Культура и общество

Культура и общество.

Статьи по теме
Искать по теме

Основные социальные функции культуры

Действительно, культура как форма деятельности в конечном итоге предназначена для сохранения и развития своего собственного содержания, т.е. человека. Предназначение культуры, ее "обязанность" или роль, которую она играет в человеческой жизни, выражены в ее функциях. Все функции осуществляются ради человека как общественного существа. Познает ли он мир или пытается защитить природу, верует ли он в Бога или разделяет высокие идеалы гуманизма — все это он делает ради себя самого. В соответствии с этим и функции культуры призваны обслуживать эгоистические устремления общественного человека. Иногда в истории культуры появлялись личности, которые не могли мириться с ее чисто служебной ролью. Как правило, из-за непонимания их современниками они вынуждены были иногда покидать мир культуры, изолировать себя от общества и т.д. К числу таких личностей, например, относится Руссо. Подобные личности полагали, что культура и ее функции должны обслуживать не эгоистические интересы людей, а чистоту нравов, сохранность окружающей природы, культивировать любовь и веру в человеке.

Роль культуры при этом сводилась к чему-то определенному и немногому, но важному. В сегодняшних представлениях о функциях культуры важнейшее место, как правило, отводится человекотворческой функции. Так что усилия великих мыслителей, призывавших видеть в культуре лишь условие для развития человеческих качеств, не пропали даром. Но реальная жизнь культуры все же не ограничена человекотворческой функцией. Многообразие потребностей человека послужило основанием для появления самых различных функций. Культура — это своеобразное самопознание человека, поскольку она показывает ему не только окружающий его мир, но и его самого. Это своего рода зеркало, где человек видит себя и таким, каким бы он должен стать, и таким, каким он был и есть. Результаты познания и самопознания передаются в виде опыта, житейской мудрости, посредством знаков, символов от поколения к поколению, от одного народа к другому. Информативную функцию культуры оценивают очень высоко представители семиотического подхода к культуре. В этой функции культура связывает поколения, обогащая каждое последующее опытом предшествующих. Но это не значит, что достаточно жить в сегодняшнем мире и читать современные книги, чтобы приобщиться к опыту мировой культуры. Необходимо различать понятия "культурность" и "современность". Чтобы стать культурным, человеку необходимо пройти, как говорил И.В. Гете, "через все эпохи мировой культуры".

Культуры разных народов, как и люди — представители различных культур, взаимно обогащаются благодаря информативной функции. Известно сравнение Б. Шоу результатов обмена идеями с обменом яблоками. Когда обмениваются яблоками, у каждой из сторон остается лишь по яблоку, когда же обмениваются идеями, то у каждой из сторон оказывается по две идеи. Обмен идеями в отличие от обмена предметами взращивает в человеке его личностную культуру. Дело ведь не только в получении знаний, но и в том отклике, в том ответном идейном или эмоциональном движении, которое они рождают в человеке. Если такого движения нет, то нет и культурного роста. Человек растет к человечеству, а не к маслу прожитых лет. Культура — это культ роста, как иногда говорят. А рост происходит оттого, что человек приобщается, не теряя себя, к мудрости человеческого рода.

Человек не может не общаться. Даже когда он находится в одиночестве, он продолжает вести неслышный диалог с близкими или далекими ему людьми, с героями книг, с Богом или с самим собой, каким он видит себя. В таком общении он может быть совсем иным, чем при живом общении. Культура живого общения предполагает не только вежливость и такт. Она предполагает способность и умение каждого из нас привнести в круг подобного общения коммуникативность культуры, т.е. нашу связь с человечеством, которую мы ощущали, будучи наедине с собой. Быть самим собой и признавать право на это другого человека — это значит признавать равенство каждого по отношению к человечеству и его культуре. Речь идет о характерной черте или о норме гуманизма. Разумеется, в культуре есть множество норм и правил поведения. Все они служат одной общей цели: организации совместной жизни людей. Существуют нормы права и морали, нормы в искусстве, нормы религиозного сознания и поведения. Все эти нормы регламентируют поведение человека, обязывают его придерживаться каких-то границ, которые считаются приемлемыми в той или иной культуре.

Некоторые авторы различают нормы-регламентации и нормы-ориентации, или нормы целеполагания. Две последние связаны с оценочной (аксиологической) функцией. О ценностях и их роли в культуре мы уже упоминали в начале данной темы. Когда в обществе утрачивается представление о ценностях или оно совпадает с представлением о нормах-регламентациях, иссякает как бы творческий импульс культуры. Именно в таком обществе постепенно происходит бюрократизация всех отношений. И наоборот: если ( ценности представляются чем-то более значимым, чем нормы-регламентации, то развитие культуры часто получает дополнительный импульс. Так когда-то возникла культура Возрождения, которая ценность свободной и творческой личности поставила выше норм — регламентации средневековой религии, схоластики и сословности. Перечисленные функции культуры обычно относят лишь к духовной. Договорившись о том, что духовная культура играет главную роль, будем считать, что ее функции — это все же главные функции культуры. Что касается функций материальной культуры, то они в конечном итоге вытекают из основной ее функции, из ее роли: быть фундаментом духовной культуры и ее функций. И действительно, почти все перечисленные функции не могут осуществляться без материальной основы. Следовательно, если и выделять особо какие-то функции материальной культуры, то нужно будет просто повторить все уже сказанное о функциях культуры вообще, поскольку принципиально иных функций материальная культура иметь не может.

Социальное бытие культуры

Для рассмотрения проблемы "культура и общество", социальных институтов культуры, их функционирования представляются важными и некоторые типологические проблемы, характеризующие социальное бытие культуры. В социологии культуры принято выделять специфические и срединные (традиционные) культуры.

Любая культура обладает своей спецификой, которая сохраняется и в типологически однородном сообществе. Эта специфичность означает особенность данной культуры, ее отличие от всех иных и проявляется по-разному. Рассмотрим сначала специфические культуры — маргинальную, субкультуру и контркультуру.

Маргинальную культуру иногда называют периферийной, пограничной, отличной от доминирующей в обществе (срединной) культуры, от образа жизни большинства людей. Такая культура формируется при отказе людей по каким-то причинам от традиционной (срединной) культуры: при резком изменении образа, условий жизни, например в связи с переездом из деревни в город, в другую страну, иную культурную среду. Люди маргинальной культуры испытывают затруднение с культурной самоидентификацией, не могут четко определиться, кто они, какова их культура.

Субкультура — особая форма организации жизни людей (социальных групп), стремящихся обустроить внутри господствующей, традиционной культуры свое собственное, относительно автономное культурное существование. Социальной базой формирования субкультур могут быть возрастные группы, этнические, религиозные, неформальные образования. Субкультура выступает как способ адаптации доминирующей культуры для различных социальных групп. Специфическую субкультуру можно рассматривать и как альтернативную общепринятой форму социальной активности, которая дает возможность социальным группам придавать смысл своему особому культурному положению. Важно отметить, что субкультура как бы изолирует свои специфические признаки, ценности от остальной срединной культуры, не ставит задачи изменения этой культуры, довольствуясь автономным положением (примером субкультур являются профессиональные, спортивные, молодежные, музыкальные и другие групповые культуры). Часто в этих условиях субкультурные специфические группы активно стремятся выработать ценности и идеалы, не только не противоречащие доминирующей срединной культуре, но и взаимодействующие с ней.

Контркультура имеет место, если субкультурные ценности стремятся проникнуть в "ядро" срединной, доминирующей культуры. В этом случае специфическая культура старается занять место доминирующей, заменить ее фундаментальные ценности своими.

О специфической контркультуре можно говорить, если локальные периферийные культурные ценности начинают претендовать на "срединный" характер, выходят за рамки собственной субкультуры. Возможна ситуация, когда специфическая и срединная культура как бы меняются местами.

Срединная (традиционная) культура — устойчивая совокупность ценностных ориентации в обществе, обусловливающая единство и ценность его жизни. Такое ядро культуры не позволяет специфическим крайностям разрушать данный способ жизнедеятельности, преодолевает опасность раскола общества на субкультуры, возникновения контркультуры. Срединная культура формирует систему общепринятых идеалов и ценностей, выражающих интересы и потребности большинства населения и обеспечивающих передачу социального опыта, необходимого для выживания и развития данной культуры.

Срединная культура воплощает доминирующий в данном обществен в данное время тип культурной жизни. Разрушение срединной культуры несет огромную опасность для культурного организма, поэтому любое нормальное общество (государство) защищает и укрепляет свою срединную культуру — основу жизни и самоидентификации данного социального организма.

Этническая и национальная культуры также характеризуют проблему культуры и общества. (Характеристика этих типов культуры обусловлена содержанием понятий "этнос" и "нация", которые часто отождествляются, имеют много общего.)

Под этнической понимают культуру, в основе которой лежат этнические ценности, принадлежащие той или иной этнической группе. Признаками такой группы являются общность происхождения (вплоть до мифологической), расовые и антропологические особенности, язык, религия, традиции и обычаи, фольклор, быт, предпочтения пищи и форм досуга, ориентации на определенные виды хозяйственной деятельности и др. Но самым главным является чувство этнической идентичности — общей истории и культуры, отличающей "нас" от "них". Этнической является культура, носители которой прежде всего связаны единством "крови и почвы", четко осознают свою принадлежность к родной культуре (причем, что очень важно, независимо от места проживания), имеют самоназвание и гордятся им, обладают особым психическим складом, групповым менталитетом.

Этническое сознание предполагает идентификацию индивида с историческим прошлым данной группы и акцентирует идею "корней". Миросозерцание этнической группы вырабатывается с помощью символов общего прошлого — мифов, легенд, святынь, эмблем. Эта культурно-историческая преемственность в жизни этноса — величина динамическая и переменная. Так, американские ирландцы представляют собой более поздний, своеобразный вариант ирландского этноса, сформировавшийся в особых экономических и политических обстоятельствах. Этот этнос обладает некоторыми собственными символами и историческими воспоминаниями, что отнюдь не колеблет этнического единства ирландцев по обе стороны океана. Идея этноса включает представление о социокультурной групповой специфике, а также о физических и квазифизических отличительных признаках. Сознание особенности, "непохожести" на других разделяется самими представителями данного этноса, а не только фиксируется посторонним взглядом. Этнос — категория соотносительная, лишенная смысла вне полиэтнической системы отношений. К примеру, понятие "датский этнос" наполняется конкретным социальным содержанием лишь в том случае, если рассматривать Западную Европу как некую единую систему, а Данию — как ее составную часть. Англичане представляют собой один из этносов Великобритании (этническое большинство) постольку, поскольку наряду с ними существуют и другие этнические группы (меньшинства).

В этом смысле любую этническую культуру независимо от ее масштабов и удельного веса можно рассматривать как субкультуру в рамках плюралистической культуры. Этнос не обязательно характеризуется единством территорий или кровным родством. Этнические группы крупнее кровнородственных и соседних групп, они более разбросаны и разветвлены. Народы диаспоры, подвергшиеся превратностям рассеяния, миграций, коллективного изгнания, сохраняют ярко выраженную этническую определенность даже в случаях отсутствия исходной или новообразованной территориальной базы.

Этнические категории обладают символической, эмблематической, знаковой природой как для сознания самих членов этнической группы, так и для посторонних. Поэтому символические аспекты территориальной и языковой общности подчас оказываются существеннее реальных; например, Иерусалим как символ исторической родины евреев или Миссисипи и Алабама как мечта чернокожих мусульман о создании собственной страны на этих землях. Все общества обладают тем, что американский футуролог А. Тоффлер называет психосферой, которая охватывает их идеи, начиная от общности и идентичности. Таким образом, идеи "принадлежности" или "общности" и акт идентификации с другими оказываются одной из фундаментальных скреп всех человеческих культурных систем.

Индивидуальная и групповая культурная идентичность выглядит иной в соответствии с историческими волнами парадиг-мальных преобразований. Например, в течение десяти тысяч лет господства на планете сельского хозяйства индивиды чрезвычайно прочно идентифицировались с семьей, кланом, деревней или другими группами. Индивид рождался уже как член семьи и расовой группы. Он всю жизнь проживал в деревне, в которой родился. Религия задавалась ему родителями и местным сообществом. Таким образом, базисные индивидуальные и групповые культурные привязанности определялись уже при рождении. Групповая идентичность обычно оставалась постоянной на протяжении всей жизни человека.

После промышленной революции глубинная человеческая потребность в культурной идентификации сохранилась, но ее индивидуальная и групповая природа изменилась. Отныне индивида поощряли за то, что он идентифицировался с более крупной группой, обусловленной, например, разделением труда. Сложился новый слой этнической идентичности. Хотя многие из ее прежних форм сохранились, они были интегрированы с новыми идентифицирующими признаками. Некоторые из прежних идентификаций утратили свою эмоциональную силу, в то время как новые ее приобрели. Но и в этом случае господствующие идентификации кроме профессиональных связей по-прежнему фиксировались или в значительной степени предопределялись "кровью и почвой" уже при рождении.

В нынешнюю эпоху характер культурной идентификации также меняется. При переходе к более дифференцированному обществу нам следует ожидать гораздо большего разнообразия идентификаций и группировок. Во всех высокотехнологических странах жизнь все больше сегментизируется, в частности потребительский рынок отражает все более разнообразные индивидуальные и групповые потребности. Ценности все большего числа субкультур отпадают от господствующих ценностей общества. Центробежные процессы действуют и внутри самих меньшинств.

В этих условиях этнические группы распадаются на подгруппы. В частности, уже просто неверно считать американских "чернокожих" гомогенной группой или включать в одну группу выходцев из Латинской Америки. Различия, которые раньше считались незначительными, приобретают все большее культурное значение.

Не случайно мы становимся свидетелями активной самоорганизации со стороны таких групп, как престарелые, страдающие физическими недостатками, гомосексуалы, ветераны войны, которые считают, что массовое общество несправедливо обходится с ними. Возникают новые идентификационные группы, и этот бурный социальный процесс получает решающее ускорение благодаря демассофипированным средствам массовой информации — специально адресованным публикациям, кабельному телевидению, спутникам связи, видеокассетам и т.п.

Кроме того, сейчас индивид все менее и менее связан контекстом своего рождения и обладает большим выбором в самоопределении. Конечно, мы по-прежнему рождаемся как члены семей и этнических групп, однако очевидно, что по мере нарастания современных цивилизационных преобразований многие люди приобретают большую возможность в выборе культурной идентичности в соответствии с усилением индивидуальности и гетерогенности в новой социальной структуре. Заметно ускоряются отныне и темпы социальных и культурных изменений, так что идентификации, которые выбираются, становятся все более кратковременными. Новые формы самоотождествления накладываются на прежние, возможно, более глубоко укорененные слои расовой и этнической идентичности.

Вместе с тем отмечается и актуализация другой тенденции. Углубление социальной дифференциации, индивидуализация личности рождают атмосферу незащищенности в условиях постмодернистской "переоценки ценностей", распада мира, разрывов связей. В этих условиях у человека остается одна нерушимая опора, которой его нельзя лишить, — его этническая культура.

Единство этноса опирается на целостность этнической структуры, на функционирование этнического "субобщества", общины. Этническая структура — это арена наглядного проявления и воплощения этнической культуры и текущей жизни. Ежедневный труд, соседские отношения, совместная религиозная практика, политическая активность, экономическое поведение, досуг и развлечения - все это может быть в той или иной степени формой культурной идентификации, позволяющей человеку не сойти с ума в бурно меняющемся мире.

В отличие от этнической национальная культура характеризуется прежде всего единством территории, государственностью, общностью экономической жизни, тогда как идентификационные ментальные признаки уходят на второй план. Национальная культура воплощается в ценностях образа жизни конкретной страны, в той или иной мере разделяемых всеми населяющими ее этносами. Поэтому иногда говорят, что, с одной стороны, этнические культуры формируют национальную в рамках государства, а с другой стороны, национальная культура накладывает свой отпечаток на этнические культуры. Если последние несут отголоски культуры мифа, то национальные — культуры логоса, государства, политики, экономики. Наиболее представлены в национальной культуре как общеэтнические культурные ценности, так и культура доминирующего, хотя бы количественно, этноса. Это очень сложная и болезненная проблема, свидетелями остроты которой мы все являемся в современной России, где 85% этнических русских не решаются говорить о русской национальной культуре России, тогда как так называемые национальные меньшинства в "своих" регионах смело провозглашают приоритет национальной культуры конкретного этноса, даже если он и уступает численно другим этносам, в частности русскому.

В связи с этой ситуацией рождается группа вопросов. Насколько сейчас возможна национальная культура? В чем ее идентификация и каковы ее границы? Что явится альтернативой современному национализму? Обсуждение этих вопросов стимулирует интерес к культурологии. Многие актуальные проблемы осмысливаются сегодня в специфических культурологических терминах. В первую очередь это касается национальной идеи — воистину движущей силы народа. Однако национальная ценность может, как и все ценности, извращаться и претендовать на верховное и абсолютное значение. Тогда национализм стремится подчинить себе все ценности. Национальность как положительная ценность иерархически входит в конкретное единство общечеловеческих ценностей, учитывающих все многообразие национальностей, их культур.

В истории человеческой культуры прослеживаются две тенденции — к универсализму и к индивидуализации. Национальность как ступень индивидуализации в жизни общества есть естественное историческое образование. Но самоутверждение нации может принимать формы национализма, замкнутости, исключительности, вражды к другим национальностям. Главная черта национализма в культуре — приоритет национальных интересов перед всеми иными, прежде всего для собственной нации.

Культура всегда имеет национальный характер и национальные корни. Национальность есть культурно-исторический факт. Национализм же есть отношение к факту, превращение "натурального" факта в идола. Культурный национализм проповедует замкнутость, изоляцию, закрытость для других народов и культур, самодовольство, партикуляризм или экспансию за счет других народов, завоевание, подчинение себе, империалистическую волю. Национализм отрицает верховную ценность человеческой личности, когда внутренний мир человека может быть подавлен национальными ценностями и интересами. Национализм, как правило, связан с этатизмом (идеология государственности). Современный национализм гораздо более связан с государством, чем с культурой, мало дорожит духовной жизнью. Он сплошь и рядом отрекается от традиций национальной культуры, если они не способствуют росту мощи государства. Но национальными должны остаться именно культуры, а не государства.

Этнические и национальные культуры образуют органическое единство, невозможны друг без друга. Задача культурного человека—видетьи уважать этнические составляющие национальной культуры, не допуская при этом растворения национальной культуры в "общемировой".

Итак, "культура и общество" можно выделить два аспекта, если исходить из того, что определение культуры есть определение того же круга явлений, что и определение общества, но под углом зрения обобщения технологического статуса деятельности.

В первом аспекте культура выступает как характеристика движения общества, способа его функционирования, технологичности. Короче говоря, культура есть общество с точки зрения технологичности его образа жизни; общество есть субъект культурной деятельности.

Второй аспект рассматривает в качестве предмета культуры все общество в целом, но со стороны его способности производить самого человека как развивающееся, социальное, творческое существо; тем самым культура выделяет в обществе "человеческий" аспект и в этом смысле выступает как характеристика общества и его развития с точки зрения активного, творческого участия в этом процессе общественного индивида. Культура есть общество в его человеческом значении. Тем самым, содержанием культурного процесса выступает развитие самого человека в качестве общественного субъекта деятельности. Общественные отношения оказываются показателем, критерием развития человека, а значит и его культуры именно как отношения между индивидами и группами индивидов в качестве субъектов деятельности. В этом смысле данные отношения образуют "субстанцию" культуры постольку, поскольку они реально раскрываются как "человеческие отношения".

Соотношение культуры и общества

Определение соотношения культуры и общества — сложная теоретическая проблема, которая обсуждается чаще всего в контексте социологии культуры. Решение этой проблемы во многом зависит от того, как понимаются общество и культура.

В обиходе распространено мнение о практическом тождестве этих понятий. Но в теоретическом плане правильнее говорить, что культура и общество находятся друг с другом в отношении не абстрактного, а конкретного тождества, предполагающего не только совпадение, но и различие, которое, однако, не может рассматриваться как такое жесткое разделение культурного и общественного, когда между ними воздвигается глухая преграда.

Можно по-разному интерпретировать отношения общества и культуры. Например (по М. Кагану), культура — продукт деятельности общества, а общество — субъект этой деятельности. Или (по Э. Маркаряну) исходным можно считать представление о культуре как функции общества. Эти авторы в отечественной культурологической литературе последних десятилетий известны как активные сторонники деятельностного осмысления сущности культуры. На основании подобных взглядов выясняется, что понятие "культура", характеризуя способ деятельности того или иного субъекта общественной целостности, выступая как технология этой субъективной деятельности, при этом хорошо вписывается в абстрактно-философскую модель общества.

Но как же понимается "общество" в его самодостаточности? Как специфический фрагмент бытия? Как самобытная реальность?

В разных социально-философских концепциях (от Платона до С.Л. Франка, от К. Маркса до П. Сорокина) общество трактуется неоднозначно. Однако почти во всех этих концепциях есть одна общая идея: общество — не простое множество людей, не "куча" индивидов, а некоторая целостная система, в которой они объединены совокупностью связей (отношений). Взаимодействие людей и образует общественную жизнь, оно и создает общество как некоторый живой организм (органическое целое). И поэтому не стоит отбрасывать формулу классического марксизма о том, что общество не состоит из индивидов, а выражает сумму тех связей и отношений, в которых они находятся друг с другом.

Именно общественные отношения (связи) выступают как предпосылка и условие собственно человеческой деятельности. Появляясь на свет, человек со всем набором унаследованных индивидуальных качеств попадает в социальную среду, от него не зависящую. Проходя свой жизненный путь (биографию), он должен "вписаться" в сеть наличных общественных отношений, социализироваться (обрести социальные роли), впитать в себя культурные традиции, и лишь тогда он сможет действовать как субъект культуры.

Из сказанного следует, что культура — способ деятельности людей, а общественные отношения — плацдарм, основа, поле для этой деятельности. Такое понимание помогает осознать, как именно связаны общество (общественные отношения) и культура (способ деятельности). Общественные отношения — это основание, а культура — обоснованное. Общество создает поле для человеческого действия, его наличный облик, границы и в определенной мере задает характер и способы действий. Культура и общество не соотносятся как часть и целое, сегмент и тотальность. Они взаимопроникают. По сути дела, мы здесь говорим о двух планах рассмотрения жизни людей. С одной стороны, "общество" — это видение жизни человеческой со стороны способов объединения индивидов в целостность, создание модели их единения. С другой — "культура" — это видение жизни человеческой: как именно люди действуют, что созидают и передают от поколения к поколению. Культура, выступая аспектом деяния (умение делать), обнаруживает себя как непременная сторона всякой деятельности, будучи своего рода выражением ее качества, положенной определенностью.

Выясняя связь культуры и общества, мы отвечаем еще на два вопроса. Первый вопрос: что именно определяет, обосновывает способ человеческой деятельности? И отвечаем: выросший в ходе собственной истории конкретный облик наличного общества (личности, среды, характера социальной структуры, региона, страны, континента, всего человечества). Унаследованная деятельность вместе с индивидуальной и групповой природной детерминацией характеризует облик и формы наличной культуры человека.

Второй вопрос: в каких сферах и в какой мере специфически обнаруживается культура? Здесь можно найти веер культурных феноменов. Есть культура производства и экономическая культура, организационная, политическая, правовая, нравственная, научная, религиозная, экологическая, педагогическая и иные формы, зависящие от специфики того сегмента общественной жизни, в котором она функционирует. В практике словоупотребления достаточно часто приходится сталкиваться с редукцией (сведением) целостной многоаспектной культуры к одной из форм ее функционирования.

В ином ракурсе выявляется вхождение культуры в общественную горизонталь, в собственно социальную структуру. Тут возникает вопрос о субъекте деятельности: кто действует? Уже не где, не в какой сфере и не как действует, а кто?

В целостном организме общества существуют отдельные (горизонтальные) подсистемы, социально-исторические общности разного типа. Их наличие и взаимодействие характеризуют возникновение и развитие собственно социальной структуры. С этих позиций социальный субъект предстает в виде группы (сообщества) людей, объединяемых объективными свойствами и связями в качественно определенное социальное образование. Надо отметить, что субъектами социальной общности выступают не только общности (классы, этносы, субэтносы, профессиональные группы, поколения и т.д.), но и учреждения, организации, партии, союзы, коммерческие группы и т.п.

В связке человек — культура — общество последнее может быть представлено так называемыми социальными институтами — высокоорганизованными системами, обладающими устойчивой структурой, прочной интеграцией своих элементов, гибкостью и динамичностью, обеспечивающими выполнение культурой своих функций. В плане деятельностной концепции культуры ее социальные институты производны от организационной структуры различных видов деятельности, выступают как элементы социальной структуры, предназначенные для упорядочения совместной жизни людей в обществе, реализации функций культуры. Социальные институты организуют и регулируют прежде всего духовную сферу деятельности человека — систему образования, научной работы, художественного творчества, религиозную жизнь, а также информационные истоки. В широком смысле социальные институты выступают как средства обеспечения эффективности человекотвор-ческой культурной деятельности во всех сферах жизни общества, начиная с материальной: экономические организации, политические, коммунальные, правовые, военные и другие социальные институты.

Анализируя эту проблему, нужно отметить, что общество в своем воздействии на человека — это система отношений и институтов, т.е. способов и средств социального воздействия на человека. Среди них прежде всего следует указать на законы и правовую систему в целом, систему образования и воспитания и т.д. Но тогда можно сказать, что культура в своем функционировании в обществе определяется формами социальной регламентации и структурирования. Например, может рассматриваться так называемое глобальное общество или отдельные социальные группы; отдельные культурные системы (язык, наука, религия и др.) или культура как глобальная целостность, которая не является одним из биологических, территорииьных, производственных, социальных факторов и не представляет их совокупность, а составляет самоценность, смыслообраз, из которого вырастают все формы социального существования. Если речь идет о глобальном существовании культуры, то можно полагать, что культура выступает как духовное основание общества, источник всех его модификаций или, наоборот, культура может выводиться как нечто производное из материальных, деятельностных оснований общества.

При всем различии подходов рассмотрение культуры и рассмотрение общества как глобальных систем объединяет необходимость учитывать антропологический модус их существования. Антропологические измерения культуры и общества ставят человека как личность, как социального субъекта на пересечении амбивалентных (двоякого рода) социальных связей, которые фиксируются в разновидностях семейных, политических, правовых, государственных и других отношений, и культурных связей, включающих индивида в систему языка, религии, познания, искусства и т.п.

Конкретность амбивалентных связей фиксируется в исторических разновидностях культуры и общества: античная культура и общество, средневековая культура и общество Европы, исламский мир, конфуцианско-даосический мир, буддийский мир ит.д. Во всех этих случаях пересечение культуры и общества имеет масштабы человеческой нормальности, культурного типа личности, который соответствует определенному типу общественных отношений. Например, культура бушменов или кочевых народов не может создать предпосылок для индустриального общества, которое предполагает развитие науки, познания, личностных рефлексивных форм духовной жизни, индивидуального типа действий и многих других культурных факторов, в том числе рациональной системы образования.

При оценке соотношения культуры и общества на современном этапе их развития целесообразно обратиться к творческой полемике, в частности, между Флорианом Знанецким (1882—1958) и Питиримом Сорокиным(1889—1968). Знанецкий, обосновывая идентичность социальных и культурных систем, определяет общество как ряд сосуществующих и перекрещивающихся групп, в пределах которых общество совпадает с определённым типом культурных ориентации. Сорокин обращает внимание на поливариантность культурных ориентации в одной и той же социальной группе. Он, например, считает, что данная культурная система вовсе нелокализуется внутри одной социальной системы (группы), а, подобно океанскому течению, омывающему многие берега и острова, распространяется на множество различных групп. Границы культурных систем не совпадают с границами организованных групп. Так, идеологическая, поведенческая и материальная культурные системы римской католической церкви не ограничиваются организованной социальной системой Европы. Она присутствует во множестве организованных групп и в Америке.

Обоснование определенной модели итоговых отношений культуры и общества требует учета личностного характера воспроизводства культурных ценностей. Личностно-образующий фактор культуры делает необходимым изучение как социальной жизни, гак и особой области культурного творчества, оказывающей определяющее воздействие на социум. В условиях осознания приоритета культурных ценностей как человекотворческих, культурные достижения возвращаются в общество по каналам образования, воспитания, искусства и др. Культура открывает путь в общество, и она же делает возможным само существование общества. Поэтому проводить различие между культурой и обществом целесообразно в области культурной динамики, культурного самоопределения личности, обеспечивающего возможность социальной идентификации.

Овладение массивом культуры, усвоение языка, обычаев — это только путь к использованию тех социальных регулятивов, правовых норм, государственных институтов, которыми располагает общество. Соответственно приходится различать и способы воздействия культуры и общества на человека, и способы адаптации человека (индивида) к ним. Общество — это система отношений и способов объективного воздействия на человека. Внутренняя жизнь человека не заполняется социальными требованиями и регулятивами. Они не могут осуществить тотальный контроль за пристрастиями, ценностями и интересами личности. Формы социальной регуляции принимаются как данность, как определенные правила игры, принятые всеми членами общества и необходимые индивиду для того, чтобы занять место в социальной иерархии. Но для того чтобы соответствовать социальным требованиям, необходимы культурные факторы, которые представляют собой личностное завоевание и оформляют культурный мир человека.

Достижения личности и обретаемые ею навыки рассматриваются в культуре как часть собственного Я, подвергаются переосмыслению и соотношению с миром ценностей, формирующих культурный космос индивида, т.е. культура формируется на рефлексивной основе, требует размышлений и самосознания личности. Общество как стабильная социальная система сохраняется в той мере, в какой воспроизводятся культурные предпосылки, позволяющие сохранить его как систему отношений между индивидами.

Литература

1. Алпатов М.В. и др. Живопись, скульптура, графика, архитектура. – М.: Просвещение, 2009.

2. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 2000.

3. Асафьев Б. В. Русская живопись. М., 2009.

4. Балакина Т.Н. История русской культуры. – М.: Издательский центр, 2005.

5. Барышева, А.Д.Шпаргалка по обществознанию. Учебное пособие / А.Д.Барышева. - М.: ТК Велби, 2005. – 48 с.

6. Барышева, А.Д.Шпаргалка по обществознанию. Учебное пособие / А.Д.Барышева. - М.: ТК Велби, 2005. – С.9.

7. Боголюбов, Л.Н. Обществознание: учеб. для 11 кл.: профил. уровень / Л.Н.Боголюбов, А.Ю.Лазебникова, А.Т.Кинкулькин и др.; под ред. Л.Н.Боголюбова и др. - М.: Просвещение, 2008. - 415 с.

8. Боголюбов, Л.Н. Обществознание: учеб. для 11 кл.: профил. уровень / Л.Н.Боголюбов, А.Ю.Лазебникова, А.Т.Кинкулькин и др.; под ред. Л.Н.Боголюбова и др. - М.: Просвещение, 2008. -С.289.

9. Введение в культурологию: Учеб. пособие для вузов/Отв. ред. Е.В.Попов - М: 2005.

10. Гречишников С.Е. Поиск надежды и дух утешения: Очерки по истории религии. М.: МСХА, 2006.

11. Грибунина Н.Г. История мировой художественной культуры. В ч. 4. – Тверь, 2005.

12. Гуревич П. С. Философия культуры. М, 2010.

13. История и культурология. Н.В. Шишова, Т.В. Акулич, М.И. Бойко и др. Под ред. Н.В. Шишовой. – М.: Издательская корпорация "Логос", 2005.

14. Клименко А.В. Обществознание: Учеб. пособие / А.В.Клименко, В.В.Румынина. – М.: Дрофа; 2004. - 367 с.

15. Клименко А.В. Обществознание: Учеб. пособие / А.В.Клименко, В.В.Румынина. – М.: Дрофа; 2010.

16. Кондаков И. В. Введение в историю культуры. Учеб. для высш. учеб. завед.-М.: 2005.

17. Культурология: Учеб. для студ. техн. вузов/ Колл. авт.; Под ред. Н.Г. Багдасарьян. — М.: Высш. шк., 2006.

18. Культурология: Учеб. пособие для выс. учеб, заведении / Под ред. А.А.Радугин М.: "Центр" 2005.

19. Культурология: Учебное пособие / Под. ред. проф. Г.В.Драча. - Ростов н/Д: Феникс, 2005. - 576 с.

20. Культурология: Учебное пособие / Под. ред. проф. Г.В.Драча. - Ростов н/Д: Феникс, 2010. - С.84-86.

21. Ницше Ф. Так говорил Заратустра /Ницше Ф. Соч. В 2-х. Т. 2., М., 1990.

22. Ортега-и-Гассет X. Эстетика. Философия культуры. М., 1999.

23. Очерки истории русской культуры: Учеб. пособ./ Авт-сост. В.А. Головашин. Тамбов: Изд-во Тамб. го с. техн. ун-та, 2002.

24. Сорвин К.В. Учебное пособие по курсу "Обществознание" / К.В.Сорвин, А.А.Сусоколов. - М.: ГУ-ВШЭ, 2010. - С.56.

25. Сорвин К.В. Учебное пособие по курсу "Обществознание" / К.В.Сорвин, А.А.Сусоколов. - М.: ГУ-ВШЭ, 2010. - С.55.

26. Сорвин, К.В. Учебное пособие по курсу "Обществознание" / К.В.Сорвин, А.А.Сусоколов. - М.: ГУ-ВШЭ, 2010. - 192 с.

27. Сорвин, К.В. Учебное пособие по курсу "Обществознание" / К.В.Сорвин, А.А.Сусоколов. - М.: ГУ-ВШЭ, 2009. -С.104.

28. Стернин Г. Ю. Художественная жизнь России. М., 2002.

29. Удальцова Э.В. Византийская культура. – М.: 2005.