Межэтнические конфликты на примере Грузии и Абхазии

Межэтнические конфликты на примере Грузии и Абхазии.

Статьи по теме
Искать по теме

Становление и дальнейшее развитие отечественной конфликтологии начинается в конце 80 – начале 90-х гг. ХХ в. Наряду с переводами зарубежных авторов появляются труды отечественных исследователей, таких как Ф. М. Бородкин, А. Я. Анцупов, А. И. Шипилов, Г. И. Козырев, Д. П. Зеркин, Е. М. Бабосов, Н. В. Гришина и др.

Проблеме урегулирования конфликтов в отечественной науке уделяется большое внимание. Особенно эта тема актуализировалась после распада Советского Союза и волны этнополитических конфликтов на территории постсоветского пространства. Особый интерес в этой связи представляют научные публикации А. А. Алякина, В. В. Амелина, Д. Н. Веретенникова, Х. А. Джабраилова, А. Г. Здравомыслова, А. А. Мацнева, А. Н. Чумикова, Я. Этингера, в которых дается теоретическо-методологический и прикладной анализ конфликтов в сфере этнополитических отношений постсоветского, российского общества.

Историография по истории непризнанных государств на постсоветском пространстве вряд ли может быть названа полной, конкретизирующей все стороны этого явления. Проблемами всех непризнанных образований на постсоветском пространстве занимаются на разных уровнях С. Маркедонов, Н. Нарочницкая, А. Скаков, Д. Петросян, Т. Гузенкова, Т. С. Гузенкова, Д. Тренин и др.

Проблемы, связанные с историей развития политических отношений в Грузии и Абхазии, были исследованы в работах следующих авторов: Г. П. Лежавы, М. А. Волхонского, В. А. Захарова, Н. Ю. Силаева, К. Троепольского, Р. Сетова, С. М. Маркедонова и др.

Необходимо отметить, что в связи с тем, что данная тема возникла в начале 90-х, а период осмысления произошедших событий пришел, соответственно, еще позже, историографический корпус по данной проблематике остается достаточно неполным и ограниченным.

2. Понятие межэтнического конфликта

В научной литературе понятие "конфликт" трактуется неоднозначно. Существует множество определений этого термина.

Так, например, Д. П. Зеркин дает следующее определение: "Конфликт (от лат. conflictus столкновение) – это противоборство общественных субъектов с целью реализации их противоречивых интересов, позиций, ценностей и взглядов".

На наш взгляд, наиболее удачное определение дано А. Я. Анцуповым и А. И. Шипиловым: "Под конфликтом понимается наиболее острый способ разрешения значимых противоречий, возникающих в процессе взаимодействия, заключающийся в противодействии субъектов конфликта и обычно сопровождающийся негативными эмоциями".

Иными словами, конфликт – это процесс, в котором два (или более) индивида или группы ищут возможность помешать друг другу достичь определенной цели, предотвратить удовлетворение интересов соперника или изменить его взгляды и социальные позиции.

Классифицировать этнические конфликты можно по различным основаниям. Если взять за основание классификации территорию проживания, наличие или отсутствие государственных или административных границ, то можно выделить следующие типы этнических конфликтов:

Итак, конфликт – это наиболее острый способ разрешения значимых противоречий, возникающих в процессе взаимодействия, заключающийся в противодействии субъектов конфликта и обычно сопровождающийся негативными эмоциями. Под предметом конфликта понимается объективно существующая или мыслимая (воображаемая) проблема, служащая причиной раздора между сторонами, а объектом конфликта является конкретная материальная или духовная ценность, к обладанию или пользованию которой стремятся обе стороны конфликта.

Межэтнические конфликты представляют собой конфликты, происходящие между отдельными представителями, социальными группами различных этносов, и конфронтацию двух или нескольких этносов.

Межэтнические конфликты не возникают неожиданно, а вызревают в течение длительного времени. Причины, ведущие к ним, многообразны. Их сочетание в каждом конкретном случае особое. Объективный анализ причин межэтнических конфликтов возможен при условии анализа всех аспектов этого явления: этно-психологического, социально-экономического, политического, социокультурного.

3. Межэтнический конфликт между Грузией и Абхазией

Конфликт, который Грузия пыталась разрешить силовым путем, не "придуман" и не создан Россией.

Исторические корни и новейшие факторы абхазо-грузинского конфликта, обстоятельно проанализированы в монографии Г. П. Лежавы, которая позволила положить первый камень в фундамент разработки обширной темы о роли и месте абхазского фактора во взаимоувязанной системе геополитических интересов России и Грузии.

К. Троепольский подчеркивает, что конфликт между Грузией и Абхазией имеет более глубокие исторические корни, чем это кажется многим нашим оппонентам. Абхазы, как и многие другие малочисленные народы, на всем протяжении своей истории вынуждены были бороться с более многочисленными соседями за сохранение национальной самобытности, культуры, языка, государственности и просто за физическое выживание.

Как отмечает Р. Сетов, остроконфликтные отношения между грузинами и абхазами ведут свою историю не с вооруженного противоборства начала 1990-х гг., и даже не с 1989 г. (начало волнений в Сухумском университете). Формирование структурной основы развивавшегося в ХХ веке конфликта можно проследить со столкновений 1918-1922 гг., связанных с существованием недолговечной Грузинской республики и с установлением советской власти в Закавказье (включая и провозглашение в марте 1921 г. Советской Социалистической Республики Абхазия). То же самое касается и развития процесса политического самоопределения Осетии. Объединяет эти события вполне четко проявлявшееся желание народов Абхазии и Осетии обрести государственный суверенитет и не находиться в составе Грузии (будь то демократической и независимой или же "советской социалистической").

С рубежа 1990-х годов в условиях вновь возникшего силового противоборства между Грузией и народами Южной Осетии и Абхазии совершенно четко проявилось то же стремление отделиться от Грузии: то есть жить либо независимой политической жизнью, либо установить межгосударственные или федеративные отношения с Россией. В этот сложный период народы Южной Осетии и Абхазии выдвигали два основных варианта собственного политического устройства:

Итак, конфликт между Грузией и Абхазией имеет глубокие исторические корни. Абхазы, как и многие другие малочисленные народы, на всем протяжении своей истории вынуждены были бороться с более многочисленными соседями за сохранение национальной самобытности, культуры, языка, государственности и просто за физическое выживание.

С рубежа 1990-х годов в условиях вновь возникшего силового противоборства между Грузией и народами Южной Осетии и Абхазии совершенно четко проявилось то же стремление отделиться от Грузии: то есть жить либо независимой политической жизнью, либо установить межгосударственные или федеративные отношения с Россией.

4. Конфликт между Грузией и Абхазией 2008 года.

Августовские события стали катализатором серьезных сдвигов в расстановке сил и приоритетов на евро-атлантическом пространстве, последствия которых в полной мере проявятся не сразу. Грузинскую авантюру и твердый ответ России следует рассматривать не изолированно, а в глобальном контексте и попытаться осмыслить своеобразие момента в свете происходившего на мировой арене последние два десятилетия.

Однако, вопрос о плодах и дивидендах после агрессии и конфликта с Россией оказался весьма более объемным, чем могли предполагать даже самые прогрузински настроенные комментаторы. Объем последствий конфликта августа 2008 года вышел далеко за пределы российско-грузинских отношений.

Непосредственные последствия для Южной Осетии и Абхазии (даже учитывая все жертвы и необходимость долго восстанавливать социально-экономическую сферу, да и просто заботиться о пострадавших людях) все же позитивные. Теперь это – вполне состоявшиеся государства. Признание их независимыми суверенными субъектами со стороны России – главное.

Непосредственные и долгосрочные последствия конфликта для Грузии пока оценить трудно. "Материальный ущерб, людские потери, брошенная военная техника, да и реноме государства с импульсивно-иррациональной внешней политикой для режима Саакашвили – вообще, как сегодня принято говорить, "не вопрос". Военная и экономическая помощь со стороны США, поддержка почти всего Запада, как предполагается, с лихвой восполнят утраченное".

Последствия августовского конфликта для России также многомерны. Отметим основное. Первое – страхи, что из-за силового принуждения Грузии к миру в августе и из-за признания новых государств может возникнуть какой-то "международный и политический вакуум" вокруг России оказались мнимыми. Никакой "новой холодной войны" не случилось, и перспектив ее возникновения не видно.

Итак, августовские события стали катализатором серьезных сдвигов в расстановке сил и приоритетов на евро-атлантическом пространстве, последствия которых в полной мере проявятся не сразу. Объем последствий конфликта августа 2008 года вышел далеко за пределы российско-грузинских отношений.

Но, пожалуй, самое главное последствие "пятидневной войны" – формально-юридическое признание Москвой независимости Абхазии и Южной Осетии. Теперь две бывшие автономии в составе Грузии перешли в разряд частично признанных государств, таких, как Тайвань, Косово, Турецкая республика Северного Кипра. Они не стали государствами, признаваемыми Организацией Объединенных Наций, но добились полноценных отношений со страной, входящей в "ядерный клуб" и имеющей право вето в Совете Безопасности ООН.

На Россию и ее руководство обрушилась буквально лавина гневных заявлений и по поводу применения силы, прямого вмешательства в конфликт, и по поводу признания (25 августа) двух новых государств Кавказа. Заявления официальных лиц и позиция многих политических структур были жесткими и вполне ожидаемыми. "Неприемлемое решение" – слова канцлера Германии А. Меркель. "Решительное осуждение" действий России – пожалуй, наиболее расхожий термин в комментариях НАТО, ОБСЕ, ПАСЕ, официальных лиц Франции, Великобритании. Более эмоциональными были, по понятным причинам, возгласы со стороны государств "новой Европы", прежде всего, Польши.

Литература

1. Аксенёнок, А. Г. Смена парадигмы / А. Г. Аксенёнок // Россия в глобальной политике. – 2008. – № 5.

2. Алякин, А. А. Основные методологические подходы к анализу развития политических конфликтов / А. А. Алякин // Социально-гуманитарные знания. – 2004. – № 5. – С.306-312.

3. Алякин, А.А. Управление политическими процессами. Теория и практика: дисс. … доктора полит. наук / А. А. Алякин. – М., 2005.

4. Амелин, В.В. Этнополитические конфликты: типы и формы проявления, региональные особенности / В. В. Амелин // Credo. – 1997. – № 1.

5. Анцупов, А. Я. Конфликгология: Учебник для вузов / А. Я. Анцупов, А. И. Шипилов. – М.: ЮНИТИ, 2000. – 551 с.

6. Бабосов, Е. М. Конфликтология / Е. М. Бабосов. – Мн.: Народная асвета, 2001. – 390 с.

7. Бородкин, Ф. М. Внимание: конфликт! / Ф. М. Бородкин. – Новосибирск: Наука, 1998. – 143 с.

8. Веретенников, Д. Н. Инструментальный подход к политическим конфликтам: дисс… канд. полит. наук / Д. Н. Веретенников. – М., 2005.

9. Волгин, Н. А. Социальная политика: Энциклопедия / Н. А. Волгин, Т. С. Сулимова. – М.: Альфа-Пресс, 2006. – 411 с.

10. Гришина, Н.В. Психология конфликта / Н. В. Гришина. – СПб.: Питер, 2001. – 320 с.

11. Гузенкова, Т. С. Этнокультурная ситуация в республиках Российской Федерации / Т. С. Гузенкова, А. Д. Коростелев. – М., 1994. – 210 с.

12. Джабраилов, Х. А. Проблемы политического урегулирования локальных конфликтов в современном мире: дисс. … канд. полит. наук / Х. А. Джабраилов. – М., 2003.

13. Зеркин, Д.П. Основы конфликтологии: Курс лекций / Д. П. Зеркин. – Р-н/Д: Феникс, 1998. – 480 с.

14. Здравомыслов, А. Г. Интернационализация диалога и переговорных процессов / А. Г. Здравомыслов // Международная жизнь. – 1989. – № 1.

15. Здравомыслов, А. Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве / А. Г. Здравомыслов. – М.: Аспект Пресс, 1996.

16. Здравомыслов, А. Г. Политический конфликт. Социология конфликта. Россия на путях преодоления кризиса / А. Г. Здравомыслов. – М.: Аспект Пресс, 1995.

17. Козырев, Г. И. Введение в конфликтологию: Учебное пособие для студ. высш. учеб. заведений / Г. И. Козырев. – М.: ВЛАДОС, 2001. – 176 с.

18. Конфликты в Абхазии и Южной Осетии. Документы 1989-2006 гг. / Сост. и комментарии М. А. Волхонский, В. А. Захаров, Н. Ю. Силаев // Приложение к "Кавказскому сборнику". – М.: НП ИД "Русская Панорама", 2008. – 390 с.

19. Лежава, Г. П. Этнополитическая ситуация в Грузии и абхазский вопрос (1987 – начало 1992 гг.). Очерки. Документы / Г. П. Лежава; под редакцией М. Н. Губогло. – М.: ЦИМО, 1998. – 384 с.

20. Маркедонов, С. М. Региональные конфликты: перезагрузка / С. М. Маркедонов // Россия в глобальной политике. – 2008. – № 5.

21. Мацнев, А. А. Международные отношения на постсоветском пространстве / А. А. Мацнев. – М, 2000.

22. Мацнев, А.А. Этнополитические конфликты: природа, типология и пути урегулирования / А. А. Мацнев // Социально-политический журнал. – 1996. – № 4.

23. Нарочницкая, Н. А. Грузия попрала все правила и обычаи войны / Н. А. Нарочницкая // Credo. – 2008. – 11 августа.

24. Нарочницкая, Н. А. Россия и русские в мировой истории / Н. А. Нарочницкая. – М.: Международные отношения, 2005. – 536 с.

25. Петросян, Д. В чем причины успехов армян в военной фазе карабахского конфликта (1991 – середина 1994 гг.)? / Д. Петросян // Ноев ковчег. – 2000. – № 6.

26. Скаков, А. Ю. Россия и Грузия: Два столетия дружбы или колониализма? / А. Ю. Скаков // Приложение "История" № 21 к газете "Первое сентября". – 01-07.06.2003.

27. Тренин, Д. Постимперский проект CНГ. Имитацию интеграции сменила откровенная экспансия капитала / Д. Тренин // Независимая газета. – 30.01.2006.

28. Троепольский, К. Возвращение Абхазии в состав Грузии противоречит исторической справедливости / К. Троепольский // Военно-промышленный курьер. – 2008. – № 9.

29. Чумиков, А.Н. Социально-политический конфликт: теоретические и прикладные аспекты / А. Н. Чумиков. – М., 1993.

30. Чумиков, А. Н. Управление конфликтами / А. Н. Чумиков. – М., 1995.

31. Этингер, Я. Межнациональные конфликты в СНГ и международный опыт / Я. Этингер // Свободная мысль. -1993. – № 3.

32. Gaddis, John Lewis. The United States and the End of the Cold War. Implications, Reconsiderations, Provocations. – N.Y.;Oxford., 1992. P. 205.