Правовая система общества

Правовая система общества.

Статьи по теме
Искать по теме

1. Понятие правовой системы

Одним из наиболее позитивных результатов дискуссии о правопонимании в последние два десятилетия стала возникшая в ходе неё потребность в синтезированном, многоаспектном подходе к праву, заключающемся в чётком различении таких тесно взаимосвязанных, но не совпадающих понятий и стоящих за ними сложных социальных явлений, как право и правовая система, в разностороннем и конкретном изучении их соотношения и взаимодействия, многосложного взаимоопосредования права и других правовых явлений, входящих в правовую систему. Категорию "правовая система" не следует смешивать с понятием "система права", представляющей собой внутреннее строение права как нормативного образования. Такой многоаспектный подход представляется плодотворным как в научно-практическом отношении, так и в плане сближения взглядов российских правоведов на понятие права, выработки единого в главных чертах его понимания.

Само выдвижение и обсуждение в 80-х годах новой идеи правовой системы стало, по сути, определённым компромиссом между сторонниками нормативного и широкого пониманий права. Отвечая на вопрос, каким же понятием можно охватить совокупность всех известных правовых явлений, чтобы "сохранить чёткость, "неразмытость" научной категории, выражающей главное в правовой действительности, – институционное социально-классовое нормативное образование, т.е. объективное право", С.С. Алексеев писал: "Представляется, что им может служить понятие правовой системы".

По мнению Н.И. Матузова, те, кто стремится расширить понятие права и включить в него помимо норм ряд других элементов, получают наконец категорию, которая может отразить всё это. "Ведь стремление некоторых авторов к более широкому пониманию права само по себе понятно, но для этого надо ввести новую категорию и пользоваться ею в указанных целях. Такой категорией вполне может служить правовая система".

Объясняя теоретико-познавательные корни введения в научный оборот понятия "правовая система", авторы первой главы монографии, посвящённой данной проблеме, В.Н. Кудрявцев, А.М. Васильев, В.П. Казимирчук исходили из того, что "в настоящее время в юридической науке сложилась ситуация, когда аналитические разработки в праве перешагнули через наличные теории (ведь понятие, по существу, есть развивающаяся теория). Поскольку же наличный аналитический материал уже не укладывается в существующие теории, потребность синтеза необходимо ведёт к новой теории (понятию), более адекватно обобщающей данные анализа". С их точки зрения, решению такой задачи сегодня более всего как раз и отвечает идея правовой системы.

В целом соглашаясь с такой постановкой вопроса о понятии правовой системы и необходимости его основательной разносторонней разработки, представляется необходимым подчеркнуть принципиальное значение связанной с ним трактовки многоаспектного подхода к праву. Это – не широкое понимание права и не конгломерат нормативного и широкого понимания права, а качественно новый подход, учитывающий наиболее рациональное как в нормативном, так и в широком понимании права. Он позволяет, с одной стороны, не смешивать право с другими правовыми явлениями, охватываемыми наряду с ним понятием правовой системы, чётко вычленять своеобразие, особенности каждого её элемента. С другой стороны, такой подход предполагает раскрытие образования, развития и действия права, всех его сторон и проявлений, а также взаимосвязей с правовой системой в целом и составляющими её компонентами в отдельности, т.е. выяснение места и роли права в правовой системе. Именно в этом состоит суть рассматриваемой проблемы, а не в переходе от концепции права к концепции правовой системы, как предлагалось некоторыми участниками научно-координационной конференции в Звенигороде (октябрь 1985 г.), посвящённой тенденциям развития правовой системы. Стало быть, многоаспектный подход не только не снимает, а, напротив, исходит из необходимости чёткого выяснения и различения понятий права и правовой системы, их соотношения.

Понятие правовой системы тесно соотносится также с понятиями "правовая надстройка", "система права", "система законодательства", "механизм правового регулирования", "механизм правового воздействия", "правовая основа государственной и общественной жизни". Однако все они, будучи в значительной мере однопорядковыми категориями, различаются по теоретической и функциональной нагрузке, объёму, назначению и т.д. Этот исходный момент так или иначе справедливо получил выражение в ряде определений правовой системы, предлагаемых различными авторами, исследующими данную проблему. Так, С.С. Алексеев акцентирует внимание на том, что определение правовой системы призвано не только дать структурную характеристику правовой действительности, её общую конструкцию, но и отразить генетический аспект системы, в данном случае – роль и соотношение правотворчества и правоприменительной деятельности компетентных органов. В упоминавшейся коллективной монографии определение понятия правовой системы связывается с тем, что она "даёт возможность не только охватить собой весь комплекс правовых явлений, но и представить в системах связи организацию и взаимодействие всего правового как особого феномена нашей общественной жизни". В принципе с тех же позиций, хотя и своеобразно, подходит к рассматриваемому вопросу Н.И. Матузов, полагая, что "правовую систему можно определить как совокупность внутренне согласованных, взаимосвязанных социально однородных юридических средств, с помощью которых государство оказывает необходимое нормативное воздействие на общественные отношения (закрепление, регулирование, охрана, защита)".

Последнее определение вызывает у нас два замечания. Во-первых, представляется более правильным видеть в правовой системе "совокупность" не "юридических средств", а "юридических явлений", включая и "юридические средства", поскольку любое правовое средство всегда правовое явление, но не всякое юридическое явление есть правовое средство. Сведение же правовой системы исключительно к правовым средствам при всём их значении вольно или невольно сужает и обедняет представление о разнообразном спектре правовых явлений данного общества.

Во-вторых, нет оснований ограничивать функционирование всех свойственных данному обществу правовых явлений лишь нормативным (специфически юридическим) воздействием на общественные отношения, т.е. правовым регулированием. Как известно, помимо юридических явлений, задействованных в механизме правового регулирования, правовая система включает в себя и юридические явления, охватываемые более широким понятием правового воздействия, в частности, правосознание, правовую культуру, правовое воспитание. В связи с этим представляют интерес соответствующие высказывания некоторых западных учёных-юристов, которые несколько раньше обратились к понятию правовой системы. Так, по мнению французского социолога права Жана Карбонье, к понятию "правовая система" прибегают "для того, чтобы охватить весь комплекс юридических явлений... Все юридические явления данного общества, существующие в одно и то же время на одном и том же пространстве, взаимосвязаны отношениями общности, которые и объединяют их в систему". Образно выражаясь, он говорит "о правовой системе как вместилище, средоточении разнообразных юридических явлений".

Обобщая изложенное, представляется возможным определить правовую систему как совокупность внутренне организованных и взаимосвязанных, социально однородных и устремлённых, в конечном счёте, к общим целям, правовых явлений данного общества, каждое из которых выполняет свою специфическую роль в правовом регулировании или выходящем за его пределы правовом воздействии на общественные отношения.

2. Структура правовой системы

Обоснование сложного, многоуровневого понятия правовой системы в сочетании с его переводом из абстрактно-теоретической в научно-практическую плоскость тесно связано с выявлением и раскрытием структуры правовой системы, статической и динамической сторон её содержания. По этому вопросу в российской юридической литературе получили выражение, по крайней мере, три подхода. Первый представлен авторами, сужающими представление о структуре правовой системы. Так, Ю.А. Тихомиров предложил различать в числе её элементов:

1) цели и принципы правового регулирования;

2) основные разновидности правовых актов и их объединения;

3) системообразующие связи, обеспечивающие взаимодействие всех элементов и целостность системы. Такую трактовку правовой системы С.С. Алексеев обоснованно охарактеризовал как "весьма узкую", поскольку "рассматриваемым понятием охватываются лишь основные источники права и элементы правовой идеологии (системообразующие же связи – это именно связи, свойство системы, а не её элемент)".

Столь же узко представлял себе понятие и структуру правовой системы Л.С. Явич, характеризуя их как "пирамиду, которая складывается из структурированных норм, группирующихся в отдельные институты права, образующие отрасли права, объединяющиеся в более крупные автономные образования, составляющие в своём единстве правовую систему государства". Тем самым он отождествляет правовую систему с правом в объективном смысле, с системой права как его внутренним строением, что не только не правильно по существу, но и лишает какого-либо смысла введение, наряду с известными, нового понятия "правовая система". В более поздней работе Л.С. Явич сам признал, "что понятие правовой системы нельзя отождествлять с системой объективного права". Одновременно он высказался против неограниченного рассмотрения этого понятия, включения в него "всей правовой действительности". Как справедливо заметил Ж. Карбонье, "если бы выражение "правовая система" было лишь простым синонимом "объективного права" или "позитивного права", то его значение было бы сомнительным".

Профессор М.Н. Марченко считает, что структура правовой системы характеризуется тремя группами правовых явлений: во-первых, это юридические нормы, принципы и институты (нормативная сторона); во-вторых, совокупность правовых учреждений (организационная сторона); в-третьих, совокупность правовых взглядов, представлений, идей, свойственных данному обществу, правовая культура.

Более правильным и обоснованным представляется подход к рассматриваемому вопросу (назовем его вторым), связанный со стремлением конкретизировать структуру правовой системы под углом зрения оптимального приближения к действительности, предметно вычленить существенные основные её элементы, круг которых довольно широк. Так, С.С. Алексеев включает в число таких основных элементов правовой системы собственно право как особое институционное нормативное образование, судебную и иную юридическую практику, правовую идеологию; правотворческую и правоприменительную деятельность компетентных органов, всю совокупность правовых актов-документов, в том числе нормативных, индивидуальных, интерпретационных; индивидуальные правовые предписания, правоотношения (субъективные права и обязанности, юридические санкции).

В.Н. Кудрявцев, А.М. Васильев, В.П. Казимирчук различают такие элементы структуры правовой системы, как: правовые нормы, институты и принципы; юридические учреждения; правовое сознание, правовая культура; правотворчество, правореализация в формах применения, использования, соблюдения и исполнения права; правопорядок.

Н.И. Матузов помимо права как стержневого элемента называет в ряду множества других слагаемых правовой системы: правотворчество, правосудие, юридическую практику, нормативные, правоприменительные и правотолкующие акты, правоотношения, субъективные права и обязанности, правовые учреждения (суды, прокуратура, адвокатура), законность, ответственность, механизм правового регулирования, правосознание и др. В другой работе он относит к элементам правовой системы, наряду с иными, "правовые учреждения, осуществляющие правовую политику государства", "субъекты права (индивидуальные и коллективные), организующие и приводящие весь правовой механизм в действие".

Такое широкое видение структуры правовой системы представляется в целом оправданным и правильным. Однако необходимо предусмотреть и объективные пределы данного подхода, предупреждающие от произвольного субъективного расширения понятия правовой системы в результате смешения её структурных элементов с некоторыми политическими и другими социальными факторами, которые, хотя и оказывают непосредственное влияние на правотворчество, правоприменение, правосудие и иные правовые явления, но не составляют их непосредственного содержания. Основным критерием этого как раз и должно быть отнесение к правовой системе, признание в качестве её структурных элементов только собственно правовых явлений.

Поэтому трудно не возразить тем из упомянутых выше учёных, которые предлагают рассматривать в качестве элементов правовой системы "юридические учреждения", к каковым относят "правотворческие и правоприменительные, в том числе правоохранительные, государственные органы, предназначенные для реализации и защиты права, борьбы с его нарушениями... и некоторые общественные организации, специально занимающиеся юридической практикой, например, коллегии адвокатов" (В.Н. Кудрявцев, А.М. Васильев, В.П. Казимирчук), "правовые учреждения (суды, прокуратура, адвокатура)", "правовые учреждения, осуществляющие правовую политику государства" (Н.И. Матузов). Существенно заметить, что перечисленные органы юрисдикции и другие государственные органы рассматриваются в структуре надстройки не как юридические (правовые) учреждения, к числу которых относятся нормы права, правовые институты, отрасли права, а как политические учреждения. В этом качестве они представляют собой структурные элементы механизма государства, вместе с различными негосударственными общественными объединениями (в т.ч. и адвокатурой) относятся к компонентам политической системы общества.

То обстоятельство, что, как пишут авторы монографии "Правовая система социализма", у них "так или иначе речь идёт об учреждениях, без деятельности которых не могли бы быть созданы и реализованы на практике правовые нормы", не может служить убедительным аргументом в поддержку их точки зрения по рассматриваемому вопросу. Как известно, государственные органы и правовые формы их деятельности, равно как и связанные с ними виды юридической практики, – не одно и то же. Именно эта деятельность органов государства, в частности, правотворческая, прежде всего законодательная, управленческая, судебная, контрольно-надзорная, а не сами государственные органы, в т.ч. суд, прокуратура и другие правоохранительные органы, суть элементы правовой системы.

Кроме рассмотренных выше, можно выделить и третий подход, отличающийся чрезмерно широкой, по сути, "безграничной" трактовкой правовой системы. Наиболее выпукло такая трактовка получила выражение у В.Н. Синюкова, предпринявшего исследование российской правовой системы в её культурно-историческом аспекте.

Его попытка соединения "социокультурного, исторического и специально-юридического подходов к анализу юридических явлений" конечно же представляет определённый интерес. Однако трудно признать правильными основанные на этом выводы, согласно которым В.Н. Синюков наряду с тем, что было высказано о структуре правовой системы другими авторами, определяет в качестве составляющих её элементов также: структуру юридических, в т.ч. правоохранительных ведомств и организаций; региональную и местную правовую инфраструктуру; надзорную и контрольную подсистему; систему профилактики правонарушений и социальный контроль; систему правового информирования и правовых коммуникаций; организацию юридической реабилитации правонарушителей; инфраструктуру обеспечения прав человека; систему юридического образования, переподготовки и повышения квалификации кадров; "мозговые центры" генезиса, воспроизводства и хранения правовой идеологии (НИИ, центры, фонды, культурные сообщества юристов и т.д.). И хотя В.Н. Синюков полагает, что такой взгляд на структуру правовой системы "не противоречит имеющимся в литературе, но отличается, пожалуй, большей степенью учёта строения и функционирования именно российских правовых институтов", в действительности данное элементное, структурное видение правовой системы, безотносительно субъективных пожеланий автора, создаёт гипертрофированное представление о ней, ведёт к смешению собственно правовых явлений с историко-политическими, социально-культурными, национально-духовными и иными, к стиранию границ между юридическим и неюридическим в жизни общества и государства.

Высказанные выше критические замечания в полной мере относятся и к субъектно-личностному варианту безбрежно широкой структурной трактовки правовой системы, согласно которой в числе её компонентов, причём первостепенных по своему значению, выделяются субъекты права. Не их юридически значимая деятельность, не субъективные права и обязанности, а необъятное число их носителей! Как утверждает В.Д. Перевалов, "именно человек (гражданин, иностранный гражданин, лицо без гражданства) и его объединения (общественные организации и движения, акционерные общества, другие коммерческие и некоммерческие организации и государство в целом), обладающие правами и несущие юридические обязанности, выступают реальными элементами правовой системы".

Вот почему, не отказываясь вообще от историко-культурологического направления анализа рассматриваемой проблемы, представляется необходимым более осторожно и аргументированно пользоваться данным подходом, уточнить предмет и пределы основанного на нём видения правовой системы и её элементного состава, объективные критерии определения её структурных элементов, сосредоточить основное внимание на исследовании именно юридических, а не иных социальных явлений.

Правовая система во многом определяется характеристикой системы государственной власти конкретного государства или группы государств. Так, исследователь правовых систем мира Ф.М. Решетников, определяя сущность правовой системы того или иного государства, даёт краткие сведения о формах правления, о государственном устройстве, государственном режиме этой страны. Правовая система государства определяется не только порядком деятельности судебной системы, но и законодательной и исполнительной.

Важное значение для характеристики правовой системы имеет уровень правосознания, включающий правовую идеологию и правовую психологию, а также уровень правовой культуры. В целом это правовой менталитет общества.

Неотъемлемым элементом правовой системы является юридическая практика. Если для одних правовых систем это практика применения законодательства, для других – практика судебных решений, для третьих –практика советского строительства, для четвёртых – практика применения религиозных норм и т.д.

Поэтому можно в целом согласиться с утверждением проф. Л.А. Морозовой о том, что чаще всего правовую систему определяют как конкретно-историческую совокупность законодательства, юридической практики и господствующей правовой идеологии в данном государстве. В целом, отмечается в докладе. можно так сформулировать определение правовой системы: это исторически обусловленная совокупность источников права, правосознания и правовой культуры, а также юридической практики и системы соответствующих государственных органов.

Следует различать "национальные правовые системы" и "правовые семьи". Национальные правовые системы – это правовые системы, свойственные конкретным государствам. В современном мире насчитывается более 200 государств, которым присущи свои национальные правовые системы. Разнообразие правовых систем обусловлено большим числом собственно юридических и других причин, отмечает французский исследователь Жан-Луи Бержель. Прежде всего здесь следует говорить о природных и географических факторах, определяющих различные условия и потребности правовых систем: они действительно будут отличаться и зависят от островной, морской или континентальной ситуации конкретной страны, а также от рельефа местности, типа растительности, гидрографических и климатических характеристик; юридические правила частично диктуются природой; право собственности и правовой режим, регулирующий пользование водами, не могут быть одинаковыми в центре Африки и в центре Европы. Влияние народных традиций, религии, лингвистических реалий, реакции общественного мнения – всё это также имеет важное значение: примитивные и развитые общества не могут обладать ни общей организацией, ни однообразными законами. Источники, потребность и экономические структуры тоже вносят свои существенные коррективы в содержание правовых систем: никогда не управляются с помощью одних и тех же методов общество сельское, деревенское и общество урбанистическое и индустриальное. Нельзя не учитывать и влияние исторического пути, пройденного странами; их правовые системы могли формироваться в условиях чужеземного господства, претерпеть внедрение на первоначальную почву соответствующих внешних правовых систем, испытать идеологическое дыхание собственных революций.

"Правовая семья" объединяет несколько близких по характеристикам национальных правовых систем, имеющих сходные юридические признаки. Понятие "правовая семья" требует рассмотрения существующих правовых систем как сложных юридико-социальных комплексов.

В литературе даётся развёрнутая классификация "правовых семей", при этом используются разнообразные критерии для определения их видов. Однако при всём многообразии позиций и точек зрения в литературе выделяют (весьма условно) два основных направления классификации правовых систем современности, каждое из которых, в свою очередь, имеет несколько разновидностей, обладающих определёнными особенностями.

К первому направлению следует отнести классификацию правовых систем, данную современным французским учёным М. Ренэ Давидом, который различал пять правовых систем, опираясь в большей мере на питающую их идеологию, чем на арсенал используемых технических средств. Позднее в процессе совершенствования такой классификации он, объединив идеологический и технический критерий, изменил конфигурацию своей системы и оставил только четыре больших семейства правовых систем: романо-германские правовые системы, социалистические системы права, правовые системы, основанные на "обычном праве", а также религиозные и традиционные правовые системы.

Другое направление представляет немецкий юрист К. Цвайгерт, который в основу классификации положил так называемый правовой стиль или стиль права, учитывающий пять факторов: происхождение и эволюцию правовой системы; своеобразие юридического мышления; специфические правовые институты; природу источников права и способы их толкования; идеологические факторы. На этой основе К. Цвайгерт выделяет восемь типов правовых систем: романский, германский, скандинавский, англо-американский, социалистический, право ислама, индусское право, дальневосточное право.

Правовая система Российской Федерации представляет собой исторически обусловленную совокупность источников права, правосознания и правовой культуры, юридической практики, а также системы государственных органов, используемую для достижения поставленной цели в РФ.

Как отмечается в литературе, реформы, проведённые в Российской Федерации за последние 10 лет, ещё больше сблизили её правовую систему с семьёй романо-германского права как по линии юридических приёмов, так и по содержанию права. Все признаки, сообразно которым определяется правомерность признания национальной правовой системы в качестве члена семьи романо-германского права, присущи и современной правовой системе РФ.

К этому следует добавить, что современная система государственных органов РФ также перенимает черты данной правовой семьи. Следует отметить, что некоторые учёные обосновывают самостоятельное существование славянской ветви правовой цивилизации, которая основана главным образом на национально-культурных и географических факторах. Ведущее место, по их мнению, в славянской правовой семье принадлежит российской правовой системе, которая является своеобразным культурно-историческим и юридическим образованием, имеющим свои закономерности развития. С точки зрения автора, такой подход справедлив в преломлении к историческому развитию российского права и государства, правовая система которого изменялась под влиянием внешних и внутренних факторов.

Черты современной правовой системы РФ обладают в большой степени признаками романо-германской правовой системы и, по мнению автора, сводятся к следующему:

- Российская Федерация имеет свою Конституцию, принятую всенародным голосованием;

- по форме правления РФ является республикой; по форме государственного режима – демократическим государством; глава государства – Президент;

- исполнительная власть в РФ принадлежит Правительству;

- законодательным органом РФ является Парламент (Федеральное Собрание);

- нормативистское понимание права сочетается с естественно-правовой и социологической концепциями, отсюда стремление выработать единое определение понятия права, как и государства;

- основным источником права признаётся нормативный правовой акт, а правом его принятия наделаются: сам народ, законодательные и исполнительные органы государственной власти, а также органы местного самоуправления; в определённых пределах этим правом наделены органы управления учреждений, организаций, общественных объединений, предприятий;

- законы, принимаемые представительными органами государства, признаются правовыми актами высшей юридической силы после Конституции РФ, которым должны соответствовать подзаконные нормативные правовые акты;

- система законодательства в значительной степени кодифицирована; по сути по всем отраслям права имеются кодифицированные нормативные правовые акты, и эта тенденция развивается;

- правосудие в РФ осуществляется только судом; судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административ-ного и уголовного судопроизводства;

- расширяется сфера судебных прецедентов, которые выступают источниками права; это не противоречит Конституции РФ, в ст. 15 которой определяются такие источники права: Конституция РФ, законы, нормативные правовые акты, иные правовые акты;

- правовая система РФ, как и система права других стран романо-германской правовой семьи, характеризуется делением норм на публичное и частное право;

- для РФ больше, чем для других стран, характерно деление системы права на отрасли, подотрасли права, правовые институты; при этом данная тенденция не только сохраняется, но и развивается, что обусловливается процессом развития и совершенствования законодательства в связи со становлением рыночных отношений в РФ, происходящими изменениями во всех сферах жизни общества;

- общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью её правовой системы;

- особенность правовой системы РФ – пока что невысокий уровень правосознания и правовой культуры должностных лиц, органов государственной власти, местного самоуправления, предпринимателей, всех граждан, что ведёт к значительному снижению эффективности функционирования всей правовой системы государства.

3. Теория права и теория правовой системы

Ещё один немаловажный дискуссионный вопрос, возникший в связи с введением в научный оборот понятия правовой системы, – это вопрос о соотношении теории права и теории правовой системы.

Некоторые учёные, исходя из того, что понятием правовой системы охватывается более обширный круг правовых явлений, нежели понятием права, пришли к заключению, будто теория права должна теперь восприниматься как составная часть теории правовой системы. "Понятие (теория) правовой системы, – пишут авторы книги "Правовая система социализма", – не отменило понятия (теории) права, а включило его в себя как объяснение одного из своих компонентов". Ещё более определённо высказался по этому поводу Н.И. Матузов. Справедливо отмечая, что нет никакой необходимости в замене концепции права концепцией правовой системы, он вместе с тем заключает: "Просто концепция права должна стать … составной частью концепции правовой системы как более широкой и многоаспектной, органически слиться с ней".

Однако такой вывод представляется несколько поспешным и не подкрепленным убедительными доводами. Думается, что сам вопрос о соотношении теории права и теории правовой системы должен быть поставлен в иной плоскости и решаться не в зависимости от того, какое из двух явлений – право или правовая система шире другого, а учитывая, какая из этих концепций составляет теоретический фундамент другой. Следовало бы задуматься и над тем, правильно ли вообще сопоставлять как одноуровневые теорию права и теорию правовой системы. Общая теория права одна – единственная фундаментальная теория для всей юридической науки. Наряду с ней существуют, как известно, опирающиеся на неё, более частные теории как внутри неё – правосознания, правотворчества, применения права, правоотношения и т.д., так и вне её – теории отдельных отраслевых юридических наук: государственного (конституционного) права, административного права, гражданского права, уголовно-процессуального права и др. Общее у всех этих теорий при всём их разнообразии и определённой относительной самостоятельности состоит в том, что они так или иначе производны от общей теории права, зиждятся на ней. В этом смысле одной из таких частных теорий, что нисколько не умаляет её значения, многоуровневого и многоэлементного содержания, является и теория правовой системы.

В качестве доводов в обоснование данного вывода можно сослаться на то, что теория правовой системы находится ещё в стадии формирования, она стала предметом специального исследования в юридической науке сравнительно недавно, тогда как развитие теории права имеет многовековую историю. Сама постановка вопроса о необходимости самостоятельной концепции правовой системы возникла и её научная разработка ведётся на основе теории права в рамках общей теории государства и права. Именно на базе этой теории российскими учёными-юристами проведена значительная работа по исследованию, в т.ч. на монографическом уровне, не только сущности и понятия права, но и его создания и действия, различных сторон его проявления и соотношения с другими правовыми явлениями, рассматриваемыми ныне в качестве структурных элементов правовой системы. Совершенно очевидно, что их дальнейшая углубленная разработка, с учётом современных условий и новых данных, будет вестись на базе общей теории права.

Всё это позволяет утверждать, что выделение концепции правовой системы не только не заменяет собой концепцию права, но ни в коей мере не колеблет самостоятельное значение теории права, которая, будучи органически взаи- мосвязана с производной от неё теорией правовой системы, не сливается и тем более не поглощается ею. А это означает, что обоснованная характеристика соотношения таких правовых явлений, как право и правовая система, как части и целого, не может быть распространена на соотношение между теорией права и концепцией правовой системы. Первая была и остаётся фундаментальной научной основой второй.

Выводы

В отечественной юридической науке принято говорить о правовой системе, а не о правовой системе общества. Если иногда и встречается формулировка "правовая система общества", то она обычно понимается как правовая система, т.е. в юридическом, а не в общесоциальном смысле. Хотелось бы привлечь внимание юридической общественности к научной категории "правовая система общества", обозначающей не только и не столько юридическую систему, сколько систему всех социальных регуляторов. Автор считает, что не только система юридических норм, вкупе со специальными органами, призванными обеспечивать их исполнение, имеет большое значение как регулятор общественных отношений, но и другие социальные регуляторы: система религиозных норм; нормы обычного права, нормы морали и нравственности; корпоративные нормы. Отсюда все социальные нормы, действующие в обществе, включая и те нормы, которые устанавливаются государством, по его мнению, в целостном виде и следует называть категорией "правовая система общества".

Оперирование понятием "правовая система общества" позволяет правильно, т.е. с позиций естественной устроенности самого человеческого общества, подойти к праву, являющемуся объектом интереса различных наук. Правовая система общества – это специфическая категория обществоведческой науки, которая может быть использована в научном аппарате философией, социологией, экономикой, историей, а также юридической наукой.

Введение в научный аппарат юриспруденции категории "правовая система общества" открывает новые возможности в определении понятия "права" как предмета работы юристов, позволяет поставить вопрос об изучении влияния других социальных регуляторов общества (норм религиозного права, обычаев, норм морального права и т.д.) на деятельность государства. Поэтому юридическая наука должна заниматься категорией "правовая система общества" и широко использовать её возможности для разрешения актуальных теоретических проблем, стоящих перед ней в современных условиях.

Литература

1. Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981.

2. Бержель Ж.-Л. Общая теория права. М., 2000.

3. Карбонье Ж. Юридическая социология: Пер. с франц. М., 1986.

4. Матузов Н.И. Правовая система и личность. Саратов, 1987.

5. Правовая система социализма: В 2 кн. Кн. 1. Понятие, структура, социаль-ные связи / Отв. ред. А.М. Васильев. М., 1986.

6. Решетников Ф.М. Правовые системы стран мира. Справочник. М., 1993.

7. Синюков В.Н. Российская правовая система. Введение в общую теорию. Саратов, 1994.

8. Сырых В.М. Логические основания общей теории права. Т. 1. Элементный состав. М., 2000.

9. Явич Л.С. Общая теория права. Л., 1976.

1. Морозова Л.А. Теория государства и права. М., 2002.

2. Сырых В.М. Теория государства и права. Учебник. М., 2002.

3. Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. М.Н. Марченко. М., 1996.

4. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 1997.

1. Алексеев С.С. Право и правовая система // Правоведение. 1980. № 1.

2. Бобылев А.И., Минниахметов Р.Г. Актуальные теоретические проблемы правовой системы общества // Государство и право. 2004. № 7.

3. Конференция в Звенигороде // Сов. государство и право. 1986. № 3.

4. Тихомиров Ю.А. Правовая система развитого социалистического общества // Сов. государство и право. 1979. № 7.