Международный торговый обычай

Международный торговый обычай.

Статьи по теме
Искать по теме

Понятие международного торгового обычая

Международные обычаи, основанные на последовательном и длительном применении одних и тех же правил, рассматриваются в качестве источников международного публичного, а также международного частного права. Отметим, что термин "источники права" употребляются в научно-правовой литературе в двух значениях - материальном и формальном. Под материальными источниками понимаются материальные условия жизни общества. Формальные источники права — это те формы, в которых находят свое выражение нормы права. Только формальные источники права являются юридической категорией и составляют предмет изучения юридических наук, в том числе международного частного права.

Однако не все ученые признают обычаи в качестве полноценных источников международного права. Например, В.И. Кузнецов пишет: "три признака международного торгового обычая – всеобщность признания, единообразие применения, признание в качестве юридически обязательного правила – относятся не столько к нему как к источнику международного частного права, сколько к норме или нормам, составляющим его содержание. Это признаки именно обычных норм международного частного права, а не внешнего их воплощения". Международные торговые обычаи будут рассматриваться именно как источники, так как такая точка зрения высказывается абсолютным большинством исследователей данного вопроса.

Известно, что в силу специфики международного права и процесса образования его норм не существует признанного всеми субъектами международного права какого-либо правового акта, которым устанавливались бы перечень источников международного права и их определение. Нормами международного права являются договорные и обычные нормы. Они находят свое выражение, соответственно, в договорах и обычаях, то есть в источниках международного права. С этих позиций следует подходить и к распространенной точке зрения, особенно в западной международно-правовой литературе, что в ст. 38 Статута Международного Суда ООН (далее – СМС ООН) содержится перечень источников международного права. Статья 38 гласит: "Суд, который обязан решать переданные ему споры на основании международного права, применяет:

a) международные конвенции, как общие, так и специальные, устанавливающие правила, определенно признанные спорящими государствами;

b) международный обычай, как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы (В английском тексте Устава: "as evidence of a general practice". Здесь следует обратить особое внимание именно на слово "general");

c) общие принципы права, признанные цивилизованными нациями;

d) с оговоркой, указанной в статье 59, судебные решения и доктрины наиболее квалифицированных специалистов по публичному праву различных наций в качестве вспомогательного средства для определения правовых норм".

Отмечу, что, как мне представляется, в русском тексте перевода статьи 38 СМС ООН допущена существенная ошибка: слово "всеобщей" в пункте "b" статьи 38 следует правильно переводить как "общей". Это явный пример того, как неточность перевода может иметь юридическое значение. "Всеобщая" — означает принятие всеми государствами, "общая" — большинством государств Международный Суд уже в одном из ранних своих решений дал понять, что речь идет не о всеобщем принятии, а об "общепринятой практике государств".

Поскольку нормами международного права являются договоры и обычаи, то и в этом перечне к источникам международного права относятся только конвенции, то есть международные договоры и международные обычаи.

Что же такое обычаи? Обычаи — это правила, которые сложились давно, систематически применяются, хотя и нигде не зафиксированы. Этим обычай отличается от нормы закона. Обычаи, в основе которых лежат принципы суверенитета и равенства государств, обязательны для всех стран; что же касается других обычаев, то они обязательны для того или иного государства в случае, если они им в какой-либо форме признаны.

Кроме международно-правовых обычаев имеются торговые обычаи, которые широко применяются странами в международной торговле и в области торгового мореплавания. То, что в Российской Федерации обычаи признаются в качестве источника международного частного права, нашло свое проявление, в частности, в следующем: постоянный арбитражный орган — Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (ранее именовавшийся Внешнеторговой арбитражной комиссией — ВТАК) при разрешении споров учитывает торговые обычаи. В Законе Российской Федерации о Международном коммерческом арбитраже 1993 года предусмотрено, что третейский суд принимает решение с учетом того, что этот суд разрешает споры на основе торговых обычаев (п. 3 ст. 28).

Вообще, термин "обычай" в российском законодательстве употребляется в следующих словосочетаниях:

- обычай делового оборота (ст. 5 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее в работе – ГК или ГК РФ);

- национальный обычай (ст. 19 ГК);

- местный обычай (ст. 221 ГК);

- обычай торгового мореплавания (ст. 414 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, далее в работе – КТМ РФ).

Отметим, что указанные виды правовых обычаев могут регулировать как гражданские отношения, не осложненные иностранным элементом, так и отношения, составляющие предмет международного частного права (за исключением обычаев торгового мореплавания, указанных в ст. 414 КТМ РФ, где закрепляются правила выбора применимого права к регулированию отношений, осложненных иностранным элементом). Национальный правовой обычай будет источником международного частного права лишь в том случае, если он будет представлять правило, регулирующее частноправовые трансграничные отношения.

Применение принятых в международной торговой практике обычаев осуществляется Арбитражным судом при ТПП РФ в тех случаях, когда это обусловлено в договоре, из которого возник спор, и тогда, когда к обычаям отсылает норма права, подлежащего применению к спорному правоотношению, а также если применение обычая основывается на положениях международного договора, действующего в отношениях между государствами, к которым принадлежат стороны в споре. Кроме того, в арбитражной практике допускается применение торговых обычаев и в случаях, когда в нормах права, подлежащего применению к спорному вопросу, не содержится необходимость указаний, а обращение к торговому обычаю вытекает из характера условия, относящегося к спору, например условия, обозначенного одним из распространенных в международной торговле терминов "франко", "фоб", "сиф" и т.п. Вследствие расхождения в детальном содержании торговых обычаев, применяемых в отдельных странах, в практике Арбитражного суда при ТПП РФ принимается во внимание (при установлении содержания обычая) опыт внешнеторговых отношений между существующими странами и практика применения сторонами обычно принятых в торговых отношениях условий, связанных с обычаем, необходимость в обращении к которому возникла при разбирательстве спора.

От обычаев следует отличать обыкновения, складывающиеся в практике торговых сделок и определяющие детали этих сделок. С торговыми обыкновениями приходится сталкиваться в области морских перевозок. Они складываются, например, в портах. Обыкновения могут регулировать взаимоотношения сторон только в тех случаях, когда стороны в той или иной форме признали необходимым применение обыкновений какого-либо морского порта.

Таким образом, в России в качестве источников международного частного права признаются, во-первых, международные договоры и международные торговые обычаи и, во-вторых, внутренне законодательство и применяемые в Российской Федерации торговые обычаи. Ни судебная и арбитражная практика, ни доктрина не рассматриваются у нас в качестве источника международного частного права.

Вообще, состав обычных норм, относимых к сфере международного частного права, неоднороден. Различают обычаи, принадлежащие к источникам как международного публичного, так и международного частного права, и обычаи, рассматриваемые лишь в качестве источников международного частного права. Последние чаще всего именуются "обычаями международного торгового оборота", или, более кратко (с известной условностью), "торговыми обычаями".

Возникают международные обычаи в условиях межгосударственного общения, а происхождение торговых обычаев, включая обычаи торгового мореплавания, связано с интернационализацией хозяйственной жизни, частноправовой, предпринимательской деятельностью в рамках международного торгового оборота. Понятие "международный", относимое к такому обычаю, имеет (в сущности) то же значение, что и соответствующее понятие в названии отрасли "международное частное право".

Наравне с международными договорами формирующиеся в межгосударственной жизни международные обычаи, которым следует Российская Федерация, определяют общность исходных начал международного публичного и международного частного права в российской доктрине и практике.

Важно иметь в виду то, что правовой обычай может быть источником национального права и источником международного (публичного) права. Поэтому при рассмотрении вопроса об обычае как источнике международного частного права следует исходить из того, о каком обычае идет речь.

В национальном праве источником является санкционированный обычай, то есть сложившееся в практике правило, за которым государство признает юридическую силу. В современных условиях санкционированный обычай крайне редко выступает в качестве источника права. Исключением являются некоторые развивающиеся страны (например, африканские страны), где обычное право сохраняет сильные позиции, особенно в частноправовой сфере. Следовательно, в той мере, в какой обычай выступает в качестве источника национального права, он может быть и источником международного частного права как права национального. Чаще всего это имеет место в предпринимательской, коммерческой деятельности.

Примером санкционированного обычая может служить положение, сформулированное в пункте 1 статьи 6 ГК РФ, из которого следует, что если отношения прямо не урегулированы гражданским законодательством или соглашением сторон, то они регулируются применимым к ним обычаем делового оборота. Тем самым законодатель признает за обычаями делового оборота юридическую силу. Под обычаем делового оборота Гражданский кодекс понимает "сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимого от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе" (п.1. ст. 5 ГК РФ).

Признавая за обычаями делового оборота качество юридического источника, ГК РФ определяет также их сферу применения и место в иерархии правовых норм. Из содержания ст.5,6,421 и 422 следует, что обычаи делового оборота применяются только в области предпринимательской деятельности, которая регулируется гражданско-правовыми нормами в следующей последовательности: 1 – императивными нормами законов и подзаконных актов; 2 – соглашением сторон (договорными условиями); 3 – диспозитивными нормами законов и подзаконных актов; 4 – обычаями делового оборота; 5 – гражданским законодательством по аналогии. Кроме того, законодатель устанавливает, что в любом случае обычаи делового оборота не применяются, если они противоречат обязательным для участников соответствующего отношения положениям законодательства или договорным условиям.

При этих же условиях и ограничениях обычаи делового оборота будут применимы к отношениям в области предпринимательской деятельности, осложненным иностранным элементом, но только тогда, когда коллизионный вопрос будет решен в пользу российского права. В таком качестве санкционированные обычаи делового оборота не являются источником международного частного права. Другое дело, если среди обычаев делового оборота встретится коллизионная норма. Такой обычай будет источником российского международного частного права. Именно в таком качестве называет ст. 1186 ГК РФ "обычаи, признаваемые в Российской Федерации". Среди оснований, на которых определяется право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, ст. 1186 перечисляет международные договоры, гражданское законодательство и обычаи, признаваемые в Российской Федерации. Здесь подчеркиваются два качества обычая как источника международного частного права. Во-первых, подчеркивается, что речь идет о санкционированном государством обычае; во-вторых, выбор применимого права возможен только на основе коллизионных норм, поэтому речь может идти об обычаях, устанавливающих коллизионные нормы.

Примером санкционированных обычаев международного делового оборота может служить п. 2 ст. 285 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации 1999 года, которым предусматривается, что при определении общей аварии, размеров общеаварийных убытков и их распределении применяются Йорк-Антверпенские правила об общей аварии и другие международные обычаи торгового мореплавания в двух случаях: если это предусмотрено соглашением сторон или в случае неполноты подлежащего применению закона (коллизионные нормы, предусматривающие выбор права по общей аварии, закреплены в ст. 419 этого Кодекса).

Так же, как и при санкционировании национального обычая, законодатель не только признает юридическую силу за обычаем международного делового оборота, но и предоставляет сферу его применения и место в иерархии правовых норм. В рассматриваемом примере международные обычаи торгового мореплавания включая Йорк-Антверпенские правила, применимы для решения трех вопросов: 1) является ли авария общей морской аварией; 2) размеры общеаварийных убытков; 3) распределение убытков между участниками отношений по общей морской аварии. Последовательность применения правовых норм: прежде всего применяются нормы, предусмотренные соглашением сторон, в том числе обычаи торгового мореплавания, если стороны на них сослались (обычаи в этом случае применяются как контрактные условия); затем, при отсутствии соглашения сторон, применяются нормы правопорядка, избранного на основании коллизионных норм; и наконец, если нормы избранного правопорядка не отвечают на один из перечисленных выше вопросов или дают неполный ответ, применяются Йорк-Антверпенские правила и другие международные обычаи торгового мореплавания.

Примером санкционирования обычаев международного торгового оборота совместно государствами в форме международного договора может служить п. 2 ст. 9. Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи 1980 года, который предусматривает обязательное применение (при отсутствии договоренности между сторонами договора купли-продажи об ином) обычая, о котором стороны знали или должны были знать, который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается в соответствующей области торговли.

Таким образом, источником международного частного права является лишь санкционированный государством обычай международного делового оборота, которому государство своей суверенной волей придает силу национального права, в результате чего он действует в национально-правовой форме (в приведенном выше примере – в форме федерального закона). Если же международный торговый обычай санкционирован совместно государствами в форме международного договора или в форме международно-правового обычая, он будет действовать в национальной сфере в актом же порядке, как и любая другая международно-прововая норма.

Какова природа происхождения торговых обычаев? В результате однородных, повторяющихся действий государств выкристаллизовываются правила, приобретающие значение мерила поведения субъектов международного частного права, обычные международно-правовые нормы. Так, в соответствии со ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью российской правовой системы.

Какое количество государств необходимо для того, чтобы считать соблюдаемое ими правило общепризнанным? Согласно ст. 53 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. императивная норма общего международного права принимается и признается международным сообществом государств в целом. По мнению И. И. Лукашука, последнее явно не означает "все государства": "...формулировка Конвенции имеет в виду принятие нормы большинством государств. Кроме того, это большинство должно быть достаточно представительным. Думается, что оно должно удовлетворять требованию, которое Статут Международного Суда ООН предъявляет к составу судей, а именно — обеспечивать представительство главнейших форм цивилизации и основных правовых систем мира".

Правила, источником которых является обычай, носят преимущественно материально-правовой характер. Л. А. Лунц, касаясь содержания обычаев, известных международному частному праву, писал: "...лишь по очень немногим вопросам коллизии законов можно опираться на международный обычай как источник права. В коллизионном праве роль международного обычая, за некоторым исключением, ограничивается нормами, непосредственно вытекающими из начала государственного суверенитета".

При формировании торговых обычаев первичными являются поведение самих участников гражданского оборота, их намерение и воля следовать рождаемым деловой жизнью неписаным правилам. Активную роль в становлении обычных норм играют судебно-арбитражная практика, признаваемая и санкционируемая государствами, а также деятельность международных неправительственных организаций по неофициальной кодификации таких норм. Подготавливаемые ими своды правил, будучи факультативными, применяются при наличии ссылки на них в контракте.

К числу наиболее авторитетных кодификаций такого рода принадлежат Международные правила толкования торговых терминов ИНКОТЕРМС 2000 — документ Международной торговой палаты, находящейся в Париже.

Цель Инкотермс — разработка свода международных правил толкования часто встречающихся во внешней торговле торговых терминов. Правилами предусматриваются формулы 13 базисных условий поставки; обозначающие их термины разделены на четыре категории, причем по всем терминам обязательства сторон сгруппированы по десяти основным направлениям (обязанностям продавца "зеркально" соответствуют обязанности покупателя по тем же направлениям).

Коммерсантам, желающим использовать Правила, предлагается (п. 22 введения) предусматривать, что их договоры будут регулироваться положениями Инкотермс 2000.

Первое издание Правил состоялось в 1936 г., в последующем они изменялись и дополнялись. В настоящее время Правила действуют в редакции 2000 г.

Причинами, обусловившими обновление редакции Правил в 2000 г., стали, в основном: 1) приспособление Инкотермс к использованию средств компьютерной связи; 2) внедрение новых способов транспортировки грузов.

Показательным является тот факт, что в некоторых странах применение Инкотермс опирается на акты законодательства (в Испании, например). Указом Президента Украины от 4 октября 1994 г. установлено, что при заключении субъектами предпринимательской деятельности Украины договоров, в том числе внешнеэкономических договоров (контрактов), предметом которых являются товары (работы, услуги), применяются правила Инкотермс.

В Федеральном законе "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами" приводится указание о том, что для целей этого Закона "под стадией торговой операции с товаром понимается базис поставки товара (цена "франко-завод") в соответствии с Международными правилами толкования торговых терминов".

Международной торговой палатой подготовлены также Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов и Унифицированные правила по инкассо — публикации МТП № 500 и № 522 (действуют в редакции соответственно 1993 г. и 1995 г.), а также другие универсалы.

В отличие от Инкотермс и унифицированных правил по документарным аккредитивам и по инкассо Унифицированные правила МТП по договорным гарантиям 1978 г. сфера действия которых не охватывала банковские гарантии по первому требованию, не нашли широкого распространения. Это обусловило принятие Международной торговой палатой в 1992 г Унифицированных правил для гарантий по первому требованию (публикация МТП № 458).

Отметим, что современное российское право наследовало практику применения торговых обычаев от советского права. Так, глава XIII Кодекса торгового мореплавания Союза ССР ("Общая авария") содержала положение (ст. 251), предусматривающее, что при определении рода аварии, исчислении размеров общей аварии и составлении диспаши диспашер при неполноте закона руководствуется международными обычаями торгового мореплавания. В качестве свода обычаев такого рода применяются Йорк-Антверпенские правила по общей аварии в редакции 1994 г. (впервые приняты в Йорке (Англия) в 1865 г., пересмотрены в Антверпене в 1877 г., в последующем также подвергались изменениям; работа по совершенствованию правил осуществляется в рамках Международного морского комитета).

И. С. Зыкин, рассматривая правовое значение Инкотермс, унифицированных правил по документарным аккредитивам и по инкассо, Йорк-Антверпенских правил по общей аварии, заключает, что названные документы в своей основе представляют кодификации обычаев и обыкновений международной торговли, осуществленные на негосударственном уровне. Он пишет: "...значительная известность этих сборников в целом как документов, содержащих обычные правила, в той или иной мере, видимо, помогает созданию впечатления, что все их частичные изменения также изначально носят характер обычаев и обыкновений. Авторитет сводов правил как таковых и активность стоящих за ними организаций во многом способствуют скорейшему восприятию на практике, а также учету судами и арбитражами включаемых в них нововведений еще до их становления в качестве обычаев и обыкновений и при отсутствии ссылок на них в договорах. Тем самым есть основания полагать, что рассматриваемые документы не сводимы полностью ни к обычаям и обыкновениям, ни к общим условиям договоров, а также констатировать существование особенностей механизма действия упомянутых правил.

В области международной купли-продажи товаров обращение к обычным правилам опирается на конвенционную норму Статья 9 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. предусматривает, что стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и практикой, которую они установили в своих взаимоотношениях. В отсутствие договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к их договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли. Обычай рассматривается, таким образом, как подразумеваемое условие договора, и обращение к нему в этом качестве предшествует применению диспозитивной нормы.

О применении торговых обычаев идет речь в положениях Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 г., Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ, Арбитражном регламенте ЕЭК ООН.

Как уже отмечалось, обращение к торговому обычаю для разрешения споров в международном коммерческом арбитраже санкционировано российским законом. Во всех случаях третейский суд принимает решение в соответствии с условиями договора и с учетом торговых обычаев, применимых к данной сделке (п. 3 ст. 28 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже")

О связанности сторон международного коммерческого договора обычаем, который широко известен и постоянно соблюдается сторонами в международной торговле (в ее соответствующей области), говорится в разработанных Международным институтом по унификации частного права Принципах международных коммерческих договоров (исключение допускается для случаев, когда применение такого обычая было бы неразумным). Вместе с тем Принципами предусматривается, что стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились и практикой, которую они установили в своих взаимоотношениях.

К отношениям гражданско-правового характера, осложненным иностранным элементом, могут применяться обычаи делового оборота. В ст. 5 ГК РФ обычай делового оборота определяется как сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Это определение не содержит требования о том, чтобы обычай делового оборота (подобно обычаю согласно характеристике, приводимой в ст. 9 Венской конвенции 1980 г.) был известен сторонам и постоянно соблюдался ими в соответствующей области. Место обычая делового оборота в иерархии правовых норм обозначено в ст. 421 ГК РФ (п. 5) общим образом: если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон.

Как уже было отмечено, обычай не следует смешивать с обыкновением, так как последнее не является источником права. Входя в состав волеизъявления участников сделки, обыкновение определяет ее детали. Впрочем, разграничение обычного правила, образующего норму права, и обычного правила, не являющегося таковой, оказывается на практике нередко затруднительным. В Комментарии к Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров обращается внимание на следующее: "Наличие множества торговых обычаев, отклоняющихся от закона, порождает вопрос об обосновании юридической силы таких обычаев, заменяющих, по сути дела, закон. В результате в законодательстве, судебно-арбитражной практике, юридической литературе ряда иностранных государств принято толковать обычные правила исключительно или преимущественно как подразумеваемые условия договора (usage), входящие в состав волеизъявления сторон по сделке, без признания за обычаями норм права" (Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. М. И. Брагинский, В. В. Витрянский пишут: "...и правовой обычай, и деловые обыкновения в равной мере выступают как средство восполнения пробелов в договоре и нормативных актах, но различаются тем, что в первом случае это сделано в виде нормы, применение которой санкционировано волей законодателя, а во втором — независимо от такого санкционирования".

Далее охарактеризуем основные виды торговых обычаев по способу формирования. В современном международном праве существуют два вида обычных норм. Первый, традиционный представляет собой сложившееся в практике неписаное правило, за которым признается юридическая сила. Второй — новый вид, к которому относятся нормы, создаваемые не длительной практикой, а признанием в качестве таковых правил, содержащихся в нескольких или даже в одном акте.

Нормы второго вида сначала формулируются либо в договорах, либо в таких неправовых актах, как резолюции международных совещаний и организаций, а в дальнейшем за ними признают статус норм общего международного права. Юридически они существуют как обычай, а соответствующие акты служат доказательствами их содержания. Так, резолюция Генеральной Ассамблеи ООН может служить доказательством существования и содержания обычных норм международного права. Нормы второго вида быстро создаются и способны не только закреплять сложившуюся практику, но и формировать ее, что чрезвычайно важно в наш динамичный век. Нельзя не заметить, что этот взгляд не разделяется многими юристами как за рубежом, так и у нас (Г. И. Тункин, Г. М. Даниленко ).

Для понимания процесса формирования торгового обычая необходимо выяснить два основных понятия — понятия практики и признания юридической силы (opinio juris). Практика означает действие или воздержание от действий субъектов, их органов. Это — поведение субъектов, в процессе которого формируется практика — норма международного частного права. Известно и иное понятие практики, под которой понимаются сложившиеся во взаимодействии субъектов правила, которым они предпочитают следовать, несмотря на отсутствие у них юридической силы. В доктрине такую практику, в отличие от обычая, именуют обыкновением.

Практика должна быть достаточно определенной, единообразной, чтобы из нее можно было вывести общее правило. Международный Суд ООН указал на оспоримость обычая в случае "большой неопределенности и противоречий". В этом одна из причин того, что для установления обычая все большее значение приобретают такие формы практики, в которых позиция субъектов выражена достаточно четко. В качестве примеров здесь можно привести, например: заявления, ноты, коммюнике, резолюции международных органов и организаций и т.д.

Практика должна быть достаточно устойчивой и существенно не отклоняться от нормы. Вместе с тем это требование нельзя возводить в абсолют. Международный Суд "не считает, что для установления обычной нормы соответствующая практика должна абсолютно точно совпадать с нормой. Суду представляется достаточным, чтобы поведение государств, в общем, следовало этим нормам".

Наиболее четким и авторитетным доказательством именно юридической практики служат договоры. Особое обстоятельство заключается в том, что создаваемые в ходе кодификационных работ конвенции долгое время не вступают в силу. Немалое число государств в них не участвуют и, следовательно, юридически ими не связаны. Но если признать, что такие конвенции выражают обычные нормы общего международного права, то в этом качестве они обязывают все государства. Таким путем Международный Суд ООН не раз использовал многосторонние конвенции. В этом видится одна из новелл.

Весьма распространенное мнение, будто кодификация ведет к вытеснению обычного права и замене его договорным, не подтверждается. Скорее происходит нечто противоположное. Как мы видели, воплотившие результаты кодификации конвенции содействовали росту роли обычного права, ускорили его формирование. Международный Суд ООН в последние годы почти во всех решениях опирается преимущественно на обычное право.

Важная роль в определении практики, в становлении торговых обычаев принадлежит Международному Суду ООН. Не случайно акты Суда активно используются в этом плане не только в литературе, но и в практике государств. Объясняется это высоким авторитетом Суда, квалификацией судей, представительным характером состава Суда.

Новым является то, что в конце XX – начале XXI вв. все более важную роль в формировании торговых обычаев играют акты международных органов и организаций. В практике Международного Суда ООН они стали одним из главных доказательств обычного права. Если в прошлом доминировали одно- и двусторонние доказательства, то ныне, когда процесс создания обычных норм стал коллективным, на первый план выдвигаются доказательства многосторонние, конвенции, резолюции международных совещаний и организаций. Общеизвестно значение Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 г. как доказательства содержания основных принципов международного права. Можно сказать, что акты международных организаций дали обычаю второе дыхание. При их помощи обычные нормы формируются, фиксируются, толкуются, проводятся в жизнь. Благодаря им удалось преодолеть ряд традиционных недостатков обычая. Теперь он стал создаваться довольно быстро, в более четких формах, его содержание стало общедоступным. Резолюции содействуют утверждению обычая в практике, адаптируют его содержание к новым условиям, что упрочивает связь обычая с жизнью.

Продолжительность практики никогда не имела решающего значения для признания обычая. Многое зависит от конкретных условий. При резких переменах и появлении новых проблем, требующих неотложного решения, обычная норма может складываться в результате единственного прецедента. Приведем пример: запуск в 1957 году Советским Союзом первого искусственного спутника и молчание государств означали появление обычной нормы о праве безвредного пролета в космосе над территорией иностранных государств. Не случайно идея "моментального" обычного права находит признание в доктрине международного права.

В результате происходит изменение в соотношении практики и opinio juris. Если в прошлом главная роль отводилась первой, то теперь — второму.

Остро встал вопрос о том, может ли резолюция международного органа выражать opinio juris? Международный Суд ООН счел, что opinio juris может быть, хотя и со всеми предосторожностями, выведено из отношения государств к определенным резолюциям Генеральной Ассамблеи ООН. Согласие с такими резолюциями следует понимать "как признание силы за нормой или комплексом норм, провозглашенных самой резолюцией".

Думается, что понимать это следует так: если резолюция провозглашает существование определенных международно-правовых норм, то согласие с ней означает выражение opinio juris. В большинстве случаев под согласием с резолюцией понимается не голосование за нее, а признание за ее положениями юридической силы, как правило, в молчаливой форме.

Из торговых обычаев состоит ядро международного частного права, которое распространяет свое действие на всех субъектов, на все государства и международные организации. Оно создается и изменяется общими усилиями субъектов, международным сообществом в целом. Это не означает полного единогласия. Имеется в виду достаточно представительное большинство, представительное не только в количественном отношении. Оно должно представлять основные политические и правовые системы, а также все континенты.

В отличие от международного частного права, партикулярный обычай выражает особые интересы ограниченного круга государств. Поэтому для его формирования необходимо согласие всех заинтересованных государств.

Обычная норма международного частного права может быть изменена или отменена только новой нормой такого же характера. Происходит это тем же путем, что и ее создание.

Как соотносятся торговые обычаи с неправовыми международными нормами? Правотворческий процесс опирается на имеющийся опыт. Все живое предпочитает идти испытанным путем. Опытным путем отбираются наиболее целесообразные правила поведения. Все это упрощает принятие решения, экономит силы. В международных отношениях роль неформальных стандартов поведения весьма значительна. В целом государства предпочитают поступать так, как принято. Привычное поведение встречает меньшее сопротивление, чем неожиданное. Так отбираются оправдавшие себя правила, образуя нормы обыкновения (usage), международной вежливости (comitas gentium), т. е. правила, принятые в практике, но не обладающие юридической силой. Такие правила могут лечь в основу как обычных, так и договорных норм. Издавна известна истина — право создается опытом (leges experientia tacit). Мы подошли к еще одной особенности формирования современного международного права. Имеется в виду растущее влияние на этот процесс иных, неправовых международных норм. К ним, помимо обыкновения и вежливости, относятся политические и организационные нормы, традиции, рекомендательные нормы. Особо следует отметить рост роли норм международной морали. Данной теме посвящены даже специальные исследования, например, Дмитриева Г. К. Становится выше нравственный уровень международного права. Юридические последствия этой тенденции немаловажны. Закрепляющие достигнутый уровень нравственности и гуманности, международно-правовые нормы считаются действующими, несмотря на значительные расхождения с практикой.

Сказанное подтверждается и практикой Международного Суда ООН, решения которого обнаруживают в этом вопросе определенную тенденцию. Суд зачастую игнорирует недостаточность доказательств общей практики в тех случаях, когда полагает, что моральные, гуманные принципы заслуживают признания государствами в качестве правовых.

Серьезное практическое значение приобрел принцип справедливости. Международный Суд ООН обосновывает свои решения ссылками на справедливость. Отсылки к ней все чаще встречаются и в договорах. Примером могут служить случаи распределения природных ресурсов и разграничения морских пространств. Исключительно велика роль принципа справедливости в формировании современного международного экономического права.

По вопросу о создании торговых обычаев международного частного права в международно-правовой науке существует большое различие мнений. Главный в этих разногласиях — вопрос о том, создаются ли торговые обычаи международного частного права путем взаимодействия воль государств или же они появляются без участия этих воль.

Доктрина теории согласования воль государств исходит из того, что в межгосударственной системе, состоящей прежде всего из суверенных и равноправных государств, обязательные для этих государств правовые нормы могут создаваться, как правило, только по согласованию между ними.

Создание торговых обычаев международного частного права — это процесс, происходящий в межгосударственной системе, это часть ее функционирования. Данный процесс протекает в соответствии с нормами международного частного права, касающимися нормообразования. На него оказывают влияние многие явления, происходящие в межгосударственной системе. На процесс создания торговых обычаев международного частного права воздействует и среда, т.е. общество в целом. Главные проводники такого воздействия — государства, поскольку наибольшее число норм международного частного права создается государствами, а международно-правовые нормы, создаваемые международными организациями, тоже зависят от воль государств. Государства, выступая в процессе создания норм международного частного права в качестве компонентов межгосударственной системы, одновременно являются частью среды и как бы вносят в этот процесс ее влияние.

Процесс создания обычаев международного частного права имеет две стадии: согласования воль государств относительно содержания правила поведения и согласования воль относительно признания его в качестве юридически обязательного.

Содержание воли государства составляет его международно-правовая позиция. Международно-правовая позиция государств включает общее отношение государства к международному праву, его прогрессивному развитию и соблюдению принципов и норм, представление о характере международного права, его роли в обществе, принципы и нормы, за внедрение которых в международное право государство выступает, понимание принципов и норм действующего международного права и т.д. Короче говоря, международно-правовая позиция государства — это его позиция по всем вопросам международного права (в т.ч. и частного), выраженная не только в его заявлениях, но и прежде всего в его реальном поведении и действиях.

Международно-правовая позиция государства как часть его внешней политики отражает национальные интересы государства.

С давних пор считалось, что национальные интересы государства — это его эгоистические интересы. Такая концепция уже не отвечает современной действительности. Конечно, каждое государство имеет некоторые специфические законные интересы, которые должны приниматься во внимание. Но в современном мире общие интересы, вытекающие из категорической необходимости решения глобальных проблем, оказывают все большее влияние на внешнюю политику государств и, следовательно, на их международно-правовую позицию. Поэтому необходимо, чтобы специфические интересы государства были согласованы с общими интересами человечества.

Для создания торговых обычаев международного частного права не требуется идентичности воль государств, участвующих в их образовании. Для этого достаточно, чтобы они были согласованы в том, что касается правила поведения и признания его в качестве юридически обязательного.

В свое время немецкий ученый Трипель, исходя из общей посылки, согласно которой только высшая, по сравнению с волей субъектов права, воля может создавать нормы права, утверждал, что в результате соглашения между государствами образуется "общая воля" (по Трипелю – т.н. "Gemeinwille"), представляющая результат слияния идентичных воль государств. По мнению Трипеля, общая воля стоит выше воли отдельных государств и как таковая служит источником обязательных для них норм права.

Некоторые советские и современные российские авторы высказывали точку зрения, очень близкую к концепции Трипеля, например Л.А.Алексидзе, Е.Т.Усенко.

В действительности дело обстоит несколько иначе. Естественно, что поскольку воли государств согласованы в отношении содержания правила поведения и признания его в качестве правовой нормы, то в этом они едины. В таком смысле можно говорить, что согласованные воли государств есть их общая (в смысле — одинаковая) воля. Но никакой новой воли при этом не возникает, так как не возникает нового субъекта воли, а воля всегда есть воля субъекта.

Торговые обычаи международного частного права — продукт не новой, единой высшей воли, а продукт согласования воль, и в этом состоит их существенное отличие от норм внутригосударственного права.

Процесс согласования воль государств, завершающийся созданием торгового обычая международного частного права, включает взаимообусловленность этих воль, выражающуюся в том, что согласие государства на признание той или иной нормы в качестве торгового обычая международного частного права дается под условием аналогичного согласия другого государства или других государств. Иначе говоря, каждое государство, принимая ту или иную норму международного частного права и, следовательно, обязываясь ее соблюдать, рассчитывает на то, что другие государства так же, как и оно, будут соблюдать эту норму.

Согласованность и взаимообусловленность воль государств — две существенные черты процесса создания торговых обычаев международного частного права. Если согласованность воль говорит об их направленности на признание определенного правила в качестве правовой нормы, то взаимообусловленность означает взаимосвязанность воль государств. Это принцип взаимности, который закладывается при создании норм международного частного права и проявляется в процессе их функционирования.

То, что торговые обычаи международного частного права представляют собой продукт согласования и взаимообусловленности воль государств, является важнейшим их отличием от норм внутригосударственного права. Это своеобразие норм международного права проходит красной нитью через всю их "жизнь". Оно сказывается на их содержании (степень согласованности воль), их применении (принцип взаимности) и т.д.

В процессе создания торговых обычаев международного частного права государства выступают как суверенные и равноправные субъекты. Поэтому их воли юридически равнозначны. Это юридическое равенство имеет большое значение, хотя оно отражает лишь один аспект отношений государств в данном процессе. Оно является важнейшим принципом любой международной конференции, на которой разрабатываются международные договоры.

Каждое государство вправе самостоятельно определять свою международно-правовую позицию. Обычно при голосовании текста договора на международной конференции каждое государство имеет один голос. Отметим, однако, что юридическое равенство государств в процессе создания норм международного права означает, что большинство государств не может создавать нормы, обязательные для меньшинства, не имеет права пытаться навязывать эти нормы другим государствам. Исключением являются юридически обязательные резолюции международных организаций, принимаемые большинством голосов членов организации. Однако такие нормы пока что играют незначительную роль в общей системе международного права. Но в основе создания и этих норм лежит соглашение — устав международной организации.

Есть другой аспект процесса согласования воль государств — фактические обстоятельства, которые в основном и определяют международно-правовую позицию государств и решающим образом влияют на процесс согласования воль. Эти фактические обстоятельства многообразны. Процесс создания торговых обычаев международного частного права происходит в межгосударственной системе, где сталкиваются различные интересы государств, сказывается их фактическая роль в тех или иных вопросах, их влияние в международных делах.

Теория согласования воль государств находится в определенной преемственной связи с буржуазной теорией соглашения, которая была господствующей во второй половине XIX и начале XX века. Так же как и буржуазная теория соглашения, она исходит из того непреложного факта, что в условиях существования суверенных государств, над которыми нет вышестоящей власти, способной диктовать им нормы права, единственным способом создания обязательных для государств норм может быть лишь соглашение.

Известно, что указанная буржуазная теория являлась в целом прогрессивной; она была связана с идеями буржуазного либерализма, вытекала из принципа равноправия государств, вдохновлялась идеей "господства права в международных отношениях", которые, разумеется, понимались как отношения между "цивилизованными государствами".

Вместе с тем буржуазная теория соглашения, характеризовавшаяся формально догматическим подходом к вопросу, не раскрывала содержания процесса создания торговых обычаев международного частного права, проходила мимо процессов борьбы и сотрудничества, которые имеют место при создании этих норм, не раскрывала социальной сущности воль государств. Например, какое-либо государство может принять тот или иной торговый обычай против своей воли, в силу сложившихся для данной страны неблагоприятных обстоятельств и т.д.

Согласно одной из теорий, которая в настоящее время господствует в западной международно-правовой литературе, торговые обычаи международного частного права возникают без участия воль государств, как бы спонтанно. Суть этой теории французский профессор Виралли формулирует следующим образом: "Обычное право является выражением давлений, вытекающих из факта существования множества государств и осознанной ими необходимости вести их взаимные отношения упорядоченным образом". Более же конкретно Виралли (как и другие западные авторы) считает элементами обычной нормы международного права практику и opinio juris (убеждение, что правило является юридическим); это, как мы покажем ниже, приводит фактически к воле государств.

Процесс создания торговых обычаев международного частного права регулируется международным правом. Вот почему в этом вопросе необходимо исходить из тех норм, которые имеются в международном праве. В подп. "б" п.1 ст. 38 Статута Международного Суда, который является единственным общепризнанным документом по этому вопросу, об обычных нормах международного права сказано следующее: "Международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы".

Согласно теории согласования воль государств, процесс создания обычных норм международного права во многом отличается от процесса создания договорных норм, но суть его остается та же — согласование воль государств в целях создания обязательных для них норм международного права.

Статья 38 Статута Международного Суда говорит прежде всего о "всеобщей практике" как первом основании создания обычных норм международного права. Всеобщая практика не обязательно означает практику всех государств. Нередко определенные государства по тем или иным причинам не могут иметь практики по некоторым вопросам. Например, государства, у которых нет морского побережья, не могут иметь практики в вопросах ширины территориальных вод, прилежащих зон, шельфа и т.п.

В результате первой стадии согласования воль государств образуется обыкновение, т.е. правило поведения, которому обычно следуют государства, но которое еще не является правовой нормой. Вместе с тем необходимо отметить, что повторение одних и тех же действий может и не привести к созданию обыкновения.

Для того чтобы стать нормой международного права, обыкновение должно пройти вторую, заключительную, стадию, состоящую в согласовании воль государств относительно признания обыкновения в качестве правовой нормы. Только затем может идти речь о создании торгового обычая. Это следует из ст. 38 Статута Международного Суда, в которой говорится о практике, "признанной в качестве правовой нормы".

Признание или принятие государством того или иного обычного правила в качестве нормы права означает выражение воли государства, согласие государства рассматривать такое обыкновение как норму международного частного права. Чтобы обыкновение стало нормой международного частного права, недостаточно признания его таковым одним государством. Для этого необходимо, чтобы два или более государств признали такое обыкновение нормой международного права. Это и означает согласование воль государств относительно признания обыкновения нормой международного права. Такое признание включает, естественно, и взаимообусловленность этих воль; каждое государство дает согласие соблюдать обыкновение в качестве нормы международного права под условием, что другое или другие государства тоже будут признавать это обыкновение нормой международного права.

Согласование воль государств относительно признания того или иного обыкновения международно-правовой нормой есть процесс. Это процесс постепенного нарастания признания обыкновения в качестве обязательной правовой нормы и одновременно процесс расширения круга государств, которые данное обыкновение признают правовой нормой.

Как уже указывалось, обычные нормы реально всегда возникают в практике ограниченного числа государств. Обыкновение, которое может быть локальным или широко распространенным, будучи признано двумя или более государствами в качестве правовой нормы (т.е. признается в качестве торгового обычая), становится таковой. Для того чтобы стать нормой общего международного права, оно должно быть признано всеми или почти всеми государствами. Расширение сферы действия обычной нормы является в некотором роде аналогичным тому, что имеет место в отношении договорных норм международного права. Договорные нормы очень часто создаются немногими государствами, а затем круг участников договора значительно расширяется. Государства, не участвовавшие в создании международного договора и присоединившиеся к договору, и государства, не участвовавшие в создании обычных норм международного права и признавшие обычные нормы международного права, находятся в одинаковом положении.

По существу, как концепция согласования воль государств, так и господствующая на Западе концепция — "практика + opinio juris" — исходят из того, что для образования торгового обычая международного частного права необходимо, во-первых, существование международной практики, иначе говоря существование сложившегося в практике государств правила поведения, и, во-вторых, признание этого правила в качестве международно-правовой нормы.

Достижение такого понимания было бы важно, так как широко распространенное в западной литературе мнение, что процесс образования торговых обычаев международного частного права происходит без участия воль государств, т.е. спонтанно, дает возможность для произвольных выводов о наличии или отсутствии тех или иных норм международного частного права.

Таким образом, под международно-правовым обычаем понимается единообразное устойчивое правило, сложившееся в практике и имеющее обязательную юридическую силу. Учитывая значительную роль обычаев международного делового оборота в регламентации международных экономических связей и трудность установления их содержания и применения (в силу их неписаного характера), многие международные организации изучают, обобщают и публикуют своего рода своды обычаев по определенным группам вопросов. Некоторые такие публикации приобретают популярность. Особенно велико такие правила как ИНКОТЕРМС, Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов в редакции 1993 года, Унифицированные правила по инкассо в редакции 1995 года, Унифицированные правила по договорным гарантиям в редакции 1995 года, Принципы международных коммерческих контрактов УНИДРУА, Йорк-Антверпенские правила и др.

Следует, однако, отметить, что факт создания подобных документов никоим образом не меняет природу обычаев, в них сформулированных. Они представляют собой неофициальную, "частную" кодификацию не обладающих обязательной юридической силой обычаев международного делового оборота. Как сам документ в целом, так и отдельные сформулированные в нем нормы применяются либо тогда, когда стороны соответствующих отношений договорились об этом (имеют силу контрактных сливой), либо когда государство санкционировало и признало за ним юридическую силу. Если в одностороннем порядке, то они будут обладать силой национального права, если по согласованию между двумя и более государствами, то они будут обладать силой норм международного права.

В последнее время международное сообщество осознало потребность в упрочении позиций международного частного права. Многие области сотрудничества могут регулироваться лишь нормами универсального действия. Необходим достаточно эффективный способ формирования значительного числа норм в сравнительно короткие сроки. Как это ни парадоксально, но к решению новых задач было привлечено, казалось бы, наименее подходящее средство, которое многими было осуждено на неизбежную утрату своих позиций. Таким средством явился международно-правовой обычай, правда не традиционный, а современный.

Обычай продемонстрировал удивительную способность к адаптации к новым условиям, к решению задач, непосильных договорам. Произошедшие изменения привели к существенным переменам во всем процессе формирования норм международного частного права. Теперь это новый процесс, характерный для современного международного частного права. Сегодня нормы международного частного права создаются в процессе международной политики в результате согласования воль государств.

Вместе с тем следует учитывать, что международное частное право развивается не только путем создания новых принципов и норм, но и в результате обновления, развития содержания уже существующих. Это происходит как в обычном, так и в договорном правотворческом процессах.

К международному правотворческому процессу привлекается и национальное право государств. На протяжении многих лет международное право развивалось на базе опыта внутригосударственного права. Сегодня гораздо больше учитывается специфика международной жизни и международного частного права, усиливается обратное влияние последнего на национальное право.

Международные правила по унифицированному толкованию торговых терминов (ИНКОТЕРМС-2000) и их использование при международной купле-продаже товаров

Наиболее употребимые в деловой практике обыкновения обобщены в т.н. "правилах ИНКОТЕРМС". ИНКОТЕРМС (от англ. - Incoterms - International Commercial Terms) – это Международные правила толкования торговых терминов. Они разработаны Международной торговой палатой (МТП) - неправительственной организацией деловых кругов, созданной в 1919 г., объединяющей в настоящее время десятки национальных торгово-промышленных палат (в частности, членом МТП является Торгово-промышленная палата РФ), а также отдельных коммерческих ассоциаций и объединений (штаб квартира МТП - г. Париж, Франция). Имеется несколько редакций ИНКОТЕРМС. Первая редакция была принята МТП в 1936 г., а последняя в ноябре 1999 г. (Публикация № 560), которая применяется с 1 января 2000 г. Между этими двумя публикациями ИНКОТЕРМС пересматривались и дополнялись несколько раз. Так, известны публикации 1953 г., 1967 г., 1976 г., 1980 г. Предпоследняя редакция документа была издана в 1990 г. - ИНКОТЕРМС 1990 (Публикация МТП № 460).

Торговые термины, о толковании которых идет речь в ИНКОТЕРМС, представляют собой не что иное, как "различные типы основных или, иначе, базисных условий договоров купли-продажи (поставки), в которых фиксируются вопросы, связанные с моментом исполнения продавцом обязанностей по договору, переходом с продавца на покупателя риска случайной гибели (повреждения) товара и др.". Основные типы базисных условий давно используются в международной торговой практике под общепринятыми названиями – EXW, FOB, CFR, CIF и др.

Такие наименования представляют собой сокращенные варианты английских словосочетаний: FOB - Free on Board ("свободно на борту судна"); CIF - Сost, Insurance and Freight ("стоимость, страхование и фрахт"); CFR - Сost and Freight ("стоимость и фрахт"); FAS - Free Alongside Ship ("свободно вдоль борта судна") и т.д.

В числе публикаций других международных организаций можно, в частности, назвать Оговорки для морского страхового полиса Института лондонских страховщиков 1982 г. или Варшавско-Оксфордские правила по сделкам СИФ 1932 г., а также Йорк-Антверпенские правила об общей аварии в редакции 1994 г., подготовленные Международным морским комитетом. В этом перечне необходимо также упомянуть многочисленные типовые (стандартные) проформы договоров, применяемые к отдельным видам международных сделок. В большинстве своем они разрабатываются Европейской экономической комиссией ООН и различными торговыми ассоциациями экспортеров и импортеров.

Авторы-исследователи правил ИНКОТЕРМС придерживаются единого мнения, что "широкое распространение ИНКОТЕРМС при заключении договоров международной купли-продажи товаров во всем мире объясняется рядом причин:

- огромный авторитет МТП, под эгидой которой и были разработаны ИНКОТЕРМС;

- ИНКОТЕРМС получили признание со стороны деловых кругов большинства стран;

- ИНКОТЕРМС периодически (примерно раз в десятилетие) обновляется, следуя за развитием научно-технического прогресса, учитывая передовой опыт и практику международной торговли, в первую очередь изменения в транспортировке и обработке товара;

- ИНКОТЕРМС позволяют избежать сторонам споров и различных толкований того или иного термина, условия договора, давая с учетом новейшей международной практики разъяснение по тем или иным базисам поставки;

- ИНКОТЕРМС позволяют максимально упростить формулировки заключаемого договора купли-продажи, избежать излишних нагромождений в распределении взаимных прав и обязанностей сторон, позволяет им четко определить объем принимаемых на себя обязательств".

Выбор того или иного базиса поставки на основе ИНКОТЕРМС во многом определяют цену товара, распределение между покупателем и продавцом расходов по доставке товара, т.е. в конечном счете коммерческую эффективность сделки.

По мнению Яна Рамберга, "отсылки к ИНКОТЕРМС во внешнеэкономическом договоре значительно облегчают процесс заключения договора: посредством указания на любое стандартное условие ИНКОТЕРМС стороны избегают необходимости в расшифровке их положений в тексте договора". Например, указав в договоре, что поставка осуществляется на условиях "CIF (...название порта назначения) ИНКОТЕРМС 2000", стороны соглашаются с тем, что некоторые их права и обязанности по сделке будут определяться в соответствии с условием, расшифровка которого содержится в ИНКОТЕРМС 2000. Соответственно, нет необходимости расписывать указанные условия в контракте - достаточно заглянуть в ИНКОТЕРМС. Такие условия иногда именуются стандартными условиями внешнеэкономических договоров, в том смысле, что встречаются во множестве контрактов.

Таким образом, правила ИНКОТЕРМС "нацелены на то, чтобы облегчить контрагентам из различных государств процесс заключения и исполнения сделок международной купли-продажи посредством четкого формулирования и письменного закрепления стандартных условий договоров".

Отметим, что ИНКОТЕРМС фиксируют такие важные коммерческие и юридические вопросы по фактическому исполнению внешнеэкономического договора купли-продажи, как:

- место и момент исполнения обязанностей продавца по передаче товара;

- переход рисков с продавца на покупателя;

- распределение обязанностей по оплате необходимых расходов и сборов, включая уплату таможенных платежей;

- получение экспортных и импортных лицензий;

- обязанность заключения договора перевозки;

- распределение обязанностей сторон по перевозке и выполнению погрузочно-разгрузочных работ;

- распределение обязанностей сторон по представлению отгрузочных, платежных и иных документов, а также необходимых извещений;

- обязанность страхования;

- распределение обязанностей сторон по обеспечению надлежащей упаковки;

- инспектирование товара и др.

Вместе с тем, как считает Осинцев О.В., "ИНКОТЕРМС регулируют далеко не все вопросы, возникающие в процессе исполнения договоров международной купли-продажи товаров, и их значимость не следует переоценивать". Так, пишет О.В. Осинцев, "за рамками ИНКОТЕРМС остались следующие аспекты внешнеэкономического контракта:

- последствия нарушения обязательств по договору;

- основания освобождения сторон от ответственности;

- момент перехода права собственности на товар;

- формы и способы расчетов между сторонами;

- действительность договора;

- количество и качество товара;

- увеличение расходов после заключения договора;

- форма договора;

- отношения сторон по смежным контрактам (перевозка, страхование)

- другие вопросы, которые должны специально регламентироваться в контракте".

Таким образом, ИНКОТЕРМС включает в себя правила толкования только терминов поставки и не затрагивает других условий договора международной купли-продажи.

Надо отметить, что в ИНКОТЕРМС использован общепринятый юридико-технический прием формулирования только обязанностей продавца и покупателя, а не их прав, поскольку конкретным обязанностям одной стороны практически "зеркально" корреспондируют права другой стороны.

Следует иметь в виду, что ИНКОТЕРМС касаются лишь отношений продавца и покупателя, и не затрагивают отношений этих субъектов с перевозчиком. Как указано в п. 1 Введения к ИНКОТЕРМС 2000 и как показывает практика, ИНКОТЕРМС "имеют дело только с отношениями между продавцами и покупателями в рамках договоров купли-продажи, более того, только в определенных аспектах". Таким образом, ИНКОТЕРМС 2000 (или иной другой редакции) относятся только к договору купли-продажи (поставки) товаров. Именно в договоре поставки стороны, определяя базисные условия поставки с помощью того или иного термина (EXW, FOB, CIF, DAF и др.), ссылаются на ИНКОТЕРМС соответствующей редакции. Вопросы, связанные с транспортировкой товара (условия перевозки, ответственность перевозчика и др.) регулируются транспортным законодательством (применимым национальным правом и международными соглашениями) и договором международной перевозки, а также конкретным внешнеэкономическим контрактом купли-продажи (в том, что касается прав и обязанностей покупателя и продавца относительно транспортировки товара).

Е.Ф. Прокушев предостерегает, что "следует отметить, что при заключении иных договоров, обслуживающих договор поставки (перевозки, страхования и т.д.), базисные условия, а значит ИНКОТЕРМС, будут также иметь важнейшее значение. Так, согласившись на условия CFR или CIF, продавец не может выполнить этот договор любым иным видом транспорта, кроме морского, так как по этим условиям он должен представить покупателю коносамент или другой морской транспортный документ, что просто невозможно при использовании иных видов транспорта".

Таким образом, использование ИНКОТЕРМС не означает, что содержание внешнеторгового договора не может включать в себя права и обязанности, касающиеся транспортировки внешнеторговых грузов. На практике договору купли-продажи (поставки) сопутствуют договоры о расчетах за товар и его перевозке. Поэтому во внешнеэкономический контракт помимо условий, касающихся собственно поставки, зачастую включаются положения о перевозке, страховании, расчетах.

По мнению некоторых авторов, "базисные условия поставки согласно ИНКОТЕРМС играют едва ли не первостепенную роль в содержании внешнеэкономического контракта (если конечно стороны сделали ссылку на ИНКОТЕРМС)". С этой точкой зрения следует согласиться: именно они определяют момент и место исполнения обязанности продавца по передаче товара, перехода от продавца к покупателю риска случайной гибели или порчи товара, распределяют обязанности и расходы сторон по транспортировке, страхованию и выполнению таможенных формальностей. Базисные условия контракта во многом определяют и его цену.

То есть для выявления и толкования базисных условий поставки необходимо обратиться к ИНКОТЕРМС соответствующей редакции, на которую сделана ссылка в контракте. Таким образом, ИНКОТЕРМС 2000 применяется в тех случаях, когда в контракте сделана соответствующая оговорка. При несовпадении условий контракта и положений ИНКОТЕРМС 2000 приоритет отдается условиям контракта.

Ссылки на ИНКОТЕРМС встречаются также в общих условиях договоров купли-продажи, разрабатываемых объединениями предпринимателей или сторонами соответствующих контрактов, между которыми существуют длительные деловые отношения. Широко применяется ИНКОТЕРМС в типовых контрактах, подготавливаемых Европейской экономической комиссией ООН.

Почему периодически происходит дополнение правил? Принятие ИНКОТЕРМС 2000 обусловлено внедрением в международную торговлю новых способов перевозки грузов, использованием современных средств связи, расчетов и т.д. Так, "в последнем издании принимается во внимание расширяющееся использование мультимодальных (смешанных) перевозок, предусматривается передача товаров от продавца покупателю в любом пункте транспортной цепи вместо установления критичной точки перехода рисков при пересечении поручней судна, как в предыдущей редакции ИНКОТЕРМС". ИНКОТЕРМС 2000 учитывают распространение в последнее время зон свободных от таможенных пошлин. Термин FCA (свободный перевозчик) теперь дает ясное определение обязательств продавца по доставке в стране экспорта, независимо от способа транспортировки.

Как отмечает Ян Рамберг, "экспертами МТП была проведена колоссальная работа по анализу опыта международной торговли последних лет, учитывались конструктивные замечания и пожелания коммерсантов из разных стран. ИНКОТЕРМС 2000 - кульминация двухлетнего труда Рабочей группы по торговым терминам МТП, которая состояла более чем из 40 экспертов крупных торговых и промышленных компаний и деловых ассоциаций со всего мира". Группа провела сотни консультаций с пользователями ИНКОТЕРМС, прежде чем работа по адаптации ИНКОТЕРМС к современным условиям была закончена.

Толкование многих терминов было упрощено, устранены повторы и неточности. Кроме того, были детализированы обязанности продавца и покупателя, моменты исполнения обязанностей продавца по передаче товара. Большое преимущество нового издания ИНКОТЕРМС состоит также в том, что они ясно трактуют обязательства по погрузке и разгрузке и для покупателя и для продавца.

Принятие новой редакции ИНКОТЕРМС в основном было вызвано не столько развитием научно-технического прогресса, сколько необходимостью дальнейшей детализации взаимных прав и обязанностей сторон договора международной купли-продажи. Вместе с тем, как отметили эксперты-составители Правил во Введении к ИНКОТЕРМС 2000, они стремились "избегать изменений ради самих изменений".

Таким образом, целью ИНКОТЕРМС является обобщение современной коммерческой практики, с тем чтобы стороны могли сделать следующий выбор:

- минимальная обязанность продавца исключительно по предоставлению в своих помещениях товара в распоряжение покупателя (EXW);

- более широкая обязанность продавца по передаче товара для перевозки либо поименованному покупателем перевозчику (FCA, FAS, FOB) либо перевозчику, который избирается продавцом и им же оплачивается перевозка (CFR, СРТ), а также осуществляется страхование против возможных во время перевозки рисков (CIF, CIP);

- максимальная обязанность продавца по осуществлению передачи товара в пункте назначения (DAF, DES, DEQ, DDU, DDP).

Иногда ИНКОТЕРМС критикуется за слишком широкий выбор терминов, полагая возможным ограничить число терминов таким образом, чтобы стороны могли избирать передачу товара либо в месте нахождения продавца либо в месте нахождения покупателя. Ответом на данный вопрос является существующее в коммерческой практике разнообразие способов доставки различных грузов. Такие товары, как нефтепродукты, уголь, руда или зерновые, перевозятся часто на специально зафрахтованных судах, которые принимают товар к перевозке только в виде полной отгрузки. При данном типе торговли конечный покупатель может быть вообще не известен, так как товар может быть продан во время перевозки. Это обстоятельство обусловливает требование предоставления такого оборотного транспортного документа, как коносамент. Кроме того, даже если конечный покупатель определен, он по общему правилу не готов принять на себя расходы и риски, которые могут возникнуть в стране продавца. Это обусловливает потребность в различных морских терминах, которые широко используются в мировой торговле.

Как отмечают эксперты, "в отношении готовых изделий морские, термины применяются редко. Во многих случаях сторонам рекомендуется использовать один из терминов ИНКОТЕРМС, предусматривающий передачу товара либо в месте нахождения продавца (EXW или FCA) либо в месте нахождения покупателя (так называемые термины "прибытия" — DDU и DDP)".

Что касается страхования, то здесь следует отметить, что "при возможности продажи товара во время транспортировки целесообразно возложить на продавца обязанности по его страхованию в пользу покупателя". В иных случаях покупателю удобнее осуществить страхование самому, с тем чтобы страховое покрытие отвечало его конкретным потребностям.

В целом, выбор того или иного термина ИНКОТЕРМС обусловлен рядом причин, среди которых можно назвать следующие:

- необходимость для продавца воздерживаться от принятия любой дополнительной обязанности;

- готовность продавца совершить больше, чем предоставить в своих помещениях товар в распоряжение покупателя;

- позиция, позволяющая покупателю вести переговоры, дает возможность ему настаивать на принятии продавцом более широких обязанностей;

- путем расширения своих обязанностей у продавца возникает возможность, например, установить более конкурентоспособную цену;

- при намерении покупателя перепродать товар до его прибытия в место назначения целесообразно использование морских терминов FAS, FOB, CFR или CIF.

Какое базисное условие поставки предпочтительнее для продавца, а какое для покупателя - этот вопрос решается применительно к конкретной ситуации. Так, для продавца, желающего осуществить продажу экспортного товара на условиях, наиболее близких к обычной продаже товаров на внутреннем рынке, удобнее условие EXW (франко-завод). Данный термин означает, что товар предоставляется в распоряжение покупателя на заводе продавца (месте отгрузки товара). Здесь же на покупателя переходит и риск случайной гибели или порчи товара. Покупатель несет все расходы по погрузке, перевозке и страхованию товара, оплачивает таможенные пошлины. Это условие часто используется российскими экспортерами и импортерами, причем у последних появляется возможность избежать чрезмерных расходов в иностранной валюте: например, хотя бы в том, что они организуют доставку товара на собственном транспорте или на транспорте владельца, не требующего платы в иностранной валюте. Это уже большая экономия для отечественных предпринимателей, если учесть, что расходы по перевозке товара могут достигать половины его стоимости, а российские импортеры, как правило, испытывают острую нехватку иностранной валюты.

Важно помнить, что "ссылка в контракте на ИНКОТЕРМС делает их контрактными условиями". Соответственно, вопрос соотношения положений ИНКОТЕРМС и национального законодательства, ИНКОТЕРМС и международных договоров - это вопрос соотношения конкретного договора (контракта) с указанными источниками права. Коль скоро положения контракта действуют в пределах, определяемых международным договором и национальным законодательством, то и соответствующие условия ИНКОТЕРМС применяются в пределах, заданных вышеуказанными источниками права.

Авторы единодушны во мнении, что "рассматривать ИНКОТЕРМС как сборник торговых обычаев некорректно, хотя именно в качестве такового его воспринимают зачастую судьи арбитражных судов". Правильнее рассматривать ИНКОТЕРМС как доказательство существования самого обычного правила. Отсюда, даже в случаях, когда стороны не сослались на положения ИНКОТЕРМС, суд, тем не менее, может применить к договору эти правила, рассматривая их как одно из доказательств существования торгового обычая. Такие примеры встречаются в практике международных коммерческих арбитражных судов, в том числе в практике Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ (МКАС). Это чрезвычайно важное обстоятельство необходимо учитывать при понимании природы ИНКОТЕРМС, которые не могут сводиться лишь к сборнику, применяющемуся исключительно после ссылки на него в контракте как его условия.

Таким образом, наряду с распространенным основанием применения ИНКОТЕРМС - отсылки к ним в контракте, имеется и другое основание - в качестве доказательства существования обычая. Например, при заключении внешнеэкономического договора стороны договорились, что поставка товаров будет осуществляться на условиях "CIF (...название порта назначения) ИНКОТЕРМС 2000". В этом случае для толкования термина CIF необходимо обратиться к ИНКОТЕРМС в редакции 2000 г.

Возможна другая ситуация, когда стороны той же сделки договорились, что поставка товаров будет осуществляться на условиях CIF (...название порта назначения). Поскольку ссылки на ИНКОТЕРМС 90 или 2000 не содержится, предполагается, что стороны в толковании термина "CIF (...название порта назначения)" исходили из содержания обычая, существующего в международной торговле. На практике суд или арбитраж будут исходить из тех же ИНКОТЕРМС как доказательства существования торгового обычая CIF, причем содержание указанного обычая будет скорее всего определяться положениями последней редакции ИНКОТЕРМС (2000 г.).

Отметим, что нельзя отождествлять ИНКОТЕРМС и обычаи международной торговли. Во-первых, сами Правила содержат ссылки на торговые обычаи. Например, в соответствии с термином FAS, продавец обязан поставить товар вдоль борта указанного судна в названном покупателем порту отгрузки и в соответствии с обычаями порта в установленную дату или оговоренный срок. Согласно Введению, причина отсылок к торговым обычаям – "различия, существующие между морскими портами, касающиеся способов доставки товара для перевозки согласно одноименным терминам".

Во-вторых, сами ИНКОТЕРМС (а точнее МТП) оказывают влияние на развитие торговой практики и в этом смысле даже опережают формирование обычая, то есть приобретают относительно самостоятельный статус по отношению к обычаям. МТП, закрепляя в очередной редакции ИНКОТЕРМС какое-либо новое правило, исходит из целесообразности его применения участниками международной торговли. Совсем не обязательно, что правило, которое стало предметом толкования МТП, уже стало торговым обычаем или получило большое распространение на практике. В данном случае деятельность МТП, скорее, напоминает работу национального законодателя, который путем издания нормативных актов, регулирующих экономические отношения, получает возможность контролировать и направлять их развитие в нужное ему русло.

Таким образом, возникает ситуация, когда соответствующая торговая практика появляется на основании рекомендации МТП, а не наоборот. Этот процесс получил довольно меткую характеристику в литературе – "сознательное формирование обычаев". Сегодня можно утверждать, что "МТП не столько пассивно следует сложившимся в международной торговой практике правилам, сколько сама влияет на них в целях их усовершенствования". Все более распространенным является подход рассматривать ИНКОТЕРМС как акт, действующий в определенных случаях своей собственной силой.

Следует учитывать, что для формирования обычных правил в сфере международной торговли как правило требуется время. С этой точки зрения, постоянные изменения ИНКОТЕРМС не означают, что содержащиеся в них правила автоматически становятся обычаями.

Однако ИНКОТЕРМС не является единственным документом, содержащим толкование базисов поставки. В числе таковых следует отметить следующие существующие ныне международные и национальные документы, широко применяемые в современной внешнеторговой практике:

1. Общие условия поставок (ОУП), применяемые во внешней торговле России с рядом наших традиционных торговых партнеров. ОУП -

это двусторонние межправительственные (межведомственные) соглашения, заключенные с Китаем, КНДР, Финляндией и Югославией: ОУП СССР - КНР, ОУП СССР - КНДР, ОУП СЭВ - Финляндия (ныне имеющие двусторонний статус) и ОУП СССР - Югославия.

Эти документы (о чем говорят их названия) в максимальной степени учитывают специфику двусторонней торговли, определяя общие правила и принципы осуществления внешнеторговых операций между организациями стран-участниц. Они носят универсальный и комплексный характер и регулируют практически все вопросы, связанные с заключением и исполнением внешнеторговых сделок отечественными организациями с партнерами из перечисленных стран. Именно в силу этого ОУП целесообразно применять в контрактах с партнерами из указанных стран.

Все ОУП в настоящее время носят факультативный, рекомендательный (необязательный для применения) характер (раньше они были обязательными для применения) и потому могут применяться сторонами в контрактах по их усмотрению (по взаимной договоренности). Иными словами, как и ИНКОТЕРМС, ОУП будут иметь для конкретной сделки обязательный характер в том случае, если на них будет сделана соответствующая ссылка в тексте контракта (исключение составляют ОУП СССР - КНР, которые во многих случаях продолжают фактически оставаться обязательными при заключении контрактов с партнерами из КНР, а теперь и из Сянгана/Гонконга).

Помимо ОУП, имеющих двухсторонний характер, существуют и многосторонние ОУП. Речь идет об ОУП СЭВ (Общие условия поставок товаров между организациями стран-членов СЭВ, последняя редакция 1988 г.), имевших статус нормативного (то есть обязательного) документа до роспуска СЭВ в 1990 г. В настоящее время они также носят факультативный характер. Учитывая хорошую репутацию и известность ОУП СЭВ в странах Восточной Европы (включая восточные земли ФРГ - бывшую ГДР), а также на Кубе, в Монголии, Вьетнаме (в торговле с этими тремя государствами ОУП СЭВ сохраняют свое определяющее значение), ОУП СЭВ (или их отдельные положения) также целесообразно применять в контрактах, заключенных с партнерами из указанных стран.

ОУП принципиально отличаются от ИНКОТЕРМС и терминологически, и по количеству рассматриваемых базисов, и по содержанию, представляя отличную от ИНКОТЕРМС трактовку базисов поставки (сохраняя при этом общую концепцию этой трактовки). При этом толкование терминов в ОУП предельно четкое, конкретное и лаконичное, чего не сказать про ИНКОТЕРМС. В первую очередь это касается момента перехода права собственности на товар, поскольку, в отличие от ИНКОТЕРМС, это положение включает толкование базисных условий поставки в ОУП (исключение составляют только ОУП с Югославией и Финляндией, где момент перехода права собственности не оговаривается). Поэтому этот вопрос в контрактах, где применяются Общие условия поставки (например, ОУП СССР - КНР в контрактах с партнерами из Китая), отдельно оговаривать не нужно.

2. Единообразный торговый кодекс США - ЕТК (последняя редакция 1987 г.), содержащий специальный раздел, посвященный базисам поставки и Пересмотренные американские торговые термины 1941 г. В частности, Пересмотренные американские торговые термины содержат 6 различных вариантов толкований термина ФОБ, поэтому во избежание недоразумений в контракте, заключаемом с партнером из США или предполагающем поставку в места, где существует практика применения североамериканских правил толкования базисов поставки, желательно согласовать условие о применении ИНКОТЕРМС. Если же партнер настаивает на применении американских правил, следует четко определить, какой из этих вариантов применяется для данной сделки. В этом случае целесообразно дополнительно "расписать" базис, акцентируя внимание на следующих ключевых моментах: распределение транспортных расходов, переход права собственности и рисков, дата и место исполнения обязательств по поставке.

ИНКОТЕРМС не являются международным договором и не требуют какого-либо формального присоединения к ним государства. Вместе с тем, различные органы государства, прежде всего таможенные, а также государственные суды, рассматривающие внешнеэкономические споры, обязаны учитывать положения ИНКОТЕРМС в случае, когда стороны внешнеэкономической сделки избрали их в качестве регулятора своих отношений.

Если стороны внешнеэкономической сделки сослались на ИНКОТЕРМС 2000, считается, что соответствующее условие, содержащееся в указанном акте, становится контрактным условием, то есть входит в состав волеизъявления сторон сделки (п. 1 ст. 166 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г.). В этом случае применение ИНКОТЕРМС 2000 зависит от того, не противоречат ли они императивным требованиям национального (российского) законодательства.

Следует иметь в виду, что государства свободны в определении статуса ИНКОТЕРМС в своем внутреннем правопорядке. Так, в Испании и Ираке ИНКОТЕРМС имеют силу закона. В Украине Указом Президента от 4 октября 1994 г. установлено, что при заключении субъектами предпринимательской деятельности Украины договоров, в том числе внешнеэкономических, предметом которых являются товары (работы, услуги), применяются ИНКОТЕРМС. В США, где широко используются иные торговые термины, заинтересованным торговым кругам рекомендуется использовать ИНКОТЕРМС. Иногда во Франции и ФРГ ИНКОТЕРМС квалифицируются как международный торговый обычай.

Данное обстоятельство необходимо учитывать во взаимоотношениях с партнерами из указанных стран. Например, если применимым правом к сделке будет право Украины, то ИНКОТЕРМС подлежат обязательному применению.

В России ИНКОТЕРМС рассматриваются в качестве неофициальной кодификации, не имеющей самостоятельной юридической силы. Юридическое значение имеют лишь положения контракта, содержащего ссылку на ИНКОТЕРМС.

ИНКОТЕРМС предназначены для регулирования внешнеэкономических сделок купли-продажи, то есть в случаях, когда "коммерческие предприятия сторон" (или места основной деятельности сторон (place of business)) находятся в разных государствах. При этом необходимо перемещение товаров через государственную границу.

Вместе с тем, ничто не препятствует сторонам обращаться к правилам ИНКОТЕРМС для регулирования своих взаимоотношений по внутренним сделкам. Основой для такого вывода служит норма п. 4 ст. 421 ГК РФ, согласно которой условия договора определятся по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ). Таким образом, если стороны "внутреннего" договора поставки решили, что их отношения по такому договору полностью или в отношении ряда вопросов будут регулироваться ИНКОТЕРМС 2000, то указанные правила будут применяться лишь в той части, в которой российским законодательством допускается договорное регулирование (ст. ст. 421, 422 ГК РФ).

Стандартизация в ИНКОТЕРМС договорной практики "призвана обеспечить сторонам применение общепринятых ключевых понятий, согласование наиболее широко распространенных ключевых понятий, правильное понимание при их использовании". Однако сохраняются некоторые проблемы вследствие отсутствия постоянства договорной практики, несоответствия интересам сторон или недостаточной ясности вариантов ключевых понятий, отсутствия в ИНКОТЕРМС необходимой точности и (или) по небрежности выбора сторонами неподходящего термина.

Такие краткие обозначения, как FCA, FOB и CIF, которые можно охарактеризовать как ключевые понятия, содержат значительное число прав и обязанностей. Эти ключевые понятия невозможно понять без толкования их содержания. ИНКОТЕРМС приводит такие правила толкования. При отсутствии авторитетного толкования того или иного термина коммерсанты могут попасть в трудное положение.

Можно спорить, насколько включенные в ИНКОТЕРМС ключевые понятия отражают распространенную коммерческую практику. Начиная с первой версии ИНКОТЕРМС 1936 все усилия направляются именно на это. Однако значительное число используемых коммерсантами коротких обозначений не соответствует ИНКОТЕРМС. Например, термин CFR фиксируется в договорах в виде термина C&F, а иногда в виде С+F. Можно предполагать, что в указанных случаях в намерение сторон входило сокращенное обозначение термина, соответствующего термину CFR, тем не менее для обеспечения ясности более правильным будет использование официально признанного и опубликованного термина.

В ряде случаев стороны могут избрать обозначение, которое не соответствует ни одному термину ИНКОТЕРМС, например FOB+I, "франко причал" и т д. Ясно, что в первом случае в намерение сторон входило возложение на продавца обязанности по страхованию товара. Однако не ясно, соответствует ли подобное согласование обязательствам по терминам CIF и CIP. Поэтому в отношении обязанности продавца по страхованию могут возникнуть споры, вытекающие из содержания совершенно иных терминов.

Лишь в соответствующем контракте можно встретить расшифровку подобных нестандартных терминов. При этом постоянная практика использования подобных конструкций в контрактах между одними сторонами свидетельствует о становлении устойчивой практики их взаимоотношений (заведенном порядке), имеющем, самостоятельное регулирующее значение. Кстати, возможность установления иного регулирования предусмотрена в самих ИНКОТЕРМС 2000.

В связи с этим в преамбулах различных редакций ИНКОТЕРМС коммерсантам настоятельно рекомендуется "по возможности более точно пояснять, что именно они имеют в виду при использовании того или иного варианта или дополнения к ИНКОТЕРМС".

Поскольку коммерческая деятельность в разных уголках мира не является одинаковой, постольку ИНКОТЕРМС отражает лишь наиболее распространенную практику. Во многих случаях оказывается невозможным отразить в ИНКОТЕРМС то, что происходит при погрузке или разгрузке товара с того или иного вида транспорта. Тем не менее в тексте ИНКОТЕРМС 2000 предпринята попытка решить эти вопросы с целью оказания содействия пользователям ИНКОТЕРМС. Например, согласно термину FCA, когда товар забирается, новая редакция уточняет обязанность продавца по погрузке товара на перевозочное средство, поданное покупателем, а также обязанность покупателя по разгрузке товара при его подвозе перевозочным средством продавца.

Однако оказалось невозможным найти широко распространенную коммерческую практику в отношении погрузки товара по условиям термина FOB и его выгрузки с судна по условиям терминов CFR и CIF. В этих случаях объем обязанностей продавца по условиям термина FOB и вид договора, который должен быть им заключен в пользу покупателя по условиям терминов CFR и CIF, зависят от типа судна и наличия в морских портах погрузочно-разгрузочных механизмов.

Поэтому до заключения договора купли-продажи сторонам целесообразно ознакомиться с особенностями обычаев порта погрузки товара по условиям термина FOB, так как эти обычаи различаются в отдельных портах, что, как пишет Е.Ф. Прокушев, "может стать сюрпризом для неинформированной об этом стороны". Или, например, если товар подлежит погрузке на борт судна в порту продавца и покупатель обязан номинировать судно, ему следует убедиться в том, какие расходы включаются во фрахт по условиям FOB и не понесет ли он каких-либо дополнительных расходов в связи с погрузкой товара на борт судна.

Традиционное понимание ключевого пункта по условиям термина FOB, означающее, что риски и расходы переходят с продавца на покупателя в момент перехода товара через поручни судна в поименованном порту отгрузки, подвергалось значительной критике как не отражающее реальных процессов, происходящих в морских портах. Начиная с 1700 г. многие обычаи портов и коммерческая практика развиваются именно вокруг указанного понимания значения ключевого пункта по условиям FOB. Поэтому, хотя иная редакция, возможно, более точно отражала бы современную коммерческую практику, при изменении такого фундаментального понятия, как традиционный ключевой пункт по условиям FOB, нельзя будет избежать путаницы. На этом основании было принято решение сохранить в ИНКОТЕРМС 2000 обозначение ключевого пункта по условиям термина FOB.

В отношении термина EXW общепринятым в коммерческой практике является оказание продавцом покупателю содействия в осуществлении погрузки товара на поданное покупателем перевозочное средство, что реализуется либо путем расположения на платформе товара для погрузки, либо путем погрузки товара на перевозочное средство. Однако по условиям термина EXW оказание такого содействия не входит в обязанности продавца. Он должен лишь обеспечить доступ покупателя к товару. При желании покупателя расширить обязанности продавца это согласовывается с ним во время заключения договора, например путем добавления после термина EXW указания "с погрузкой". Но при наличии такого указания не ясно, несет ли продавец риск утраты или повреждения товара в период совершения операций по погрузке. Поэтому сторонам целесообразно уточнить данное дополнение "с погрузкой" путем указания "с погрузкой на риск продавца" или "с погрузкой на риск покупателя".

Если в намерения сторон входит возложение на продавца риска в период осуществления погрузочных операций, им целесообразно использовать торговый термин FCA, поскольку согласно ИНКОТЕРМС 2000 на основании термина FCA в обязанности продавца входит осуществление погрузки товара на поданное покупателем перевозочное средство. Выбор сторонами термина FCA вместо дополнения термина EXW "с погрузкой" означает их полное согласие с авторитетным толкованием указанного торгового термина, а любое самостоятельное дополнение говорит о том, что они несут риски при заключении договора. Вместе с тем использование термина FCA вместо термина EXW означает перенесение с покупателя на продавца обязанности по выполнению таможенных формальностей, необходимых для вывоза, что может отвечать или не отвечать намерениям сторон.

Таким образом, ИНКОТЕРМС, официальные правила Международной торговой палаты для толкования торговых терминов, облегчают международную торговлю. Ссылка на ИНКОТЕРМС 2000 в договоре купли-продажи четко определяет соответствующие обязанности сторон и уменьшает риск юридических трудностей. С момента создания ИНКОТЕРМС Международной торговой палатой в 1936 году они регулярно корректируются, чтобы не отставать от развития международной торговли. ИНКОТЕРМС 2000 учитывают распространение в последнее время зон свободных от таможенных пошлин, увеличение использования электронной связи в торговых сделках и изменения в практике транспортировок.

Торговые обычаи в практике Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ

Договору международной купли-продажи принадлежит ведущее место в международном коммерческом обороте, наибольшее число рассматриваемых МКАС при ТПП РФ (далее - МКАС) споров также затрагивает различные аспекты договора международной купли-продажи товаров, о чем свидетельствует статистика.

При разрешении споров арбитры МКАС "применяют различные инструменты правового регулирования отношений их соответствующих внешнеторговых контрактов: международные соглашения, национальное право, торговые обычаи". Правовое регулирование договора международной купли-продажи товаров представляет выдающийся пример успешной практической реализации многообразных методов унификации, одному из которых посвящена данная публикация. Создание единообразных правил регулирования взаимоотношений сторон данного договора осуществляется как межправительственными (Гаагская конференция по международному частному праву, ЮНСИТРАЛ, ЕЭК ООН), так и неправительственными (МТП) организациями; как в сфере коллизионного, так и материально-правового регулирования; как путем реализации международно-правового метода, так и частноправового метода.

Однако, несмотря на значительные результаты унификации, предоставляющие сторонам договора и разрешающим их споры арбитрам широкие возможности, в правовом регулировании международной купли-продажи товаров используется еще один способ регламентирования - торговый обычай как разновидность обычаев делового оборота.

Торговый обычай явился по существу первым регулятором международных коммерческих отношений. За несколько веков до появления национальных правовых систем в условиях феодальной раздробленности специалисты отдельных профессий создавали правила делового оборота, первоначально ограниченные рамками цеховых образований и перераставшие затем в международные. Таким образом, обеспечивалась возможность осуществления профессиональной коммерческой и производственной деятельности: вспомним обычаи Олерона, возникновение в Италии в XIII в. векселя и чека. Так как торговый обычай представляет один из вариантов обычаев делового оборота, возникновение национального законодательства не элиминирует применения таких обычаев.

Как было уже сказано ранее, в отечественном законодательстве в ст.5 ГК РФ не только содержится определение обычая делового оборота (в виде сложившегося и широко применяемого в какой-либо области предпринимательской деятельности правила поведения, не предусмотренного законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе), но и установлена следующая иерархия источников правового регулирования имущественных отношений, регулируемых ГК РФ: законодательство, договор, обычаи делового оборота. В ряде статей ГК РФ содержатся прямые отсылки к обычаям делового оборота, в частности, в ст. 424, 508, 510, 513.

Таким образом, учитывая широкое применение в международных коммерческих контрактах, прежде всего в договорах международной купли-продажи товаров, торговых терминов, аббревиатура которых содержит обозначение взаимных обязанностей продавца и покупателя, ГК РФ допускает применение принятых в международном обороте торговых терминов: согласно п.6 ст.1211, если в договоре использованы принятые в международном обороте торговые термины, при отсутствии в договоре иных указаний считается, что сторонами согласовано применение к их отношениям обычаев делового оборота, обозначаемых соответствующими торговыми терминами.

В настоящее время российский законодатель предусмотрел возможность применения обычаев делового оборота и принятых в международном обороте торговых терминов. Следует подчеркнуть, что обычаи делового оборота применяются независимо от соглашения сторон договора в последовательности, определенной ст.5 ГК РФ, т.е после обязательных для участников соответствующего отношения положений законодательства и заключенному ими договору, а принятые в международном обороте торговые термины - только на основе договора, но с одним исключением: Правила толкования международных торговых терминов - ИНКОТЕРМС постановлением Правления ТПП РФ № 117-13 (п.4) от 28 июня 2001 г. признан в России торговым обычаем. Данный документ имеет обязательный характер на Украине (декрет президента Украины от 04 октября 1994 г.), в Ираке, и в Испании по импортным операциями. В Польше он признан торговым обычаем. Поэтому для отношений, возникающих после указанной даты, и для сторон и для арбитров основанием применения ИНКОТЕРМС является ст.5, а не ст.1211 ГК РФ. Изменение законодателем правовой природы данного документа имеет важное практическое значение для обеспечения определенности и предсказуемости его применения участниками как договора международной купли-продажи товаров, так и смежных международных контрактов.

Одной из важных составляющих успеха реализации договора международной купли-продажи товаров является своевременная и надлежащая доставка товаров покупателю. Потребности обеспечения единообразия правил, определяющих распределение обязанностей продавца и покупателя по доставке товара, включая момент выполнения продавцом обязанности по передаче покупателю товара обусловили движение за унификацию таких правил. Первоначально в основном, а в настоящее время -в значительной части, доставка товара осуществляется морским путем, в портах различных стран существуют отличающиеся друг от друга правила, поэтому не случайным было первое обращение именно к обобщению сложившихся в торговом мореплавании правил, выявлению в них общего и особенного.

Впервые такая работа была проделана МТП, которой были обобщены и опубликованы данные о 10 торговых терминах, применяемых в морских портах 18 стран, что позволило начать работу над унификацией торговых терминов. В результате МТП были разработаны ИНКОТЕРМС 1936 г, которые затем дополнялись с учетом развития новых способов перевозки товара, его упаковки (контейнеризация и пакетизация), способов взаимодействия продавца и покупателя (электронные средства связи). Такие дополнения имели место несколько раз; действующая редакция 2000 г. является седьмой по счету.

Созданный первоначально в качестве изложения наиболее употребительных базисных условий по распределению между продавцом и покупателем обязанностей, связанных с доставкой товара, ИНКОТЕРМС представляет обобщение общепринятой коммерческой практики, обеспечивает использование общепринятых ключевых понятий и позволяет избегать недопонимания при их использовании. Его предписания не только во многом определяют отношения между продавцом и покупателем по договору международной купли-продажи товаров, но и оказывают значительное влияние на условия смежных договоров перевозки и страхования, он имеет важное значение при разрешении споров из указанных договоров.

Данный документ имеет важное значение и в качестве источника, позволяющего конкретизировать ряд имеющих общий характер правил Венской конвенции 1980 г., определяющие порядок взаимоотношений продавца и покупателя по доставке товара. Поскольку в диспозитивной норме ст.31 Венской конвенции определено только три ситуации, когда продавец считается выполнившим свою обязанность по поставке товара, ИНКОТЕРМС позволяет сторонам договора международной купли-продажи товаров выбрать соответствующий особенностям их взаимоотношений базис поставки и уточнить ряд юридических и коммерческих вопросов реализации и исполнения договора международной купли-продажи товаров.

Например, правило ст. 31 Венской конвенции о моменте, когда продавец считается исполнившим обязанность поставить товар в ИНКОТЕРМС уточнено в п.А1. всех 13 терминов (Ex Works - момент предоставления продавцом товара в распоряжение покупателя на складе или предприятии продавца; условия группы F и группы C - момент передачи товара перевозчику; условия группы D - момент предоставления товара в распоряжение покупателя в согласованном пункте назначения.

Правило п.2) и 3) ст.32 Венской конвенции уточняется, возлагая на продавца в п.А4 терминов группы С (СFR, CIF порт назначения, CPT, CIP пункт назначения) юридическое обеспечение передачи товара покупателю, а в п.А.4 терминов группы D (DAF, DES, DEQ порт назначения, DDU, DDP пункт назначения), - обязанность фактически доставить товар до согласованного пункта и на согласованных условиях. Правило ст. 32 Венской конвенции, конкретизирующее содержание обязанности продавца заключить необходимые договоры перевозки и страхования, раскрывается в п.А.3 и Б.3 всех терминов ИНКОТЕРМС; правило ст.33 Венской конвенции о дате поставки конкретизируется п.А.4 и Б.4 ИНКОТЕРМС (например, по терминам FOB и FAS порт отгрузки, а также CIF порт назначения или CIP пункт назначения датой поставки является дата коносамента, по термину DDU и DDP пункт назначения - согласованные дата или период предоставления товара в распоряжение покупателя в обусловленном пункте назначения).

Весьма подробно конкретизированы в ИНКОТЕРМС отдельные аспекты выполнения покупателем правил п.1 ст. 60 Венской конвенции о совершении необходимых фактических и юридических действий, позволяющих продавцу осуществить поставку: п.Б.2. на покупателя возлагаются две обязанности: получения импортной лицензии или иного официального разрешения, а также выполнения (если потребуется) всех таможенных формальностей, необходимых для ввоза товара и его транзита через третьи страны; п.Б.3. на покупателя возлагается обязанность по заключению договора перевозки (согласно терминам группы Е и F, которые поэтому относятся к договорам “отправки”); п.Б.6. на покупателя возлагается ряд расходов: во-первых, возникающие после момента передачи относящиеся к товару расходы; во-вторых, могущие возникнуть по причинам, находящимся в сфере контроля покупателя дополнительные расходы; согласно п.Б.6. всех базисных условий (за исключением DDU пункт назначения) в обязанности покупателя входит оплата необходимых налогов, пошлин и иных официальных сборов, а также расходов по выполнению таможенных формальностей, необходимых при ввозе товара или для его транзитной перевозки через третьи страны и т.д.

Правило п.б) ст. 60 Венской конвенции об обязанности покупателя принять товар уточняется в п.Б.4. ИНКОТЕРМС; имеющее важное практическое значение правило ст.36 Венской конвенции, связанное с ответственностью продавца за возникшее до момента перехода риска на покупателя любое несоответствие товара конкретизируется в п.А.5 и Б.5. ИНКОТЕРМС о переходе с продавца на покупателя риска случайной гибели или случайного повреждения товара; важно отметить, что данный момент совпадает с моментом выполнения продавцом обязанности по передаче товара.

Еще два аспекта взаимодействия Венской конвенции и ИНКОТЕРМС состоят в том, что именно конвенцией определяются последствия невыполнения отраженных в ИНКОТЕРМС обязанностей продавца и покупателя и основания освобождения от ответственности за такое невыполнение.

ИНКОТЕРМС применялся в практике отечественных участников внешнеэкономической деятельности. Ознакомлению отечественных участников внешнеэкономической деятельности способствовали публикации, раскрывавшие содержание ИНКОТЕРМС в соответствующих редакциях: Д.Ф. Рамзайцева, И.С. Зыкина, С.Н. Андрианова и М.Г. Розенберга.

Практически с начала создания в 1932 г. отечественного международного коммерческого арбитража торговые обычаи применялись при разрешении споров из договоров международной купли-продажи товаров. Традиционным для МКАС является ознакомление деловых кругов и научной общественности с практикой разрешения споров, включая применение ИНКОТЕРМС, в двух видах издаваемых Секцией права при ТПП сборниках: Арбитражная практика и Сборник Секции права.

Практика МКАС получила отражение в 16 сборниках, изданных в период 1972-2002, отражающем решения МКАС (ранее – ВТАК –Внешнеторговой арбитражной комиссии), начиная с 1934 г. В Сборниках информационных материалов Секции права публиковались статьи, анализирующие арбитражную практику по отдельным вопросам.

Это обеспечивало ознакомление практических работников и научной общественности с особенностями их применения.

Первые решения, затрагивающие правила СИФ и ФОБ, были опубликованы в сборнике "Арбитражная практика. Часть 1" в 1972 г.

Одним из первых решений, затрагивающих правила СИФ, явилось решение от 26 января 1940 г. по иску египетской фирмы Сосьете д’Аванс Коммерсиаль к В/О. Фирма купила у Объединения сульфат аммоний с отправкой несколькими партиями, начиная с мая 1936 г. По прибытии в Стамбул мешки с товаром были в таком состоянии, что капитан судна, на который товар должен был быть перегружен, отказался погрузить его на свое судно и сделал это только после получения от агента продавца гарантийного письма, освобождающего его от всякой ответственности.

Арбитраж пришел к следующим выводам: по прибытии товара в порт назначения большинство мешков было разорвано, о чем между сторонами спора нет. Спор касается вопроса, кто должен нести ответственность за эту потерю. Продавец утверждал, что он как продавец на условиях СИФ, выполнил все, что от него требовалось, отгрузил обусловленный в договоре товар своевременно и в хорошем состоянии, застраховал его и вручил покупателю документы. На основе представленных продавцом чистых коносаментов и страховых квитанций, выписанных на условиях Р.А., включая ответственность за недоставку и кражу, арбитраж счел установленным, что продавец выполнил все свои обязательства, которые он как продавец на условиях СИФ взял на себя по договору с истцом. В своем решении арбитраж отметил, что продавец, который продает товар на условиях СИФ, отвечает за соответствие поставляемого товара с договорным описанием на момент погрузки и не отвечает за повреждения, которые могут произойти впоследствии, если эти повреждения не произошли по его вине. При отсутствии каких-либо оговорок в коносаментах, можно считать установленным, что товар и тара были в хорошем состоянии. Поэтому основания иска против продавца отпадают.

Одно из первых решений, затрагивающих правила ФОБ, - решение от 20 апреля 1950 г. по иску английской фирмы "Ариович и Джакоб фор Ко Лтд." к В/О "Союзпушнина".

Товар был продан на условиях ФОБ порт отгрузки. Из представленных сторонами данных арбитраж счел установленным, что некоторая часть товара (сырые котиковые шкурки), купленного истцом у ответчика, по прибытии в Лондон в адрес, указанный истцом, оказалась испорченной и непригодной к обработке. Причиной порчи товара, по утверждению истца, не оспоренному ответчиком, является отгрузка ответчиком товара в состоянии, не исключавшем возможность порчи некоторой части его при перевозке. При таких обстоятельствах арбитраж признал, что ответчик не может быть освобожден от обязанности возместить убытки, возникшие у истца вследствие порчи части товара в пути, поскольку ответчик обязался отгрузить товар и поэтому несет ответственность за отгрузку товара в надлежащем состоянии.

Действующим Регламентом МКАС (п. 13) выделяется три основания вынесения арбитрами решений: на основе применимых норм материального права, определенного соглашением сторон, при отсутствии такого соглашения – руководствуясь правом, определенным арбитражем в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми; во всех случаях - с учетом торговых обычаев, применимых к данной сделке.

Применение ИНКОТЕРМС имеет место в двух случаях: во-первых, когда для определения разрешения возникшего между сторонами договора международной купли-продажи товаров спора необходимо обращение к конкретному торговому термину; во-вторых, когда такого непосредственного обращения не требуется, однако ИНКОТЕРМС принимается во внимание для оценки выполнения стороной своей обязанности.

За последние семь лет (1995-2002) проф. М.Г. Розенбергом отобраны для публикации 286 решений МКАС, включая 224 решения из договора международной купли-продажи товаров, из которых в 20 случаях спор возник в связи с применением ИНКОТЕРМС, главным образом в редакции 1990 г. В этих цифрах не отражены дела, по которым спор затрагивал обязанность покупателя по оплате товара и не касался конкретного базисного условия; решения по таким делам выносились на основе общей оценки факта исполнения продавцом своей обязанности по передаче товара, определяемой либо по дате коносамента (FOB, FAS порт отгрузки, СИФ, СFR порт назначения), либо по дате железнодорожной или автомобильной накладной (FCA, CIP, CPT пункт назначения).

Спорные ситуации в указанных 20 решениях затрагивали:

- 11 решений по базисным условиям группы F: шесть дел по термину FCA (№№ 40/1995, 255/1966, 487/1996, 104/1997, 432/1998, 054/1999), пять дел по термину FOB (№№ 328/1994, 448/1995, 211/1995, 302/1996, 071/1999);

- 15 решений по базисным условиям группы С: девять дел по термину CIF (№№ 74/1995, 231/1989, 255/1994, 378/1995, 265/1997, 266/1997, 211/1998, 406/1998, 058/1999), одно дело по термину CFR (№ 166/1995), четыре дела по термину CPT (№№ 373/1994, 220/1996, 142/1998, 94/2000), одно дело по термину CIP (№ 142/1998);

- два дела по терминам группы D: одно дело по термину DAF (№ 108/1994), одно дело по термину DDU (№ 108/1994).

Подобное распределение спорных ситуаций отражает не только принятые в международной купле-продаже способы транспортировки товара, но и сложности отдельных базисных условий ИНКОТЕРМС.

Ряд споров возник либо в связи с неодинаковым пониманием продавцом и покупателем содержания базисного условия (дело № 255/1996, решение от 02.09.1997.: в данном деле покупатель полагал, что товар продан на условиях FCA - франко перевозчик, а продавец - на условиях Ex Works - франко завод ИНКОТЕРМС 1990; спорная ситуация потребовала от арбитров решения вопроса, на какую из сторон возлагалось выполнение таможенных формальностей, необходимых для вывоза товара); либо в связи с согласованием продавцом и покупателем дополнений в конкретное базисное условие ИНКОТЕРМС: дело № 40/1995, решение от 22.01.1996.: в данном деле условие FCA - франко перевозчик было уточнено указанием на склад продавца (FCA Warehouse of the Seller); арбитрами было признано исполнение продавцом обязанности по передаче товара покупателю, поскольку имелась подпись водителя грузовой автомашины на товарно-транспортной накладной; дело № 385/1998, решение от 18.10.1999.: в данном деле стороны согласовали уточнение термина CIF по сравнению с ИНКОТЕРМС, поэтому при вынесении решения арбитры принимали во внимание соответствующее условие контракта; либо в связи с неодинаковым пониманием продавцом и покупателем влияния на базисное условие внесения ими изменения в договор (дело № 211/1995, решение от 23.01.1996.: в данном деле сторонами было согласовано условие FOB, вследствие переноса срока поставки на зимний период покупатель понес дополнительные расходы по ледокольной проводке судов и по уплате фрахта по повышенным ставкам; арбитрами было признано, что соглашение о переносе срока поставки не изменило условия в базисе поставки.

В ряде дел арбитрам было необходимо дать толкование обязанностей сторон по конкретным базисным условиям. Например, по условию FCA: в деле № 487/1996, решение от 11.03.1998 спор возник в связи с неоплатой покупателем не достающего товара, что подтверждалось документами, составленными таможней страны покупателя. Поскольку сторонами было согласовано условие FCA, арбитры исходили из определенного данным термином момента исполнения продавцом своей обязанности по передаче товара и полагали, что покупателю следовало доказать, что утрата товара была вызвана упущениями продавца; в деле № 104/1997, решение от 25.05.1998 сторонами было согласовано условие FCA причал отправителя, спор возник по тому же основанию, что в деле № 486/1996; арбитры не признали обоснованным определение покупателем количества поставленного продавцом товара на основании коносаментов, признав определяющими данные дорожных ведомостей, свидетельствующих о количестве принятого от продавца товара для перевозки речным транспортом; по условию FOB: в деле № 071/1999, решение от 02.02.2000 сторонами было согласовано базисное условие FOB stowed, арбитры, исходя из принятого понимания данного условия (возлагающее на продавца обязанность оплатить расходы по погрузке товара на судно) и учитывая отсутствие согласования, кто именно (продавец или покупатель) несет риск возникновения неблагоприятных последствий при осуществлении погрузки, с учетом ст.77 Венской конвенции возложили данные расходы на стороны в равных долях.

В деле № 266/1997, решение от 17.05.1999 арбитры исходили из того, что при поставке товара на условиях CIF риск случайной гибели или повреждения товара переходит с продавца на покупателя с момента перехода товара в порту отгрузки через поручни судна. Покупатель требовал возложения на продавца ответственности за поставку товара ненадлежащего качества, должен доказать, что на момент перехода риска товар не соответствовал качественным характеристикам, обусловленным в контракте, либо имелись иные причины, за которые несет ответственность продавец; в деле № 142/1998, решение от 05.11.1998 товар был отгружен продавцом на условиях CIP Москва 18 и 31 декабря. Учитывая, что срок действия договора заканчивался 31 декабря, арбитры пришли к выводу, что продавец исполнил свои обязанности в срок.

Таким образом, опубликование практики МКАС по разрешению споров, затрагивающих права и обязанности сторон договора международной купли-продажи товаров призвано обеспечить не только информированность деловых кругов относительно содержания отдельных терминов, но и призвано способствовать единообразному толкованию ИНКОТЕРМС сторонами внешнеэкономической сделки, международными арбитрами и отечественными судьями. История МКАС является тому ярким примером.

Литература

1. Арбитражная практика за 1996-1997 гг. Составитель М.Г. Розенберг. М.: "Статут". 1998;

2. Арбитражная практика МКАС при ТПП РФ за 1998 г. Составитель М.Г. Розенберг. М.: "Статут". 1999;

3. Икотермс – 2000: вступил в силу с 1 янв. 2000 г.: из публ. МТП №560, сент. 1999 г. М.: "Софт Издат", 2005

4. Практика МКАС при ТПП РФ за 1999-2000 гг. Составитель М.Г. Розенберг. М.: "Статут". 2002.

5. СЗ РФ. 1998. №16. – Стр. 1798.

6. ICJ Reports. 1950. P.277.

7. ICJ Reports. 1986. Para 184.

8. Kelsen H. Hauptprobleme der Staatsrechtslehre entwickeit aus der Lehre vom Rechtssatze. Tub., 1911. – S. 199.

9. Triepel H. Volkerrecht und Landesrecht Leipzig, 1899. – S. 32.

10. Virally M. Panorama du droit international contemporain. Rds. Vol. 183, p. 182.

11. А.И. Шпекторов. Из практики Внешнеторговой арбитражной комиссии. Сборник информационных материалов. Секция права Всесоюзной торговой палаты. Выпуск XIX, М., Международные отношения, 1965, сс.45-54;

12. А.И. Шпекторов. Из практики Внешнеторговой арбитражной комиссии. Сборник информационных материалов. Секция права Всесоюзной торговой палаты. Выпуск 24, М., Международные отношения, 1972, сс.14-34;

13. Алексидзе Л. Д. Проблема jus cogens в современном международном праве. – "Советский ежегодник международного права. 1969". 1970.

14. Андрианов С.Н., Розенберг М.Г. Новые правила ИНКОТЕРМС. – "Внешняя торговля". – Стр. 19.

15. Арбитражная практика за 1996-1997 гг. Составитель М.Г. Розенберг. М.: "Статут". 1998;

16. Арбитражная практика МКАС при ТПП РФ за 1998 г. Составитель М.Г. Розенберг. М.: "Статут". 1999;

17. Арбитражная практика. Часть 1. 1934-1951.М., 1972.

18. Белов Л. Я. Базисные условия поставки товара в экспортно-импортных контрактах // Право и экономика. 1996. № 12.

19. Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. М.: Юридическая литература, 1994.

20. Г.И. Тункина: Теория международного права. / Тункин Г.И. – М.: "Зерцало", 2000. – Стр. 93

21. Д.Ф. Рамзайцев. Вопросы международного частного права в практике Внешнеторговой арбитражной комиссии. Сборник информационных материалов. Секция права Торгово-промышленной палаты СССР. Выпуск 26, М., 1976, сс.6-47; А.И. Шпекторов. Из практики Внешнеторговой арбитражной комиссии за 1972 г. Материалы секции права Торгово-промышленной палаты СССР. Выпуск 27, М., 1974, сс.62-82; Д.Ф. Рамзайцев. Практика Внешнеторговой арбитражной комиссии по вопросам международного частного права. Материалы секции права Торгово-промышленной палаты СССР. Выпуск 29, М., 1976, сс.3-17;

22. Д.Ф. Рамзайцев. Практика Внешнеторговой арбитражной комиссии по вопросам международного частного права. Материалы секции права Торгово-промышленной палаты СССР. Выпуск 31, М., 1978, сс.29-40.

23. Д.Ф. Рамзайцев. Применение международного частного права в решениях Внешнеторговой арбитражной комиссии при Всесоюзной торговой палате (Информационный обзор). Сборник информационных материалов. Секция права Всесоюзной торговой палаты. Выпуск 23, М., Международные отношения, 1970, сс.3-20;

24. Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М., 1997. – Стр. 389 и след.).

25. Даниленко Г.М. Обычай в современном международном праве. – М.: "Наука", 1988. – Стр. 76-80.

26. Дмитриева Г. К. Мораль и международное право. – М., 1991.

27. Договорное право. Общие положения. М.: "Статут", 1997.

28. Ерпылева Н. Ю. Банковские гарантии в коммерческом обороте // Законодательство и экономика. 1994. № 5/6. С. 18-23.

29. Зыкин И. С. Внешнеэкономические операции: право и практика. М.: Международные отношения, 1994. – Стр. 240-241.

30. Зыкин И.С. Обычаи и обыкновения в международной торговле. М.: "Межд. Отношения" 1983. На сс. 116-145 приведен перевод ИНКОТЕРМС 1980.

31. Иванов Г.Г., Маковский А.Л. Международное частное морское право. Л.: "Судостроение", 1984. – Стр. 32.

32. Инкотермс – Междунар. правила толкования торговых терминов. М.: "Приор", 1998.

33. Информация с официального сайта ТПП РФ

34. Канашевский В.А. Международное частное право. – М.: "Международные отношения", 2006.

35. Комментарии к Инкотермс. СПб.: "Закон и бизнес", 1998. – Стр. 10.

36. Комментарий Международной торговой палаты к ИНКОТЕРМС 2000. Толкование и практическое применение. Ян Рамберг. Перевод с англ. Н.Г. Вилковой. – М. "Консалтбанкир". 2001. С.20-21.

37. Кретов И.И., Садченко К.В. Внешнеторговое дело. М.: "ДИС", 2006. – Стр.

38. Лукашук И. И. Международное право в судах государств. СПб.: СКФ "Россия-Нева", 1993. – Стр. 135.

39. Лунц Л.А. Курс международного частного права. В трех томах. М.: "Спарк", 2002. – Стр. 103.

40. Макарова М.Ю., Тихиня В.Г. Международное частное право. – Минск: "Тетра-Системс", 2006. – Стр. 95

41. Международное право, ред. Е.Т. Усенко, Г.Г. Шинкарецкая. – М.: "Юристъ", 2005. – Стр. 190-191.

42. Международное право: Учебник / Ответственный редактор В.И. Кузнецов – М.: "Юрист", 2001. – Стр. 80.

43. Международные правила толкования торговых терминов "ИНКОТЕРМС": офиц. текст Междунар. торговой палаты (из публикации № 560). М.: "Омега-Л", 2005. – Стр. 19.