, с отсутствием чётких перспектив в воспитании личности. Сила влияния, исходящая от телевидения, Интернета, безграничного моря аудио- и видеопродукции, во много раз превзошла влияние других общественных институтов. Человеку – молодому и взрослому – стало не просто отличить свои собственные желания и мысли от тех, что навязывают ему извне.

Тем не менее, в настоящее время в российском обществе сложилась уникальная ситуация, при которой у молодежи наблюдается всплеск национальных, гражданских, патриотических чувств. 97 % опрошенных считают себя гражданами России, у большинства респондентов принадлежность к своему народу, осознание того, что они являются гражданами России, вызывает положительные эмоции (гордость – у 50 % респондентов, спокойную уверенность – у 40 %). Доля тех, кто испытывает по этому поводу обиду, ущемленность, униженность, крайне мала (1-2 %). Высок и уровень патриотизма. Подавляющее большинство представителей молодежи (72 %) считают себя патриотами России и гордятся своей Родиной (73 %). [Шестакова Е.Н. Историческое самосознание российской молодежи в конце XX – начале XXI века // Вестник Челябинского университета: история. Челябинск, 2007. Вып. 2., С. 69]

Эта ситуация во многом является уникальной и резко контрастирует с показателями начала 1990-х гг., когда многие стыдились, что живут в России, и стремились покинуть родную страну. Возможно, эта уникальная ситуация является следствием актуализации национального, гражданского, исторического самосознания в 1990-е гг. Замечено, что эти виды самосознания актуализируются в кризисные, переломные моменты истории. Один из таких моментов Россия пережила недавно – в 1990-е гг. Молодые люди в своих ответах также подчеркивали, что гражданином России они наиболее остро ощущают себя в кризисные, трагические моменты, во время военных действий, а также когда идут спортивные соревнования, во время выборов, праздников и в моменты личностной истории (когда достигли совершеннолетия, получали паспорт и пр.).

Процесс формирования демократического гражданского общества неразрывно связан с повышением роли и значимости СМИ как особого инструмента выражения воли народа, ее реализации в процессе преобразования общественной жизни. СМИ в значительной степени являются уникальным средством формирования политических и духовно-нравственных ценностей граждан и выступают важнейшим атрибутом гражданского общества.

Этот подход предопределяет и отношение к СМИ в современных исследованиях, где их функционирование рассматривается как "деятельность социального субъекта по производству и распространению социально-политической информации, направленной на формирование (стабилизацию или изменение) образа мыслей и действий социального же субъекта". В связи с этим актуализируется роль СМИ в ракурсе информационного обеспечения политических процессов. Именно на них возлагается задача донести до общества идею, основные принципы гражданского общества, приемы и особенности его функционирования, пробудить интерес и активность людей, мобилизовать их на позитивную деятельность в данном направлении.

Средства массовой информации представляют собой один из важных институтов общества и канал транспарентности государства. Вместе с тем, общеизвестно, что даже развитая демократическая система гражданского правового общества не гарантирует отсутствие социальных проблем различного рода: начиная от обеспечения личных свобод и самоуправления, заканчивая стремлением власти и элиты сузить границы общественного социального контроля граждан за своей деятельностью. Можно согласиться с А. Зубовым, который подчеркивал, что гражданское общество не может быть целью политических устремлений. Оно – механизм, позволяющий обществу сосуществовать с государством и отстаивать свои интересы. Если государство перестает быть социальным инструментом, оно начинает "обольщаться собственной самодостаточностью" на фоне растущей гражданской апатии. Поэтому необходимо уточнить, что понятие гражданского общества в работе будет нами трактоваться не как форма общественного устройства, а как определенный срез общественной жизни, как социум, где граждане имеют возможность реально воздействовать на социально-политические процессы и тем самым разделять ответственность за все, что происходит в обществе. Этот ракурс позволяет увидеть особую роль СМИ в данном процессе. [Зубов А. Современное русское общество и civil society: границы наложения //Pro et Contra, 1997. Т.2 №4 ]

Современные оценки влияния средств массовой информации на политическое сознание и формирование духовно-нравственных ценностей современного российского общества весьма неоднозначны и даже противоречивы. Среди многих различных точек зрения можно выделить две основные. С одной стороны, довольно распространено представление о том, что политическое сознание и поведение людей существенно зависит от информационного поля, создаваемого СМИ. В этой связи уместно привести слова Э. Денниса, предполагающего, что "СМИ "формируют" наше мышление, "воздействуют" на наши мнения и установки, "подталкивают" нас к определенным видам поведения, например, голосованию за определенного кандидата" [Дэннис, Э., Меррилл, Д. Беседы о масс-медиа / Э Деннис, Д.Меррил. - М.:Рос.-ам.инф.п/ц:Вагриус 1997.]. Ряд других авторов считают, что влияние СМИ на поведение граждан осуществляется путем создания определенного общественного мнения. "Благодаря возможности придавать общественному мнению массовость, СМИ обладают способностью управлять и даже манипулировать им". Более того, отдельные исследователи массовых коммуникаций (а вместе с ними многие политики и журналисты) с недавних пор начали говорить о грядущей эпохе "медиакратии" – власти СМИ, которые уже не столько отражают и интерпретируют действительность, сколько конструируют ее по своим правилам и усмотрению. "Пресса самым непосредственным образом участвует как в производстве, так и в распространении мнений, то есть она не выражает, а создает общественное мнение, она не отражает представления людей о мире, а формирует сами эти представления, а значит, и их видение мира. Производство артефакта, называемого общественным мнением, весьма важная "властная" функция СМИ".

Применительно к России наиболее адекватно компромиссное понимание реального потенциала влияния средств массовой информации на общественное мнение, установки и поведенческие практики населения. Одним из ограничителей реализации значительного потенциала влияния СМИ выступают внутренние противоречия порождаемого ими информационного поля. Как отмечает К.С. Гаджиев, "СМИ, будучи частью современной действительности со всеми ее противоречиями, конфликтами, в той или иной мере воспроизводят их. Поэтому потоки информации состоят из множества противоречащих, нередко взаимоисключающих друг друга сообщений и материалов. И хотя программы и материалы СМИ в своей совокупности оказывают влияние на формирование общественного мнения и духовно-нравственных ориентиров, но они не штампуют их" [Гаджиев, К.С. Размышления о политической культуре совр. России / К.С.Гаджиев // МЭиМО.-1996, №2. - С.26-39]. Иначе говоря, поливариативность информационного поля, расширяющего свободу выбора населением источников информации, объективно снижает зависимость их поведения от влияния СМИ. При согласованных общих действиях средств массовой информации (например, предвыборная кампания Единой России и вновь избранного Президента В. Путина), их влияние резко возрастает. Эффективность воздействия повышается в случае достаточно длительного постоянного транслирования какого-то идеологического концепта, пусть даже и ограниченным числом СМИ. Это подтверждается многими исследователями.

Таким образом, влияние средств массовой информации имеет кумулятивный характер, т.е. его эффект накапливается, аудитория изменяет свое мнение не сразу после получения информационного сообщения, а по мере накопления определенного количества информации. Иными словами, влияние СМИ становится более заметным, если оно многоканально и продолжительно.

Масс-медиа в России больше ориентированы на инструментальную роль в социально политической системе и обществе. Вместе с тем, развивается тенденция к усилению их самостоятельности. Часто они имеют собственные цели, которые часто могут не совпадать с интересами общества и используют для их достижения собственные методы. Однако восприятие СМИ как органа социально-политического управления, может не только не повышать авторитет СМИ и доверие к их сообщениям со стороны населения, но, наоборот, снижать его.

Тот или иной выбор (как процесс принятия решения), очевидно, предполагает определенную степень информированности субъекта как важный познавательный компонент ментальности. Для рядовых граждан СМИ являются единственными доступными источниками информации, особенно о деятельности властных структур. Лишь очень ограниченный круг лиц, обладая более полной информацией, может рассматриваться как посредники, трансляторы. Таким образом, мы полагаем, что включенность населения в сферу деятельности и влияния СМИ является одной из основных предпосылок для проявления гражданских позиций.

В современном российском обществе все больше актуализируется необходимость реализации потенциала СМИ не только как инструмента в сложном механизме политики, но и ее творца (четвертой власти). Влияние на политику СМИ осуществляют, прежде всего, через воздействие на информационный процесс, что, в свою очередь, позволяет определенным образом формировать общественное мнение. Основными инструментами при этом являются получение, отбор, препарирование, комментирование и распространение сведений. От того, какую информацию, в какой форме и с какими комментариями получают субъекты политики, во многом зависят их последующие действия.

СМИ осуществляют отбор сведений, которые поставляются новостными агентствами, сами добывают, интерпретируют и распространяют информацию, позволяя человеку осознать свое место в социальном пространстве. Это само по себе можно расценивать как обладание информационной властью, позволяющую манипулировать общественным мнением населения, задавая критерии отбора информации, степень ее объективности, глубины (редукции) интерпретации, соответствия реальным фактам.

При анализе СМИ в ракурсе воздействия на общественное сознание целесообразно вспомнить о том, что методологические принципы анализа общественного сознания были заложены в трудах представителей западной социологической мысли (Г. Лебон, Ф. Ницше, X. Ортега-и-Гассет, Г. Тард, Д. Юм, К.Г. Юнг) [Лебон Г. Психология народов и масс. - СПб.,1995; Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. М.: "Астрель", 2007; Тард Г.B. Законы подражания. СПб., 1892; Тард Г. Общественное мнение и толпа. Пер. с франц. М., 1902. С.62-63; Юнг К. Г. Психология толпы. СПб.: Ювента, 1995.]. Теория и практика манипулирования в СМИ получили достаточно глубокую научную разработку и практическое применение. К. Ховлэнд и его сотрудники разработали модель, получившую название "психодинамической". [Жукова.Я, Ширков.Ю. Модели массовой коммуникации. Научный отчет. М.,Гостелерадио СССР, 1989.] Здесь авторы исходили из того, что сообщения массовой коммуникации содержат составляющие, оказывающие различное влияние на аудиторию и решающим для определения воздействия ставится не само сообщение, а совокупность факторов индивидуального восприятия.

В отечественной литературе обычно отмечают четыре фактора формирования ментальности индивида: его собственный, в том числе -коммуникативный жизненный опыт человека, социально-экономические условия его существования, социальные институты и средства массовой коммуникации, предоставляющие возможность каждому воспользоваться опытом всех во всем многообразии форм и содержания. Однако в большинстве работ доминирует отношение к аудитории как потребителю политической информации, объект манипулирования – "толпа", "масса", потребители. Если аудитория рассматривается как полноправный субъект коммуникационного взаимодействия, то влияние СМИ во многом зависит от того, какую роль в информационном процессе играет сама личность и как она к этому процессу относится. К сожалению, многие политические "технологии", применяемые сегодня в России, базируются именно на первом подходе.

В ракурсе субсидиарное, эффективность воздействия СМИ существенно зависит от того, как та или иная аудитория воспринимает конкретного журналиста, образ конкретного субъекта – носителя информации (того или иного лидера, института, органа власти), и степени понимания, чьи интересы (массовой аудитории, элитных групп, самого СМИ) отражают передаваемые сообщения. Отношение населения к СМИ в целом и отдельным ее видам фиксировалось через оценки доступности, интереса, потребностей, полноты, объема информации, степени доверия к ней.

Результаты различных исследований показали, что телевизор в семье имеется у 97,5% опрошенных, радио – у 63,5%. 24,5% респондентов выписывают периодические издания, 43,8% покупают их. Таким образом, самым доступным источником получения информации оказалось телевидение (81,4% опрошенных). Второе место занимает пресса (36,3% респондентов). На третьем месте – информация, полученная от друзей, знакомых, родственников (28,3 %). Далее следуют радиосообщения (16,8 %). В полной мере это относится и к информации о деятельности властных структур. Опубликованные данные по результатам массовых опросов россиян также подтверждают, что большинство россиян (56%) ежедневно обращаются к различным СМИ – смотрят телевизор, слушают радио, читают газеты, чтобы узнать новости, в том числе и о политической жизни страны. Четверть наших сограждан (26%) получают такую информацию несколько реже (15% – 3-4 раза в неделю, 11% – 1-2 раза в неделю). Иными словами, телевидение лидирует среди других СМИ как значимый источник информации, поскольку люди обычно склонны больше верить увиденному, чем услышанному или прочитанному.

Однако, по мере перехода на региональный и муниципальный уровни власти, увеличивается значимость печатных СМИ (газет). Более того, чем ниже уровень властных структур, тем больше доля тех, кто считает, что не получает значимой информации от СМИ об их деятельности. Еще ниже оцениваются населением журналы как источник социально-политической информации. Можно предположить, что это объясняется тем, что многие такие издания ориентированы не на политику, а на иные сферы жизнедеятельности. Кроме того, их ориентация на размещение рекламы снижает степень доверия к ним со стороны читателей. Молодежь, которая составляет самую значительную часть журнальной аудитории, меньше ориентирована на политику, что предопределяет редакционные стратегии. И, наконец, достаточно высокая стоимость журналов исключает из числа потенциальных читателей лиц с наиболее выраженной потребностью в социально-политической информации – старшее поколение, пенсионеров.

Кроме того, за последние несколько лет печатные масс-медиа во многом утратили свои позиции в формировании общественного мнения, уступив пальму первенства телевидению в силу общего сокращения тиражей периодических изданий. Трудности печатных СМИ усугубляются и тем, что их финансовое положение напрямую зависит от покупательной способности населения, а значительная часть семей не в состоянии позволить себе частую покупку газет или журналов. По данным Союза журналистов России за последние десять-двенадцать лет произошел общий восьмикратный спад тиражей российских печатных СМИ (центральной прессы – в 15 раз).

Достаточно низкая у населения потребность в информации через категорию интереса к социально-политической сфере и деятельности властных структур. Чуть более половины населения периодически интересуются происходящим (54,7%); не интересуются, но информацию получают 24,8%; постоянно находятся в курсе событий 15,2% опрошенных. Совсем не заинтересованных оказалось – 5,3%. Потребность в социально-политической информации в наибольшей степени сформирована у представителей старшего поколения. У 29% пожилых людей интерес к данной информации носит постоянный характер, у 43% – периодический. Возможно, это связано с традициями, оставшимися с советских времен, когда политическая активность была обязательной для каждого. Однако, думается, что это может быть связано с более сильной зависимостью старшего поколения (пенсионеров) от государственной помощи. В среднем поколении это соотношение составляет примерно 11% к 67%, а у молодежи – 10% к 45%. Чем моложе население, тем более оно дистанцировано от органов власти и тем менее им ощущается потребность в социально-политической информации.

Это подтверждается и результатами общероссийского опроса молодежи, который показал, что только 31,6% молодежи читают газеты и журналы, 45% – смотрят телевизор, 78% – являются пользователями Интернета. Причем, среди подростков (15-17 лет) читают 27%, смотрят телевизор – 39%, пользуются Интернетом – 83% опрошенных. Среди 18-19-летних больше, чем в других возрастных группах читают – 35%, смотрят телевизор – 48%, пользуются Интернетом – 74% опрошенных. Среди 20-24-летних читают почти 32%, смотрят телевизор – 43%, пользуются Интернетом чаще других – 86% опрошенных. Среди самой старшей группы молодежи (25-29 лет) читают газеты и журналы незначительно больше, чем в предыдущей возрастной категории- 32,2%. Они больше других ориентированы на просмотр телевизора – почти 50%, но меньше – на пользование интернетом (67% опрошенных). Причем, если все возрастные группы молодежи читают прессу не более 1 часа в день (34% опрошенных, то среди 25-29 – летних доля таких- самая значительная (38%). До 4 часов в неделю прессу читает в среднем около 10% молодежи, и только среди подростков и 20-24-летних эта доля чуть выше – по 11%. Доля принципиально не читающих печатные издания больше всего среди подростков (29%) и уменьшается с возрастом.

Анализ тендерного среза демонстрирует, что у мужчин потребность в информации СМИ о деятельности властных структур несколько выше, чем у женщин. Последние – в большей степени ощущают свою отчужденность от власти, их потребность в большей степени носит вынужденный характер.

Восприятие населением средств массовой информации во многом проявляется через оценки разнообразия и полноты транслируемой информации. Как показали опросы россиян за 2008-2010 гг., качество информации улучшилось, она стала более интересной для каждого третьего россиянина. 38% россиян считали, что информация СМИ стала более интересной, чем была несколько лет назад. По мнению 15% опрошенных она стала менее интересной. 29% участников опроса считают, что ничего в этой сфере не изменилось. В 2008 г. компания "Медиалогия" выявила динамичность тематического многообразия медийной информации, в том числе, за счет взаимопроникновения различных секторов информационного пространства. Результаты всероссийских опросов ВЦИОМа 2010 г. показали еще более высокий уровень оценок населением разнообразия современных СМИ. Подавляющее большинство (53%) россиян считают их разнообразными и способными удовлетворить даже самые взыскательные запросы. Так думают, прежде всего, 18-24-летние и высокообразованные респонденты (63 и 58%) соответственно). Однако каждого третьего разнообразие и содержание современных СМИ не устраивает (33%) и в первую очередь – 45-59-летних, и тех, у кого среднее образование (по 36%). В представлениях о роли СМИ доминирует мнение, согласно которому они дают нам важную информацию и должны прививать нравственные ценности (48%). Такой точки зрения придерживаются, как правило, 45-59-летние респонденты и жители малых городов (по 52%). 35% опрошенных считают, что СМИ служат для развлечения и получения информации в легкой и доступной форме – в первую очередь, так считают россияне моложе 44 лет (41-43%), жители столиц и крупных городов (40-42%).

Большинство россиян уверены, что новые средства массовой коммуникации никогда не заменят прежние (55%). Впрочем, 37% опрошенных придерживаются противоположной точки зрения. В то время как пожилые респонденты, как правило, думают, что новые СМИ не смогут вытеснить традиционные (64%), среди 18-24-летних россиян доминирует противоположная точка зрения (55%).

Полноту и объективность информационной картины политической жизни аудитория чаще оценивает негативно, чем позитивно. По результатам авторских опросов, каждый третий респондент считает, что она полная, исчерпывающая (40% опрошенных). По стабильному мнению такой же доли аудитории объем информации в СМИ оптимальный ("столько, сколько надо" – 38%). Только 10%о опрошенных считают, что ее "слишком мало" (преимущественно – в Москве, где доля таких составила 15%). 10% аудитории считает ее недостаточно полной. Это подтверждается и результатами общероссийских опросов.

Еще проблематичнее обстоит ситуация с оценками степени объективности, достоверности СМИ, их потенциалом доверия аудитории. Большинство опрошенного населения (почти 58%) считают информацию, получаемую в СМИ, полностью или в значительной степени достоверной. Но, только 7% опрошенных полностью доверяют ей. Наибольшее доверие вызывает центральное телевидение – 4%, местное телевидение – в 2 раза меньше. Интернету – полностью доверяют только 4% опрошенных, печатным изданиям – лишь 3%. Недостоверной в той или иной степени считают информацию в СМИ – 11,9%. Однако каждый третий не смог оценить степень достоверности этой информации.

Абсолютно не доверяют средствам массовой информации 15% респондентов. При этом, наибольшее число опрошенных не доверяют газетам и журналам – 6%, далее идет радио (5%), местное телевидение- 5% и центральное- 4%. Однако различия здесь не слишком велики. Анализ показал, что уровень доверия населения прямо коррелирует с высоким профессионализмом, ответственностью, развлекательным характером подачи материала и обратно – со степень ангажированности (в сторону органов власти или бизнеса), стоимостью изданий.

Таким образом, общество в целом удовлетворяет вектор изменений в характере информации СМИ, однако полнота и достоверность информационной картины относительным большинством признается недостаточной. 80% опрошенных признает необходимость свободы и независимости СМИ. Однако эмпирические данные подтверждают, что сегодня возможности влияния СМИ на массовое политическое сознание далеко не безграничны. Основными "ньюсмейкерами" для россиян являются в первую очередь члены семьи, родственники (на авторитетность их мнения указывают 28% опрошенных), а также Президент России (20%). Реже россияне прислушиваются к мнению известных и уважаемых политиков (11%); журналистов, комментаторов и ведущих телепередач (5%).

Проведенный анализ показал, что общество стало более дифференцированным по характеру своего восприятия информационных сообщений СМИ. Общее недоверие граждан к власти, вызванное снижением уровня жизни, продолжающимся ростом социальной дифференциации, и дискредитацией многих социальных институтов, способствует снижению уровня доверия и к этому институту.

Однако нельзя не учитывать огромные возможности СМИ в сфере манипуляций и воздействия на массовое сознание о том или ином событии, человеке, явлении. Эта проблема стала особенно значимой для России, где уровень коммуникативной культуры низок, а быстрые темпы развития информационных технологий опережают развитие законодательной базы информационной политики, призванной ограничивать возможности СМИ в манипулятивных целях.

Выводы

Исследователи обращают внимание на новые необычные явления в области СМИ, которыми уже отмечен XXI век. "Они связаны с бурным ростом информационных технологий, которые меняют наши традиционные представления об образе жизни, несут качественные изменения, что сказывается на всех сторонах нашего существования. В этом отношении последние десять лет были особенно важны". В начале XXI в. вице-президент США Альберт Гор заявил о создании информационных супермагистралей, которые свяжут мир и по-новому позволят распространять потоки информации.

"Бурное развитие информационно-коммуникационных технологий в конце XX – начале XXI веков, реалии формирующегося в России информационного общества с неотложностью предполагают поиск новых способов трансляции социокультурного опыта и ставят перед учеными и научной общественностью задачу адекватного объяснения происходящих процессов, их возможной прогностики".

Число пользователей Интернета в России составляет почти 40 млн человек, а к 2015 году оно превысит 60 млн. Темп роста российских информационных технологий более чем в два раза превышает мировой и составляет 20% в год, между тем, доля российских информационных технологий в мировом рынке составляет не более 0,7%, и денежный оборот от них составляет 7 млрд долларов в год.

Руководитель Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Сеславинский, выступая с докладом на межотраслевой конференции "СМИ, книгоиздание, полиграфия: итоги и перспективы развития" отметил, комментируя стремительное развитие технологий вещания и, в частности, переход на цифровой способ передачи информации: "Следует, наверное, помнить и о том, что задачу сохранения единого информационного пространства страны никто не отменял. Полагаю, что при доминировании исключительно бизнес-подходов к коммуникациям уже через несколько лет в эфире кабельных сетей Хабаровска и Владивостока будет 10 китайских каналов, в Санкт-Петербурге – 10 финских и шведских, а в Калининграде – 20 польских, немецких и прибалтийских. Как специалист предполагаю, что зарубежные вещатели с нескрываемым удовольствием будут платить деньги российским операторам за подобное активное продвижение на рынке своего информационного продукта". Продолжая доклад, М. Сеславинский также сообщил, что в России было зарегистрировано 66 тыс. 931 СМИ – из них 52 тыс. 641 – печатных, и 14 тыс. 290 – электронных.

Вместе с тем он сказал, что "примерно 45% из них, и прежде всего печатных, находятся в летаргическом сне, оживая лишь в период избирательных кампаний, либо просто выходя от случая к случаю".

Один из авторитетных российских ученых-журналистов Я. Н. Засурский большое внимание уделяет стремительному развитию сотовой телефонии и росту числа мобильных телефонов. "Одна из причин быстрого роста этого сектора цифровой коммуникационной технологии, -пишет исследователь, – связана с либерализацией рынка мобильной связи, которая быстро привела к постоянному снижению цен и ежемесячному увеличению числа пользователей на 1 млн. Это соответствует глобальным тенденциям. Число пользователей телефоном в секторе GSM в мире уже превысило 1 млрд. Таким образом, в телекоммуникационном секторе сегодня, можно сказать, преобладающим, наиболее доступным информационным средством является сотовый телефон".

Интернет вносит изменения в технологическую и социальную сущность политической журналистики как одной из основ политических процессов, изменяя язык, стиль изложения, трансформируя традиционные жанры. Его развитие перемещает в киберпространство дискурс традиционных СМИ. Граница между сетевыми СМИ и традиционной прессой, приходящей в Сеть, в последнее время все больше стирается. Конвергенция Интернета и СМИ создает предпосылки расширения аудитории печатных и вещательных СМИ, объединения ее во времени и пространстве с интернет-аудиторией. Миграция различных форм СМИ в Интернет показывает развитие уникальной мультиканальной среды, которая, объединяя в себе исторический опыт традиционных СМИ и новые возможности мультимедиа, обеспечивает едиными средствами доставку всех форм информации, поддерживая обратную связь с каждым пользователем.

Можно говорить также о том, что и государственная политика, и законодательство в области СМИ сегодня претерпевают существенные преобразования. "Этот важный аспект, существенный для укрепления демократического характера СМИ, объясняется происходящими в мире стремительными геополитическими изменениями. Тут и возрастающий интерес к информации как таковой, и всеобщее движение в сторону демократизации общества, и давление со стороны международного сообщества, и непреодолимое воздействие новых информационных технологий. Какая бы обстановка ни складывалась в конкретном государстве, правовые и политические вопросы в области СМИ все больше и больше становятся там предметом интенсивного обсуждения".

Средства массовой информации являются частью современной действительности со всеми её противоречиями, конфликтами, неурядицами и в той или иной форме воспроизводят их. Поэтому потоки информации состоят из множества противоречивых, зачастую несовместимых друг с другом сообщений и материалов. Несомненно, совокупность программ и материалов СМИ оказывает влияние на формирование политических и духовно-нравственных ценностей современного российского общества. Воздействие СМИ модифицируется влиянием семьи, школы, церкви и других общественных институтов. Но нельзя не учитывать и то, что сами эти институты испытывают на себе воздействие средств массовой информации. Именно в СМИ политика предстает в качестве постоянно меняющейся и прерывающейся коммутации акторов, в основе которой лежат ценностные расхождения либо различия статусов, позиций, интересов. Именно СМИ оказывает одну из основных ролей в формировании личности в рамках развития его духовно-нравственной сферы.

Литература

1. Адорно Т. К логике социальных наук / Т.Адорно // Вопросы философии. -1992.

2. Алексеева М.И. Средства массовой коммуникации России М., 2006.

3. Амелин B.H. Социология политики I В.Н.Амелин. -M., 1992.

4. Андерсон Б. Воображаемые сообщества. -М.: КАНОН-Пресс-Ц; Кучково поле, 2001.

5. Бориснев С. В. Социология коммуникации: Учебное пособие для вузов. – М., 2003.

6. Вебер М. Избранные произведения / М.Вебер. Пер. с нем. Сост., общ. ред. и послесл. Ю.Н. Давыдова. -М.: Прогресс, 1990.

7. Веблен Т. Теория праздного класса / Пер. с англ. С.Г. Сорокиной. Общ. ред. В.В. Мотылева. – М.: Прогресс, 1984.

8. Гаджиев, К.С. Размышления о политической культуре совр. России / К.С.Гаджиев // МЭиМО.-1996, №2. – С.26-39

9. Гоббс Т. Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского / Гоббс Т. Сочинения: В 2 т. – М.: Мысль, 1991.

10. Грачев M.H. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития / М.Н.Грачев. -М.: Прометей, 2004.

11. Дьякова Е.Г., Трахтенберг А.Д. Массовая коммуникация и проблема конструирования реальности: анализ основных теоретических подходов. – Екатеринбург: УрО РАН, 1999.

12. Дэннис, Э., Меррилл, Д. Беседы о масс-медиа / Э Деннис, Д.Меррил. – М.:Рос.-ам.инф.п/ц:Вагриус 1997.

13. Землянова Л.М. Инфраструктура электронной демократии / Л.М.Землянова // Вестник МГУ. Сер. 10: Журналистика. -1997. -№ 3

14. Землянова Л.М. Техника меняет общество, но всегда ли это является прогрессом? // Вестник МГУ. Сер. 10: Журналистика, 2001. № 2

15. Зубов А. Современное русское общество и civil society: границы наложения //Pro et Contra, 1997. Т.2 №4

16. Иванов B.H., Назаров M.M. Информационное потребление и политические ориентации / В.Н. Иванов, М.М. Назаров // Социологические исследования. -2000. -№7. -С.84.

17. Ирхин Ю.В. Политология [Текст]: учебник / Ю.В. Ирхин, В.Д. Зотов, Л.В. Зотова. -М.: Юристъ, 2000.

18. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура. -М.: ГУ ВШЭ, 2000

19. Кириллова Н.Б. Медиа среда россиийской модернизации М., 2005.

20. Конецкая В.П. Социология коммуникации./ В.П.Конецкая. – М.: Междунар. Ун-т Бизнеса Бизнеса и Управления, 1997.

21. Коновченко С.В. Власть, общество и печать в России.

22. Лебон Г. Психология народов и масс. – СПб.,1995.

23. Локк Дж. Два трактата о правлении. / Локк Дж. Сочинения: В 3 т. – М.: Мысль, 1988.

24. Макиавелли Н. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия / Макиавелли Н. Избранные сочинения. – М.: Художественная литература, 1982

25. Маклюэн Г. М. Понимание медиа: внешние расширения человека. – М., 2003.

26. Маклюэн М. Пресса: управление посредством утечки информации / М.Маклюэн // Отечественные Записки. -2003. -№4(12).

27. Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений. М., 1983

28. Милль Дж. О свободе // Наука и жизнь. – 1993. -№11. С.10-15; №12. -С.21-26

29. Мильтон Д. Ареопагитика: Речь о свободе печати, обращенная к английскому парламенту / О свободе: Антология западноевропейской классической либеральной мысли / Отв. ред. М.А. Абрамов. – М.: Наука, 1995.

30. Монтескье Ш.Л. О духе законов. – М.: Мысль, 1999.

31. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. – М.: Фонд экономической книги Начала, 1997

32. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. М.: "Астрель", 2007

33. Основы теории коммуникации: Учебник. / Под ред. проф. М. А. Василика. М., 2003.

34. Панарин И.Н. "СМИ, пропаганда и информационные войны": Поколение; Москва; 2012

35. Поланьи М. Личностное знание. – М.,1986

36. Соловьев А.И. Политическая коммуникация: к проблеме теоретической идентификации / А.И.Соловьев // Полис. -2002. -№3

37. Тард Г. Общественное мнение и толпа. Пер. с франц. М., 1902

38. Тард Г.B. Законы подражания. СПб., 1892;

39. Терин В.П. Массовая коммуникация. Социокультурные аспекты политического воздействия, Исследование опыта Запада. – М.: Изд-во Института социологии РАН, 1999.

40. Уэбстер Ф. Теории информационного общества. -М.: Аспект-пресс, 2004

41. Черных А. Мир современных медиа. – М.: Территория будущего, 2007.

42. Черных А. Мир современных медиа.–М.:ИД "Территория будущего", 2007.

43. Шеннон К. Работы по теории информации и кибернетике. – М.: Изд-во иностранной литературы, 1963.

44. Шестакова Е.Н. Историческое самосознание российской молодежи в конце XX – начале XXI века // Вестник Челябинского университета: история. Челябинск, 2007. Вып. 2., С. 69

45. Эриксен Т. Тирания момента: Время в эпоху информации. -М.: Весь мир, 2003.

46. Юнг К. Г. Психология толпы. СПб.: Ювента, 1995